Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

      Стараясь не попадаться на глаза тем ребятам из гильдии, с кем они тесно общались, Гажел и Джувия тихонько спустились в гостиную. Гажел повёл ноздрями, стараясь зацепить как можно больше воздуха и найти запах Уоррена среди прочих ароматов. Пока они старались незамеченными добраться до первого этажа, стальной драгонслеер уже успел вкратце объяснить Дождии, зачем им нужен читающий мысли и передающий воспоминания волшебник, что он подслушал во время собрания ребят на первом этаже второго июля, и куда пропал Грей. Джу напряжённо молчала, выслушав брата. Её и без того склонное к состраданию сердечко сейчас просто разрывалось от страха. От страха за Грея. Она ещё не знала, что происходит в Краконе с ледяным созидателем, но уже явственно ощущала, что ничего хорошего. Неспроста Грей подговорил ребят из гильдии устроить всё так, чтобы Джу и Гажел ничего не узнали. Не пытались ему помочь. Синевласка не могла понять, что же именно мешало друзьям Грея собраться всем вместе да разобраться с его обидчиками. Ведь сколько раз Фуллбастер очертя голову кидался защищать своих товарищей… Но твёрдо Дождия знала лишь одно. Знала, что они с Гажелом докопаются до правды. И, если понадобится, всю Кракону, да что там, весь Фиор на уши поставят! - Ги-хи, - потрескавшиеся губы Гажела растянулись в ехидной ухмылке. - Чего? – вопросительно глянула на него Джу. - Я, кажись, понял, где наш телепат ошивается. Так что рвём быстрее к магазину компьютерных запчастей, пока он там один! *** Нюх Гажела, разумеется, не подвёл – Уоррен сидел на лавочке во дворике прямо за компьютерной лавчонкой и любовался только что приобретённой материнской платой. Да, как у всякого чудака из гильдии «Хвост Феи», у Уоррена была своя необычная страсть – компьютерное «железо» и всё, что с ним связано. Волшебник-телепат настолько увлёкся своей покупкой, что даже не удосужился прислушаться к шагам за его спиной. И вздрогнул лишь тогда, когда на его плечо приземлилась огромная ладонь Гажела. - Ну здорово, телепат. Пойдём-ка прогуляемся через пару двориков, там гаражи такие живописные… Уоррен с ужасом взирал на Гажела, но при этом ни малейшей растерянности в его взгляде не было. - А, ну да, чё я распинаюсь, - расхохотался Гажел. – Ты же уже все наши мысли прочитал и знаешь, небось, зачем мы пришли! Не церемонясь, стальной драгонслеер одной левой схватил Уоррена за шиворот и поволок по направлению к тем самым гаражам, за которыми он и рассчитывал начать экзекуцию, если телепат не захочет говорить по-хорошему. - А вот бить меня не надо, - словно эхо, отозвался Уоррен на размышления Гажела. – Не люблю я этого. Тем более, я знал, что так будет, я видел, как Кана карты кидала… только никому она об этом не сообщила… всё изменится из-за вас двоих… гробу не быть заколоченным… ад явится наяву… но зло будет заточено в чертогах тьмы… а ценою станет его душа… они ещё падут перед ним на колени… Гажел и Джу с удивлением взирали на словно впашего в транс Уоррена, который раскачивался в руке Редфокса, как маятник на цепочке, и бессвязно бормотал отрывочные реплики, из которых ни парень, ни девушка понять ничего ровным счётом не могли. - Ты чё несёшь, кретин? – растерянно прорычал Гажел, тряхнув за шиворот Уоррена. – Обдолбался или ебанулся, ты уж сразу скажи!.. Словно резко очнувшись, Уоррен приоткрыл уже закатившиеся было глаза и бойко проговорил: - Гажел, поставь меня, пожалуйста. Я всё равно никуда не сбегу. От вас бесполезно бегать. Джувия, а ты, случайно, не прихватила мою материнку? - А-а… вот, - удивившись такому резкому перепаду настроения Уоррена, похожему на переключение каналов на телевизоре, Джу протянула волшебнику материнскую плату. Хоть девушка-дождь и не обладала навыком чтения мыслей, но, когда Гажел без лишних слов поволок Уоррена за шиворот, оставляя облюбованную телепатом лавочку далеко позади, Джу сразу как-то подумала, что эту штуковину нужно непременно