Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Двери ресторана распахнулись, и в помещение, в котором Грей уже успел устроить бардак, вновь вошли мастер и Тира. Правда, перепачканных детскими неожиданностями придворных видно не было. Да и не должно уже было быть. Теперь события развивались по немного другому сценарию. Брюнетка держала на руках маленькую девочку. Ту самую, которая до временной петли Уртир как раз в этот момент заливала какашками весь королевский дворец и прилегающую к нему территорию. Наученные горьким опытом, Яджима и Макаров не стали даже пытаться посмотреть на магию малышки в действии, а сразу проделали комплекс мудрёных магических манипуляций, временно сдерживающих прущую во все стороны силу малютки, которую, кстати, решили назвать Аской. Грей, кстати, немного не прав был, назвав волшебство девочки говномагией. Дело было в том, что девочка обладала способностью разжижать любые твёрдые предметы. А просто так как на тот момент, когда Макаров решил посмотреть на её силу в действии, малышка обкакалась, вот все приветы из её детского организма и стали предметом воздействия её магии. Вот и искупался королевский дворец в… кхм, тоннах коричневой жижи. Теперь – то благодаря временной петле Тиры события развивались немного по – другому. И снова не в самую лучшую сторону для Грея. Развернувшись лицом к Нептуну, Фулбастер, выставив правую руку вперёд, всё – таки смог превратить все пенящиеся волны морского владыки в гряду ледяных возвышений. Заморозка причудливым образом повторяла все изгибы водной составляющей, даже завитки пены сохранили свою затейливую форму, только стали ледяными. Грей, круто развернувшись на месте, изо всей силы ударил ногой по всем этим ставшим ледяными волнам, и заулыбался, глядя на то, как они стали осыпаться на пол холодными полупрозрачными осколками: - И так будет со всей твоей водой, старик! Единственное, чего опять не учёл Отмороженный по досадному стечению обстоятельств – что одна здоровая рука не очень – то помогает в бою против двух противников. Причём, когда каждый из них, как бы Грей ни повернулся, неизменно находился к нему спиной, в то время как второй оказывался лицом к лицу с ним. Вот и не заметил Грей поначалу обвивающих его щиколотки чешуйчатых ледяных змей. А когда наконец почувствовал холод на ногах, было немного поздновато. Змеи уже добрались практически до его колен, не просто сводя ему ноги вместе своими тугими кольцами, но и словно намертво примерзая к его конечностям. Самое страшное, что дошло до Грея уже немного погодя – змеи, минуя ткань его рваных джинс, вмерзали в его тело, становясь одним целым с самим Отмороженным!.. Лёд проникал сквозь кожу, парализовывал мышцы, сковывал плоть… Мать твою, похоже в странствиях в одиночку Леон даром времени не терял и овладел такими заклятиями, которые даже Ул не снились!.. Точнее, которые она себе просто не позволяла использовать. Покойная ныне наставница ещё при жизни рассказывала Грею и Леону, бывшим тогда ещё мальчишками – сорванцами, о заклятии Льда во плоти. Лёд при его применении проникал в тело противника, парализовывал его холодом, проникал медленно внутрь до самого сердца, доставляя своей жертве немало страданий. Для того, чтобы овладеть этим заклятием и регулярно его применять, магу нужно было один раз при полной луне придать своему созиданию любую форму, какую только фантазия позволит, (судя по всему, Леон избрал змей), и пропитать его кровью девственницы (самое жуткое, что кровь для этого ритуала была нужна именно из самого девственного лона жертвы!). Сначала Грея аж передёрнуло от того, каково пришлось той несчастной, что кроме своей чести ещё и кровь для грязных ритуалов Леона отдала. Потом он мимолётом так подумал о том, как же ему теперь разбираться с проникающими в его тело до самых костей ледяными змеями. Ведь лёд уже, чудесным