Неверные решения, или Зачем всё усложнять?

Как – то не очень – то помогла мазь, нанесённая на обожжённую и порезанную руку Грея. Все по – прежнему жутко болело, в процессе созидания травмированная рука по – прежнему ни коим образом не могла быть задействована. Поэтому Грей, открывая своим пассажирам двери машины, когда та приблизилась к дверям госпиталя, по – прежнему свешивал левую руку вдоль тела. Это его начинало уже откровенно раздражать. Послезавтра тренировка, а он, как инвалид однорукий, ничего толком сделать не может! Так ему не придется рассчитывать на победу даже на первом же поединке… А значит, впереди ещё один год мытарств и кабалы. Чёрт бы побрал Бастию! Не явился бы он в Магнолию, не отобрал бы у него Джувию, и шло бы все своим чередом! Задумавшись обо всём этом, Грей поначалу не обратил внимание, что Эльза и Жерар продолжают, смотря в одну точку, сидеть в самом конце машины, в то время как мастер и Тира с Аской на руках проворно выбрались из автомобиля и тревожно поглядывали на них. - Детки, вы чего? – Макаров аж снова забрался в салон, начав теребить Эльзу за руку. Та же лишь томно повела карими очами и протяжно вздохнула. - А и вправду, чего они так тормозят – то, я не пойму? – Грей вспомнил, что этим вопросом он озадачился, ещё когда ледяное копье летело прямиком в Титанийскую. Реакция воительницы всегда была развита на высоком уровне, а тогда она даже и пальцем не шевельнула, чтобы хотя бы уклониться!.. - Да тут зелье какое – то подмешано, эффект налицо, - бросила Тира, пристально приглядываясь к не желающим даже из машины выйти Жерару с Эльзой, - И, похоже, какой – то идиот с ним откровенно переборщил… - Они же с Бастией были… - стал припоминать Грей, но его моментально перебил мастер: - Сейчас я их вытащу, и быстренько двигаем в госпиталь! - Ну я вас тут подожду, не пойду я в госпиталь, - Грей стал медленно приземляться на водительское сиденье. Нечего ему делать в госпитале. Эльза с Жераром сейчас отойдут благодаря усилиям Полюшки и опять начнут его жизни учить и вталкивать ему, как он плохо поступает. Нет уж, и без того тошно, хватит с него. Лучше посидеть тут, подождать ребят, отвезти их в гильдию, потом подбросить Тиру до дома и с чистой совестью, добравшись до своего нового жилища, завалиться там на диване и чего – нибудь выпить, отметив в гордом одиночестве своё новоселье. Но Макаров, увеличившись в размерах метров до двух в высоту, схватил его за травмированную руку, отчего Отмороженный аж зубами заскрежетал: - А ты куда собрался? Ты с нами идешь! Грей, превозмогая боль, быстро вырвал руку из пальцев мастера и, выскочив из машины, правой рукой быстренько состряпал высокую ледяную гору метров семь в высоту. Забрался на неё, почти взлетев (по льду передвигаться для созидателя никакого труда не составляло), сел на самую верхушку и заявил, свесившись оттуда: - Я же сказал, что никуда не пойду! - Дедуль, это бесполезно, ты его хоть по башке бей, он все равно не пойдет, - щекоча заливисто хохочащую малютку Аску, произнесла Тира. Очень её порадовало, что Яджима с Макаровым временно приостановили всплески её магии. По крайней мере, благодаря этому памперс стал наполняться гораздо реже. А Тира, подняв голову, тряхнула длинными черными как смоль волосами, бросила косой взгляд на устраивавшегося поудобнее на верхушке ледяной горы Грея и, заметив, что Макаров вознамерился увеличиваться в размерах ещё, чтобы сбросить с возвышения Фулбастера и силой утащить его к своей жене на лечение, жестом остановила его, негромко произнеся: - Не хочет – не надо. Знаешь, дедуль, как его совсем