возвратить компьютерщику. - Вы ведь пришли, чтобы вытрясти из меня всё касательно Краконы, Делиоры, Грея и его исчезновения? - Ничего-то от тебя не скроешь, - буркнул Гажел. - От вас, я смотрю, тоже, - ответил Уоррен, убирая возвращённую ему материнскую плату в карман широких полотняных штанов. – Так уж и быть, облегчу вам задачу. Карты Каны ведь никогда не врут. Это бы всё равно произошло… - Да причём тут Альберона со своими картами?! – взревел, раздосадованный непониманием происходящего, Гажел. - Терпение, дружище. – Уоррен встал между Гажелом и Джувией, протягивая им свои руки. – Обо всём по порядку. Возьмите меня за руки… Редкие прохожие, решавшие сократить свой путь между гаражами, в недоумении шарахались от замершей на узкой тропинке троицы. Синеволосая девушка и черноволосый здоровяк сжимали запястья смуглого парня с длинными чёрными волосами, забранными в высокий пучок. Его пальцы, в свою очередь, крепко обхватывали их предплечья, насколько это было возможно. И все трое стояли, не шелохнувшись, с закрытыми глазами. - Эти воспоминания я стащил у родного отца Грея, Сильвера Фуллбастера. Довелось мне один раз с ним встретиться… ух, и отметелил же он меня… Я чуть в ящик не сыграл! Ну ладно, не об этом. Смотрите, сейчас всё поймёте. Комментарий Уоррена «родной отец Грея» заставил Джувию подумать: «А что, у него ещё был и приёмный отец?» Ещё не увидев дальнейшего, девушка-дождь и не подозревала, что она предельно близка к догадке… - Давай, милая, - черноволосый мужчина стоял на одном колене перед лежащей на кровати женщиной с длинными белыми как снег волосами и гладил её длинную тонкую ладонь. Женщина вот-вот должна была родить, её большой живот тяжело вздымался вверх-вниз, а на лбу выступили капельки пота. - Давай… Ты же знаешь, для чего нам нужен этот младенец… - Честно, если бы не воскрешение Зерефа и пробуждение Делиоры, я бы ни за что не стала рожать, - облизав пересохшие от напряжения губы, произнесла женщина. - Первый и последний раз, я тебе обещаю. Потом ты не пожалеешь, что поступилась своей красотой на эти девять месяцев. А ребёнка найдём потом, куда деть. Надо только пристроить его так, чтобы Делиора имел к нему постоянный доступ в случае необходимости. Голос говорившего был низким, с лёгкой хрипотцой… точь-в-точь, как у Грея сейчас. От осознания этого Гажел и Джувия переглянулись. Когда же мужчина развернулся лицом, они ошеломлённо ахнули почти одновременно – стало ясно, в кого пошёл Грей. Те же чёрные растрёпанные волосы, чёрные как ночь глаза, то же телосложение, та же чуть смугловатая кожа, та же кривая полуухмылка… Отличали их только борода с бакенбардами на лице Сильвера да серьга с крестом в его ухе. И ещё одно различие между ними быстро подметила внимательная Джу. Не было во взгляде Сильвера и капли той безрассудной горячности и отзывчивой теплоты, которые накрепко засели в чёрных глазах Грея. И, как ни пытался Отмороженный спрятать всё это за иронией, высокомерием и пофигизмом, так явственно проступавшими в холодном взгляде Сильвера, ничегошеньки у него не получалось. Тем временем женщина, корчась в потугах, при помощи коренастой девушки-акушерки, всё-таки родила. Конопатая девчушка с косичками подняла ребёнка на руках и довольно произнесла: - С первенцем вас! У вас мальчик! Хотите подержать? Она протянула было уже запеленатого малыша матери, но та лишь устало отмахнулась от него. Ничего не понимая, акушерка обратилась к отцу, извлекая, словно из ниоткуда, маленький кусочек тисненого пергамента. Хоть на дворе и царил двадцать первый век (правда, то, что происходило сейчас в воспоминаниях Сильвера, было из века двадцатого), и искусство волшебства тесно переплеталось с современными технологиями, всё же живы были в Фиоре некоторые древние и стародавние обычаи. К примеру, такие, как нанесение имени, фамилии, даты, времени рождения, пола, роста и веса только что родившегося малыша на специально предназначенный для этого кусочек пергамента. Что-то