А вот и нет

- Я тебя знаю, точно говорю. - А вот и нет. - Ты точишь карандаши зубами, твоя любимая еда - красный, и ты любишь кусаться. Знаю, говорю же. Терези снова по-акульи улыбается, и ты, не сдержавшись, трогаешь подушечками пальцев её дёсна, залезая под губу. Она хихикает и норовит обслюнявить тебе руки и тебя это то ли отвращает, то ли возбуждает, но руки ты в результате решаешь не убирать. - У тебя пальцы кислые, как зелёная дичка. Ну, когда разгрызаешь яблоко, а там только ядрёная кислотная кислятина и губы жжёт, - задумчиво протягивает она, а потом усаживается, берёт тебя за запястье и уже основательно лижет ладонь. - А тут солёное, как... кровь. - Мы - дети Тарантино, у нас всё как кровь, о чём речь вообще. И снова смех. Она улыбается - нет, лыбится - лыбится за двоих, скалится и утром почти испугала тебя, выплыв со своим дребезжащим смехом из-под одеяла. - И эй. Эй, чел, - заговорщицкий толчок в предплечье. - Ты больше не толкнёшь мне ту же траву, что и в прошлый раз, неделю глазами плевался, не думай даже. - О, так вы сознаётесь в неоднократном приобретении наркотических веществ у подставного субъекта? Руки на капот, молодой человек! Ты послушно ложишься на столик, опрокинув лбом солонку, и подвергаешься тщательному обыску с излишне рьяным ощупыванием филейной части. - У вас там пакетик травы или вы очень рады сотрудничать? - И то, и другое, офицер. Из кафе вас выгоняют, когда начинают подозревать в использовании помещения для спонтанной съёмки порно. --- - Когда-нибудь я залезу языком тебе в глаз и выем оттуда весь клубничный джем, - мечтательно заявляет она. - Оставь немного. Иначе я уже не буду настолько секси. - А кто тебе сказал, что ты секси? - Вы, офицер. - Идиот, я же тебя не вижу! Вы лежите на животах, вытянув руки к бортикам кровати. - В прошлый раз ты прокусила мне язык. - Глаза всё равно вкуснее. Вы всегда целуетесь долго, сквозь гогот, словно в твоей глотке косяк марихуаны, и ты действительно режешься об её эмаль, а ещё о её ногти и о характер, и о те самые осколки, звон которых она выдаёт за смех. - Если ты опять размажешь по столу кетчуп и начнёшь его слизывать, нас вышвырнут из отеля. - Ты забыл добавить "при уборщице". Не пойман - не вор. - И это мне говорит будущий судья? - Презумпция невиновности! Ты упрямо носишь красное, и Терези трётся щекой о твой пиджак в общественных местах, а ещё ворует твои трусы. Ты находишь их спустя неделю, на них дырки и ты совсем не хочешь знать, что произошло (разве что немного). --- - ...А теперь нагнись. - Иди нахрен. - Я послушно шёл туда каждый раз, когда ты посылала, и у меня нещадно болит задница. - М-м, мне нравится твой жалобный скулёж. Зато ты не сидишь целыми днями на диване, как твой брат, а занимаешься фемидоугодным делом в бермудском треугольнике, два угла которого - мои колени, хехехе. Это "хехехе" можно будет прочитать на обороте твоей кожи после смерти. Выложенное копошащимися мурашками. Ты завязал Терези глаза бархатной красной повязкой и первые несколько минут она пыталась дотянуться до ткани кончиком языка. С неё сползают подтяжки, и ты поправляешь их, а потом оттягиваешь и отпускаешь. Подтяжки ударяются о несуществующую грудь со звонким шлепком. - Мне нужны мои глаза. Ты ошибаешься, - вдруг серьёзно заявила она. Ты молчишь, понимая, что облажался, но не спешишь снимать злочастную красную тряпку. Терези нужны её подёрнутые молочными пенками глаза. Они нужны, чтобы нарушитель каждую секунду чувствовал, насколько глубоко следователь изучил его прогнившую душонку. Эти твари не ведают всей мощи истинного обоняния. Кстати, пока что самым безнадёжным подсудимым в её арсенале являешься именно ты. --- На самом деле вы всё-таки курили траву однажды. Было в два раза больше дыма и дырок в губах, а ещё по накурке Тизи заявила, что веснушки - это яйца тарантулов, которые необходимо немедленно истребить, и час носилась за тобой с инсектицидами. Ты неделю отплёвывался и до сих пор не понимаешь, где она их достала в таком количестве. --- - Я тебя знаю, точно говорю. - А вот и нет. - Ты рисуешь члены на салфетках, одалживаешь деньги у старшего брата и хочешь выковырять мне глаза. - Ну, последнее хотя бы взаимно. Она утыкается лицом тебе в шею и шумно втягивает носом воздух. - А ещё ты пахнешь яблоками и моим арбузным шампунем! - Зато я не ем твою зубную пасту. - Конечно. Я бы тебе за это горло перегрызла, - заметила она и демонстративно запустила зубы тебе в плечо.