прижмет, он сам к Полюшке побежит! - Не побежит, - печально вздохнув, покачал головой старичок, но расти дальше не стал, - Плохо ты его знаешь, дочка. Он же у нас такой – помирать будет, а помощи все равно не попросит… - Ну что ж, если он мазохист и ему нравится мучиться, то пусть продолжает в том же духе, - хмыкнула Тира. Она догадывалась, что какая – то душевная травма заставляет Отмороженного так странно себя вести, но сама такого просто не понимала. Ну зачем в ущерб своему здоровью от медицинской помощи отказываться?.. А Грей вздохнул с облегчением, глядя с высоты на то, как мастер взвалил себе на плечи всё так же никак себя не проявляющих Эльзу с Жераром, и вместе с Тирой, которая не спускала с рук маленькую волшебницу, пошёл в сторону госпиталя. Внезапно Уртир развернулась, подошла к основанию горы, на которой Грей на всякий случай решил оставаться, пока они в госпиталь не зайдут, и крикнула погромче, чтобы Отмороженный точно её услышал: - Ты знаешь, езжай домой. Не надо нас до гильдии подвозить! «А то опять чего – нибудь накошмаришь», - подумала брюнетка, но вслух этого произносить не стала. - А как же ты с ребенком потом до дома доберешься? – спросил Грей, закуривая и наклоняясь вниз. - Ну… вообще – то я малышку сейчас в госпитале оставлю! Пока мы у Яджимы были, дедуля рассказал, что у вас там двое ребят есть, Биска и Альзак зовут. Они давно вместе, все такое… Недавно вернулись с задания, Биска получила тяжелое ранение, и больше не может иметь детей. А они так хотели… Так что мы решили отдать девочку им. Они уже все знают. Мы прямо из Совета им звонили, спрашивали, какое имя они хотели бы дать своей будущей дочке… - А про магию её предупредили? – расхохотался Грей, снова вспомнив, что устроила девочка в королевском дворце. - Ага, - Тира тоже не смогла сдержать улыбки, хоть и нахмурилась, вспоминая, как и ей досталось, когда фонтан из детских испражнений весь дворец заполонил, - Но Биска в таком восторге, что готова даже в какашках искупаться, лишь бы радость материнства познать… Да и Альзак от неё не отстаёт, на все согласен, лишь бы создать полноценную семью! Грей снова рассмеялся, стараясь скрыть снова начавшую царапать его сердце волчью беспросветную тоску. Да, Биске хорошо, ей с горячо любимым ей Альзаком ничего не страшно. А фонтан какашек – это так, мелочи жизни, на фоне самого главного. Они вместе до самого конца, и никакие трудности их не разведут, а малышка лишь укрепит этот союз любящих сердец. Это его, Отмороженного, удел – натыкаться на неприятности и топить свою боль в литрах спитрного. Потому что теперь, кроме одной синеволосой красавицы, занозой засевшей в его сердце, ни одна не могла добиться от Фулбастера такой же безоглядно преданной и по – звериному неистовой любви. А люди вон ничего не усложняют, семьи создают, детьми обзаводятся, любят друг друга и просто радуются жизни… - Дедуля хочет пока у Полюшки побыть, посмотреть, что случилось с Эльзой и Жераром, а я и сама такси себе вызову, сразу после того, как передам девочку Биске с Альзаком, - помолчав, Тира решила вывести Грея из очередного полета куда – то далеко от реальности завершением своего монолога, - А ты и вправду езжай лучше домой, приведи себя в порядок, а то лазишь по городу, как бомж! Весь какой – то грязный, оборванный, побитый, без майки, перегаром от тебя несет… - Я тебя понял, - отозвался Отмороженный, подняв забинтованную руку в знак того, что Уртир лучше бы остановиться, а то она немного увлеклась, упрекая его за, мягко говоря, неопрятный внешний вид. И когда же она уже уйдёт! Нашлась тут, консультант по