вроде бирочек, которые в роддомах раньше привязывали к ручкам младенцев. - Так-так, мальчик, рост пятьдесят четыре сантиметра, вес четыре сто, дата рождения десятое января, время появления на свет двадцать два часа пятьдесят шесть минут… - акушерка сосредоточенно записывала всё на бумажку. – Фамилия Фулл-бас-тер… Она подняла голову, вопросительно взирая на Сильвера и его жену. - А как назвать решили? - Да похер как, - процедил Сильвер. Акушерка растерянно посмотрела на его супругу. Та вообще молчала, безучастно смотря в потолок. Повисла неловкая пауза. Глядя на серое покрывало на кровати, край которого уже легко касался пола, Сильвер задумчиво протянул, так, словно речь шла о том, как назвать породистого котёнка, который рождён был для последующей его продажи: - Ну давайте, пишите… Грей. Грей Фуллбастер. Джу и акушерка опустили головы почти одновременно. Не надо было уметь, как Уоррен, читать мысли, чтобы понять, что сейчас испытывают девушки. Даже Гажела охватила эта беспробудная тоска с привкусом горечи. Хоть и сам Гажел вырос с приёмными родителями, но его родные мама и папа дорожили им больше собственных жизней. И погибли, пытаясь защитить своего сына. А вот Грею как – то с рождения со всем этим не особо повезло… Конопатая девчушка закончила писать. Сильвер сунул ей пухлый конверт, произнеся: - Спасибо, Юити. Это вам за работу. Можете идти. Желая показать ребятам всю полноту картины, Уоррен быстренько заглянул в мысли акушерки. Юити, нервно теребя толстую рыжую косу, молча посмотрела на то, как только-только появившийся на свет мальчик издал свой уже второй крик в такой большой для него кроватке, потом сам (!) дотянулся до лежащей рядом бутылочки, толком не открывая глаз, нащупал беззубым ротиком соску и начал есть наведённую в бутылочке смесь. «А, ну да, волшебник,» - пыталась успокоить себя Юити. Она ведь приняла уже очень много родов, хотя самой ей после тяжёлой травмы, полученной в автомобильной аварии, детей было иметь не суждено. Маленькие волшебники всегда показывали чудеса в развитии. Она даже припомнила два случая, когда спустя три часа после рождения малыши уже начинали бойко разговаривать. Она видела разных родителей, разных детей, но именно так всё было первый раз. Малыш, которого словно нехотя нарекли Греем, лежал в своей кроватке, а никто из его родителей даже не шелохнулся, чтобы подойти к собственному сыну. А маленький Грей продолжал опустошать бутылочку в полном одиночестве. Такой маленький и уже такой никому не нужный… - Юити, можете идти, - Сильвер с силой сжал плечо маленькой акушерки, подталкивая её к выходу. – В ваших услугах мы больше не нуждаемся. - Уфф, тяжеловато заглядывать в мысли человека, от которого от самого осталось лишь воспоминания, - пробормотал Уоррен, тряхнув головой. Джу только ещё подумала о том, что, может, стоит попросить телепата о том, чтобы о дальнейшем он рассказал сам, как Уоррен сам вслух возразил её мыслям: - Нет, ребята, вы же за правдой сюда пришли. Значит, смотрите дальше правду. «Ишь ты», - раздражённо думала Юити, когда тяжёлые ворота особняка Фуллбастеров с грохотом захлопнулись за её спиной. Конверт с деньгами, который Сильвер пытался ей всучить, девушка так и не взяла. – «Нашлись тут не нуждающиеся в моих услугах… А сами ни один, ни вторая даже к сыну не подошли… Скоты какие-то. А эта Мика, жена Сильвера... Не сына как будто родила, а так, от опухоли какой-то избавилась. Что-то тут не то…» Рыжеволосая девушка, высоко поднимая пухлые ножки, кругами ходила вокруг старинного особняка, думая о том, как проникнуть внутрь. Разыгралась вьюга, и она утопала словно из ниоткуда взявшихся сугробах чуть ли не по колено. Хоть Юити и не была волшебницей, но её внутреннее чутьё, с магией ничего общего не имеющее, отчаянно твердило ей, что она обязана пробраться в дом и как можно больше разузнать об этой семье и этом ребёнке. Единственное, что Юити слышала о чете Фуллбастеров – тёмные волшебники, чуть ли не на ты с