образом проникнув ему под кожу, стал распространяться по всему его телу. Он даже на несколько секунд потерял способность двигаться. Или… ему показалось? Он же смог сейчас как – то отразить стаю ледяных орлов Леона, ринувшихся прямо на него… Да чего он заморачивается?! Лёд проник в его тело… Стал подбираться всё ближе к сердцу… Да разве для ледяного мага это проблема?! Зачем думать о том, как разбираться с легонько покалывающим его лёгкие холодом?! Ведь можно просто впустить его в себя, позволить ему заполонить всё его тело. А можно ещё и душу, чтобы легче было… Фулбастер и не соображал уже, что сам на глазах у оторопевшего Бастии, резко стушевавшегося Нептуна, опешивших мастера, Тиры и Яджимы, и попрятавшихся за ширмами и столами посетителей превратился в самого настоящего ледяного демона. Тело его от кончиков волос до пальцев на ногах стало сплошным куском льда, от привычного всем Грея Фулбастера лишь холодная голубоватая оболочка осталась. Правая рука Грея словно сама сорвала бинт с обожжённой левой. Кусок марли тоже стал ледяным. И, хоть ни малейшей искры льда левая рука Грея выдать сейчас никак не могла, боли он больше не чувствовал. Тот лёд, которому он позволил пробраться в самую глубь самого себя, излечил ноющую боль от нанесенного звездой – метеором Жерара ожога. А значит, его ставший ледяным кулак и без магии сможет немало увечий Бастии нанести!.. Он лишь чувствовал, что видит мир словно через мутноватую холодную перегородку, что движения делает словно отдельно от велений своего мозга. Где – то брызнула кровь, попав ему прямо на глаза, а точнее, на куски льда, что ими раньше были… Это однозначно была не его кровь. В его теле больше ни капли живой крови не было. А ему всё равно. Визжит Бастия… бог мой, Грей ни разу в жизни не слышал, чтобы существо мужского пола так пронзительно верещало… снова кровь. А ему всё равно. Кричит Тира, унося куда – то обгадившую весь королевский дворец малышку, стулья, столы и даже паркетные половицы вздымаются вверх, становятся такими же ледяными, как и сам Грей сейчас, и со звоном разбиваются о бетонный фундамент ресторана. А ему всё равно. Пожалуй, надо послать парочку ледяных копий вслед так неожиданно решившему покинуть поле боя Нептуну. Чёрт, левая рука так некстати отказывается участвовать в магическом созидании… Да и чёрт с ним, по одному пустить тоже будет неплохо! Да, Бастия уж точно, решив побаловаться с тёмной магией, не ожидал, что Грею этот ледяной паралич придётся очень даже по вкусу. Хотя, если б он хоть немного подумал логически, он бы понял, что играть с ледяными магами в такие игры – не самое лучшее решение. Равнодушно смотря на то, как Нептун падает, сражённый одним всё – таки настигнувшим его ледяным копьём, Грей смеялся уже над самим собой прошлым. Над тем, как он бегал за одной водной волшебницей, как преданный пес с высунутым языком бегает за хозяином. Так почему же теперь, став беспощадной ледяной машиной для убийств благодаря неудачно выбранному колдовству Леона, он до сих пор чувствует нечто наподобие укола в ледяной глыбе вместо сердца при одном только воспоминании о её синих, как море глазах?.. За сражённого им Нептуна он не боялся – он же бог, уплывет в свои моря, полежит там на песчаном дне, поколотит о подводные камни рыбьим хвостом, и силушка к нему вернется. А даже если бы Грей сейчас и убил Нептуна, так о том бы ни капли и не жалел. Поэтому он продолжал забрасывать Бастию ледяными копьями при помощи правой руки и попутно метать в него все колющие и режущие столовые приборы, хватая их с перевернутых столов уже не беспокоящей болью, но все так же не приспособленной к колдовству левой рукой… - Грей, нет!!! – а вот чтобы дедуля так кричал, Грей вообще ни разу не слышал. Ледяной даже замер, лениво запуская пальцы руки в когда – то чёрные, а теперь будто инеем посыпанные волосы…