Геймеровское

      Он наблюдал за происходящим с холма. Очень удобная позиция: его едва ли можно заметить, а вот он видит и слышит всё происходящее. Их глупые планы и надежды, попытки разгадать замысел зловещего человека в черном, которым являлся, на самом деле, он сам... Смешно! Им кажется, что они могут спасти целый мир, а сами даже не представляют, от чего его на самом деле следует спасать. Но ведь он здесь совершенно не за этим. Вельскуд с непривычной для него тревогой, что, казалось, болезненно скреблась о ребра изнутри грудной клетки, смотрел вниз, на суетящихся там людей.       — Триана, немедленно отыщи этого проклятого клирика! Он нужен нам, это же не шутки!       Светловолосый воин в отчаянии раздирал свой плащ на полоски ткани и пытался перевязать ими рану неподвижно лежащей перед ним девочки. Он даже не понимал или не желал понимать, что одной только перевязкой тут не поможешь. Вечно упрямящаяся лучница в кои-то веки помчалась выполнять его просьбу быстро и без лишних вопросов. Впрочем, в этом было мало смысла: даже клирик, вместе с волшебницей добивающий оставшихся монстров, не сумел бы помочь раненой.       — Посмотри на меня, посмотри! — отчаянно повторял воин, сжимая ее хрупкие плечи. — Всё будет хорошо!       Вельскуд невесело усмехнулся. Наивный сопляк. Неужели не понимает, что остановить кровотечение недостаточно? Малышка ранена отравленным клинком (и откуда он взялся у какого-то жалкого гоблина?!), яд убьет ее за несколько часов, если не быстрее... Вельскуд вгляделся в мертвенно-бледное лицо девочки-механика. О Богиня, ну зачем она, эта глупая и чересчур самостоятельная малышка, полезла в схватку?.. Ее не по-детски серьезные серые глаза были прикрыты, на щеке царапина, губы разбиты в кровь. Вельскуд на миг зажмурил глаза. Ему захотелось врезаться кулаком в стену и долбить ее до изнеможения. Это ведь он виноват. Он всё это начал, а теперь, даже если захочет, не сумеет остановить. И если эта малышка погибнет... Она внезапно приподняла голову, и темно-русые косы шевельнулись, словно они были живыми. Послышался мучительный хрип, и лишь затем девочка смогла едва слышно произнести:       — Я хочу домой...       У Вельскуда всё внутри сжалось от этого тихого, надломленного, лишенного всякой надежды голоса. Светловолосый воин, конечно же, не смог ее понять. Не догадался, о чем она на самом деле говорит, какие картины видит в своих мечтаниях, закрывая глаза.       — Всё будет хорошо! — повторил он, подкладывая девочке под голову свернутый плащ. — В Колдроке кто-нибудь приютит нас у себя, хоть та же Мэй... Отдохнешь, восстановишь силы...       — Я хочу домой, Сиан, — так же тихо, но с нажимом на последнее слово повторила механик.       «Девочка из будущего, — с болью подумал Вельскуд. — Конечно, твой дом не здесь. Ты родилась в ином времени и даже, быть может, под другими звёздами. Никакая сила не откроет для тебя проход назад. Ты это знаешь… не можешь не знать».       Механик вновь приоткрыла глаза, а воин принялся повторять свое нелепое «всё будет хорошо», точно заученную молитву. Вельскуд, не выдержав, поднялся на ноги и в один миг оказался рядом с девочкой, без особых усилий отшвырнув попытавшегося закрыть ее собой воина. Механик слабо пошевелилась, но глаз так не открыла. В том мире, откуда пришла эта девочка, он, Вельскуд, другой. Может быть, именно поэтому она бессознательно верит ему даже сейчас, когда они находятся по разные стороны баррикад…       Стянув с руки черную перчатку, один вид которой мог до полуобморочного состояния напугать этих юнцов, Вельскуд легонько коснулся ее щеки. Затем, отбросив совершенно бесполезные тряпки-бинты, осторожно приложил свою ладонь к неглубокой, но оттого не менее опасной ране на боку девочки. Замер на мгновение, рассматривая ее растрепавшиеся косы и бледное лицо. Когда он отстранился, края раны почти стянулись, а на его ладони осталось темное пятно.       — Прости, малышка, но ты не сможешь вернуться домой, — шепнул Вельскуд, трепетно коснувшись губами ее лба.       А в следующий миг, подобрав перчатку с земли, темный рыцарь исчез, точно его здесь и не было.       Воин, лучница, клирик и волшебница суматошно бегали вокруг своей очнувшейся спутницы, а девочка из будущего удивленно моргала. Ей привиделось встревоженно-заботливое лицо старого друга вместо привычной каменной маски заклятого врага.