ужаснейшими демонами и разнообразными порождениями зла. Балуются такими заклятиями, за которые не всякий фанатик Сатаны возьмётся… И, кстати, кто такой этот Делиора, о котором говорил Сильвер? Стоя у чёрного входа, девушка услышала, как снова распахнулись главные ворота. Она слышала шаги, голос Сильвера, видела мечущиеся тени. И, быстро сообразив, что надо пользоваться моментом, пока хозяева отвлеклись на припозднившегося гостя (судя по голосу, мужчину), Юити, кряхтя, пыхтя и матеря себя за своё неуёмное любопытство, полезла через ограду. Всё как будто было на стороне маленькой авантюристки – на заднем дворе не было ни собак, ни прислуги. Даже все фонари были выключены. Сделав несколько шагов по направлению к чёрному входу, Юити обнаружила, что судьба сделала ей ещё один непредвиденный подарок – дверь не была заперта даже на мало – мальски простенький засов. Просто легонько прикрыта. Впервые в жизни акушерка обрадовалась, что она не волшебница. «Ха, поди, понатыкали всякой магической защиты против волшебников. А про то, что нарушителем вашего спокойствия может быть обычный человек, даже и не подумали!» - злорадствовала Юити. Пробраться поближе к дверям гостиной Фуллбастеров, где рожала Мика, оказалось для рыжеволосой делом пяти минут. Двери гостиной были чуть приоткрыты – похоже, Фуллбастеры и их таинственный гость даже и не рассматривали возможности проникновения в этот дом кого – то постороннего. Усевшись за колонной и предусмотрительно набросив на себя свисавший откуда – то сверху балдахин, Юити напрягла и зрение и слух, дабы получить как можно больше информации. - О, родила, - пришедший склонился над кроваткой, в которой посапывал маленький Грей. – Поздравляю. - Да с чем поздравлять-то, - усмехнулась Мика, прикуривая сигарету. Сизый дымок тонкой струйкой побежал к потолку гостиной. Женщина тряхнула идеально прямыми белыми волосами и продолжила: - Ты же знаешь, Иван, для чего я его вообще родила… - Ну да, - безучастно хмыкнул мужчина, которого назвали Иваном, - я бы тоже не очень-то хотел оживить демона, а потом каждый год поить его своей кровью. - Ведь тот, кто дарует свою кровь для обретения Делиорой плоти, тот вынужден будет каждый год утолять его жажду, - глухо отозвался Сильвер. А ты сам знаешь, молодой и крепкий мальчишка, в жилах которого течёт наша кровь, для этого подойдёт, как никто. Как Макаров, папашка твой? - Да как-как, - раздражённо бросил Иван, тоже закуривая, - Всё со своей гильдией вшивых феечек носится, про добро и дружбу втирает… а самое обидное, и сына моего, Лексуса, в эту дурь втянул. Мальчишке пять лет, а он уже про силу дружбы и свет что-то лопочет… Тьфу! Старый хрыч, испортил мне сына! - Зато, если бы он не вживил в его тело магию убийцы драконов, мелкий бы сейчас не выжил. Отправился бы на тот свет вместе с твоей умершей при родах женой, - резонно заметил Сильвер. – Он же совсем хилой у тебя родился. - Ну да, - опустил голову Иван. – И ты знаешь, он, как я слышал, уже сейчас такие штуки со своими молниями вытворяет… Знаешь, у меня на него были совсем другие планы. Ну да ладно, сейчас не об этом. Думаю не стоит тянуть время – Делиоре нужно тело, а нам нужен воскрешённый Зереф. Нам ведь всем хочется падения Совета? Пытаясь развеселить присутствующих, Иван поднял руку вверх: - Нам ведь всем хочется поставить на колени всё наше королевство, а за ним и весь мир? - Да! – хором крикнули Ранила и Сильвер. Эта коллективная весёлость больше напоминала задор фанатиков и приводила Юити, а также наблюдавших за всем этим Гажела, Уоррена и Джувию в неописуемый ужас. - Тогда приступим! – воскликнул Иван. Взмах длинной и широкой ладони тёмного волшебника, несколько фраз на латыни – комната наполняется красноватым свечением, в помещении не остаётся ничего, кроме огромного стола из красного дерева и кроватки, в которой лежал ребёнок, вся дальнейшая жизнь которого должна была измениться раз и навсегда с минуты на минуту. Повсюду начали раздаваться неизвестно кем издаваемые стоны, завывания и истошные крики, заметались чёрные тени, сменяемые яркими слепящими глаза вспышками. То тут, то там появлялись искажённые агонией предсмертного страдания изуродованные лица без глазниц, с перекошенными ртами, и тут же исчезали. В руке высокого длинноволосого волшебника уже оказался зажат серебряный кинжал с блестящим заточенным лезвием. Мика и Сильвер, не останавливаясь, продолжали читать заклинания на латыни, которой не понимали ни Юити, ни трое наблюдавших за всем вместе с ней путешественников по чужим воспоминаниям. Иван же бесцеремонно взял новорождённого Грея за маленькую ножку и поднял над столом так, что Фуллбастер-младший повис вниз головой, даже не плача. Малыш лишь удивлённо таращил свои блестящие чёрные глазёнки. Серебряное лезвие кинжала мелькнуло, кинув отблеск от неизвестно откуда взявшегося красноватого пламени, и на маленькой ручке заструился алой кровью длинный и очень глубокий порез. А маленький Грей так и не издал ни единого звука, что окончательно повергло в ужас незримых для Ивана, Мики и Сильвера наблюдателей. Кровь закапала на стол, растекаясь по красному дереву и обретая форму пентаграммы. На каждом конце шестиконечной звезды загорелось по маленькому угольку. И тут из маленьких ладошек Грея Фуллбастера вырвались крошечные льдинки! - Ммм… маг льда, интересно… - протянул Иван, не выпуская маленького волшебника из рук. – Как ты, Мика… Женщина с белыми волосами лишь ухмыльнулась, не переставая бубнить заклинания. Призраки под монотонное чтение тёмных заклятий метались по всему дому, их танец смерти становился всё стремительнее и жутче с каждой секундой. Когда лужица крови, огибая пентаграмму, растеклась по всему лакированному покрытию деревянного стола, Иван неожиданно перевернул маленького Грея и прижал его дрожащую ладошку к алому пятну. Потом тёмный волшебник поднёс ребёнка к зеркалу и точно так же прижал его ручку к отражающей поверхности, продолжая читать заклятия на латинском в унисон с родителями Грея. И с каждым его словом мечущиеся страдающие призраки завывали, кричали и стонали всё ужаснее и надрывнее. Для Юити, Гажела, Джувии и даже для Уоррена это звучало примерно так: - Уаааааааа… аааааа… бла-бла-бла-бла… агрххххххх… ааааааааа… ууууу… бла-бла-бла… «Бла-бла-бла» - примерно так в ушах ребят отдавалась латынь, на которой изъяснялись проводившие тёмный ритуал волшебники. Но им и перевода на родной язык не надо было, чтобы понять, что это ритуал дарования тела тёмному и мощному демону… - Уаааааа… бла-бла-бла-бла-бла-бла… уааааааааа…. Ууууууууу… бла-бла-бла-бла… Делиора! Вокруг прижатой к зеркалу измазанной в крови ладошки Грея образовалась чёрная воронка, чем – то напоминающая портал. Гажел рванул было вперёд: - Давайте остановим всё это, пока не поздно! Щас ёбнем этого рогатого ублюдка, и дело с концом! И Кракона останется на месте, и мои родители будут живы, и Отмороженный не вляпается во всё это дерьмо… - Гажел, - грустно покачал головой Уоррен, - это же всего лишь воспоминания. Нематериальный пшик. Здесь ты уже ничего не изменишь. С этими словами телепат, не отпуская рук Гажела и Джувии, двинулся прямо в гостиную, где носились кругами обезумевшие духи страждущих, а чёрная воронка вокруг ладони Грея превратилась в омут, до краёв напичканный завихрениями из невероятной магической мощи и всепоглощающей тьмы. Поначалу Джу занервничала при виде всего этого, а потом сообразила – их же попросту никто не видит! Иван всё так же продолжал выкрикивать попеременно то непонятные фразы на языке мёртвых, то имя Делиоры. Взгляд его преисполнился окончательного безумия. Мика же с Сильвером, чуть закатив глаза, продолжали хором нараспев вторить сыну мастера гильдии «Хвост Феи». И никто из тёмных кудесников не обратил внимания на тех, кто незримо наблюдал за ними. В том числе и на зажавшую рот ладошкой Юити, которая таким жестом пыталась сдержать рвущийся наружу крик. А потом появился он. В обличье уродливого зверя с бараньими рогами, с телом, покрытым гладкой чёрной чешуёй, с когтистыми лапами вместо рук и с горящими голодом, ненавистью и злобой жёлтыми глазами. И имя ему было Делиора… - Уф, - Уоррен, не разжимая тесных колец из своих пальцев на запястьях Гажела и Джувии, склонил голову к предплечью, пытаясь утереть пот со лба. – Замаялся я, однако. Не могу больше от лица Юити показывать. Сил нет. Короче, потом Юити выкрала Грея у Фуллбастеров, вывезла из этого города и вместе со своим мужем Николасом переехала в Кракону. Они стали воспитывать Грея, как родного сына. А Делиора… Картинка резко сменилась. Ошеломлённый пропажей младенца демон рвал и метал, разрушая всё и убивая всех, кто попадался ему на пути. - Мы найдём его, о великий! – Джу невольно ахнула. Интонации Сильвера были настолько подобострастными и заискивающими, что на фоне грубоватых, но искренних ноток в голосе Грея это казалось просто омерзительным. Делиора лишь одарил Сильвера полным ярости и презрения взглядом сверкающих желтых глаз. Демон произнёс: - Пойми, Фуллбастер, я буду убивать, пока не доберусь до твоего выродка! Мне нужна его кровь! Толпа людей, простых смертных и волшебников, кто по вине Делиоры потерял родных, близких и собственные дома, сжимая подручные средства, которые должны были использоваться в роли оружия, медленно приближалась к Фуллбастерам, окружая их плотным кольцом. Понимая, что ещё чуть-чуть и вся великая мощь их тёмного колдовства может им не помочь, Сильвер вытянул перед собой руки в примирительном жесте и торопливо заговорил: - Я понимаю вашу горечь… - Да что ты понимаешь?! – раздался выкрик в толпе. - Я понимаю вашу боль… - Как вы, твари, можете нас понимать?! Сейчас мы объединимся все дружно, и срать нам, что вы тёмные волшебники! Мы вас отправим в ад за то, что это вы породили это чудовище! - Но-но-но, - Сильвер ни с того ни с сего расхрабрился. – Попрошу заметить, что породил его мой сын, Грей Фуллбастер. И все претензии такого рода вы можете направлять ему. А демон… демон просто взбешен тем, что не может насладиться его кровью. Ведь уже два года прошло с той поры, как он пропал… Люди замолчали, прислушиваясь к словам Сильвера, и дружно взглянули на него. И это было их главной ошибкой. Пока убаюкивающая речь Сильвера отвлекла их внимание, Мика медленно, словно маятником, стала раскачивать из стороны в сторону медальоном из белого золота, испещрённым мелкими рунами. И толпа стала внимать Сильверу, все покорно кивали, словно зачарованные. Лишь один голос раздался, словно пробиваясь сквозь всеобщее отупение: - Да чё ты лечишь, Сильвер?! Как может маленький мальчик породить и даровать тело сильнейшему демону всех времён и народов?! - Ты не знаешь, насколько темна его сущность. Этот ребёнок хуже демона, этот ребёнок источает тьму, будто бы он и есть сам дьявол! – отозвался в толпу Сильвер. И жестом указал Мике на говорившего с ним, чтобы она качнула ещё разок волшебным медальоном, и утих единственный возглас протеста. - А дальше? – спросила Джу, как только усилием воли Уоррен выдернул из этого воспоминания. - Делиора озверел, шёл по городам и королевствам, выжигая, опустошая и уничтожая всё и всех на своём пути. Он искал Грея, он не останавливался, убивая всех – и женщин, и детей. А биологические родители Грея и Иван Макаров уже не могли его останавливать и сдерживать. Да, они получили власть, богатство и неимоверную волшебную силу, но взамен им досталось тяжкое бремя постоянно скрывающихся от обозлённого на них люда кочевников. Хоть и в каждом городе, где их замечали, они таким же макаром прогоняли сказочку про то, что именно Грей виновен в появлении Делиоры на свет, но люди хотели отомстить и им тоже. Уже за то, что благодаря им на свет появился Грей… Я уж молчу про то, сколько появилось желающих прикончить маленького Грея Фуллбастера… Уоррен покачал головой, переводя дух. Потом сделал несколько глубоких, но прерывистых вдохов. Видно было, что волшебнику уже очень тяжело блуждать по тёмным коридорам чужого подсознания. - Давайте покурим, - Уоррен резко отпустил руки Гажела и Джувии и неловко плюхнулся на зеленеющую возле гаражей траву. – А я пока ещё кое-что расскажу, а потом напоследок покажу самое главное. А вы уже решите, стоит идти вам в Кракону или нет… - Надеюсь, это не займёт много времени? – озабоченно нахмурившись, произнесла Джу. - А то, пока ты нам тут 7Д своё показываешь, от Фуллбастера одни косточки необглоданные останутся, - пробурчал Гажел. Ему не хотелось этого показывать, но стальному драгонслееру стало невольно жаль Грея, хотя всех его злоключений он ещё до конца не знал. Уоррен горько усмехнулся: - Ребята, всё, что вы сейчас увидели, отняло буквально десять минут. Ещё примерно столько же – и расходимся. Телепат вновь затянулся и ненадолго замолчал. После того, как в позапрошлом году Уоррен покопался в подсознании Грея и подглядел за всей изнанкой его жизни, он не любил ворошить всё это снова и снова. Но теперь приходилось. Двое сидящих напротив него растерянных и горящих желанием отомстить волшебников сами ещё не знали, во что ввязывались, но хотели лишь одного – узнать правду. Выпустив кольцами серый дым, Уоррен прокашлялся и снова заговорил: - В общем, в итоге Делиора добрался до Краконы, обнаружил там Грея и его приёмных родителей… - Можешь не показывать, - прорычал Гажел, отстраняясь от протянутой ему Уорреном ладони. – Я всё это своими глазами видел. - Я тоже не хочу смотреть, - тихо произнесла Джу. – Я всё и так в подробностях знаю… - … убил их, чуть не прикончил его самого, - продолжал монотонно бубнить Уоррен, желая, чтобы это всё поскорее закончилось, - потом Грея нашла Ул. Одна из десяти Богоизбранных, сильнейшая волшебница льда во всём королевстве. Гажел и Джувия словно нехотя взялись за разведённые в стороны руки Уоррена. Перед их глазами оказалась худощавая женщина высокого роста с коротко стрижеными чёрными волосами, несущая на руках завёрнутого в бордовое покрывало маленького грязного Грея Фулбастера. На теле его смешались грязным месивом грязь и куски чужих внутренностей, Мальчик был почти без сознания, кашлял, сплёвывая бурые кровавые ошмётки. - Не бойся, маленький, - лихорадочно приговаривала женщина, крепче прижимая теряющего силы ребёнка к себе. – У меня уже один такой, как ты, живёт, Леон зовут… Будете друзьями. Он маг льда, а, интересно, кто ты?.. Ты хоть посмотри на меня, не закрывай глазки, слышишь? Грей лишь смотрел куда-то сквозь Ул, а в его чёрных глазёнках застыла такая обречённость и апатия, какой не встретишь и во взгляде прожившего жизнь и умудрённого опытом старца… И снова смена кадров. Всё это напомнило Джу и Гажелу просмотр фильма с постоянной перемоткой. А Уоррен продолжал пояснения: - Грей стал воспитываться у Ул. Она обнаружила его способности владения ледяным волшебством, что её очень порадовало. Ведь и Леон, её первый ученик, и она сама владели тем же самым волшебством. Два полуголых мальчишки, на вид лет семи, стоя на вершине заснеженной горы, словно не чувствовали холода. Внешне они были полной противоположностью друг другу – чёрная шевелюра одного и пепельно-белые волосы другого смотрелись, словно инь и ян. Ул подгоняла и подбадривала их, а ребята, словно становясь одним целым с пронизывающим до костей холодом, то метали ледяные копья на много миль вперед, то размахивали ледяными молотами, то отплясывали на ледяном паркете… - А тем временем Кракону отстроили заново, - продолжал Уоррен. – Родители Грея, Сильвер и Мика, появились там и умело натравили всех жителей нового города на Грея, который к тому моменту был ещё ребёнком. Теперь на поиски его отправился не только озверевший Делиора, но и новое поколение краконцев. За поимку Грея им была обещана от Фуллбастеров баснословная сумма. Но Грей будто бы решил облегчить им задачу. Решил сам выйти на Делиору и убить его, чтобы всё это кончилось. Правда, он ещё не придумал к тому моменту, что делать, когда после смерти Делиоры тут же появится ставший бессмертным Зереф… Черноволосая коротко стриженая женщина, раскинув руки, сколдовала ледяной щит, чтобы прикрыть перепуганных мальчишек. Но совершенно не учла того, что в момент созидания защитной магии её собственное тело попадает под удар противника. Чем и воспользовался демон, огромной лапой сгребая в охапку изящное тело Ул и ломая его пополам, словно хрупкую тростинку. Грей изо всех сил лупил кулаками, атаковал магией, выбрасывая тонны своего льда на прозрачную, будто стеклянную ледяную стену, но толку от его попыток не было никакого. Он лишь смотрел на то, как искажается от адской боли лицо Ул, как её кровь заливает когтистую лапу Делиоры. Леон, забившись в выступ между скалами, визжал что – то про то, что именно Грей из – за своего желания прикончить Делиору привёл их учительницу к такой смерти. Делиора приблизился к ледяному щиту, отбросив разорванное тело Ул, провёл по нему заскорузлыми пальцами, но на холодной поверхности и следа не осталось от смертоносного прикосновения демона. - В тот раз, так и не сумев пробить ледяной щит Ул, который та создала ценой собственной жизни, Делиора ушёл, - снова заговорил Уоррен, выдёргивая ребят из очередного воспоминания Грея. Было заметно, что телепат на все эти трансляции истратил немало сил и стремился побыстрее изложить ребятам, в чём дело, поэтому воспоминаний стал показывать по минимуму, приберегая волшебную силу для самого главного. - Леон обвинил Грея в смерти Ул и избил его до полусмерти, пользуясь при этом заклятиями, которым Ул их никогда не обучала. Уже в том возрасте Леон Бастия здорово интересовался тьмой и всеми её проявлениями, хотя открыто сторону зла принимать не хотел. Или боялся. Ведь принять тут или иную сторону – значит взять ответственность за свою позицию. В подтверждение своих слов Уоррен лишь показал ребятам, как Леон удаляется, бормоча проклятия в адрес Грея. А черноволосый семилетний мальчишка висит на каменной глыбе, прибитый ладонями к скале при помощи огромных серебряных кинжалов. - После Грей попал в «Хвост Феи», - отрывисто заговорил Уоррен. – Помню, поначалу он диковат малость был… Я сначала удивился, а потом, как порылся в его голове, и сам офигел. Я б, наверное, после такого совсем бы озверел… - Слышь, ты! Как тебя там? Эй, блин, я с тобой разговариваю!!! – маленький Нацу Драгнил прыгал и верещал, пока полуголый черноволосый пацан сидел к нему спиной и не шевелился. - И вообще, чё эт ты раздетый!!! Оденься, блин, Мороженка!!! - Завались, Головёшка. Миг – в воздух взлетел кулак Грея, и мальчишка с розовой шевелюрой отлетел на другой конец гостиной. - Не поняла… Ты чего мне мелкого обижаешь, зверёныш?! – Эльза, хоть ещё и была столь мала, но свой стальной характер показывала уже вовсю. Она подлетела к Грею, и, ухватив его за чёрные волосы, развернула его лицом к себе. - Ну и? – единственное, что произнёс Грей. Причём произнёс тоном разочаровавшегося в жизни и отчаявшегося человека. - Бей же, - выдавил он из себя, когда увидел, как глаза Титанийской округлились при виде его хладнокровия. Маленькую оружейницу, несмотря на её столь юный возраст, уже побаивалась вся гильдия. – Да посильнее. - Да ну тебя, - буркнула Алая, рывком бросив на пол приподнятого за волосы Грея. – Дикарь какой-то. И неадекватный. - ОТМОРОЖЕННЫЙ!!! – раздался тогда ещё звонкий детский голосок маленького Саламандра. – ТЕБЕ ПИСЕЕЕЕЕЕЕЕЦ!!! - Ща я тя угомоню, Уголёк недоделанный! - Смахнёмся? - Лови подачу! - Я аж воспылал!!! - Это их первая встреча, - смеясь, проговорил Уоррен. Джу не сдержала улыбки, Гажел лишь криво ухмыльнулся самым краешком рта. Но все прекрасно понимали, что Уоррен показал этот кусок из воспоминаний Грея для того, чтобы хоть немного разрядить обстановку. - Ну а потом в гильдии объявились чиновники из Совета... - Телепат моментально посерьёзнел, а Джувия с Гажелом сразу приготовились к тому, что сейчас снова придётся увидеть далеко не самые радужные моменты биографии Грея.