имиджу! - Ладно, я пойду, - Тира приподняла малышку повыше и сказала: - Аска, помаши дяде Грею! Маленькая ладошка девочки взметнулась в воздухе, Грей помахал ей в ответ. Потом ещё недолго посмотрел вслед удаляющейся Уртир и спрыгнул вниз с ледяной горы. Садясь за руль, Грей подумал, что Тира действительно права, когда взглянул на себя на зеркало на лобовом стекле. Ссадины, порезы, синяки, волосы в разные стороны торчат, не понять откуда и вправду грязные разводы на его теле, а в мешки под глазами скоро можно будет картошку складывать. Резко выдохнув, Грей ощутил, что свой собственный перегар он от себя и сам ощущает. И даже спиртзавод в рабочем режиме с этой вонью ни в какое сравнение не шёл. По большому счету, Грею наплевать было на все эти тонкости. Но он все – таки решил привести себя в порядок, теша себя совершенно неосуществимой мечтой о том, что вдруг вот именно сегодня Джувия решит позвонить ему и предложить встретиться, а он человека – то едва напоминает… Фулбастер, заруливая к дому, сам над собой с горечью смеялся. И во что он ещё верит, на что надеется?! Джувия не то что про него, про друзей из гильдии и родного брата не вспоминает, не удостоив за все это время «Хвост Феи» ни одним своим визитом. Значит, Бастия и перед ней своего истинного лица не показывает, наверное, там красиво за ней ухаживает, а за спиной перед Греем то шлюхой обзовет, то ещё как оскорбит. А ей – то что, она ничего не знает, поди, чувствует себя там, как в сказке и не заботится ни о чем… Но несмотря на это, именно эта преисполненная отчаяния и несбыточная мечта о встрече с Джу и заставила Грея набрать полную ванну холодной воды и плюхнуться туда с куском мыла и мочалкой. Всех в гильдии поражало, как это Отмороженный умудряется мыться в ванной, вода в которой так холодна, что у любого другого нормального человека аж зубы стучать начинают. А ему в самый раз было. Размотав бинт, Грей опустил обожжённую руку и аж шумно выдохнул от облегчения. Холодная вода словно ласкала каждый ожог, дрянная мазь, от которой эффекта никакого не было, потекла по прозрачной поверхности желтоватыми полупрозрачными разводами. А Грей, чувствуя, как вода своей прохладой будто нежно поглаживает каждый сантиметр покрасневшей и пузырящейся уродливыми волдырями кожи на руке, подбросил в ванную несколько кусков льда, чтобы сделать воду ещё холоднее, и снова вспомнил о той, чья вода была чище родниковой и могла как радовать приятной прохладой, так и причинять адскую боль крутым кипятком. Ох, похоже, этому наваждению никогда не прекратиться… Дом Леона, двумя часами ранее. Когда Нептун ни с того ни с сего исчез, Джу, неуклюже подползая к краю кровати, просто бессильно бухнулась на пол. Цепей из серебра с неё, послушав совета Леона, Нептун не снял. Скованные руки у неё по – прежнему были заломаны за толком не зажившую спину, ещё раздирающей при касании даже о гладкие прохладные шёлковые простыни все её тело щемящей болью, что никак не давало ей снять проклятущий кляп, который похотливый бог моря затолкал ей в рот, когда она вцепилась ему зубами прямо в ухо. Тогда так всё быстро получилось – Нептун, не спросив на то её разрешения (впрочем, и Леон – то никогда не спрашивал, есть ли у Джувии сегодня желание заниматься с ним сексом) навалился на неё всем телом и, закинув на свои широкие плечи её стройные обмотанные цепью ноги, грубо вошёл в неё. Девушка даже не кричала уже – просто знала, что никто не придёт и не поможет ей. Лишь, когда ухо Нептуна оказалось совсем рядом с её полуоткрытым от бессилия ротиком, Джу моментально сомкнула зубы на ушной раковине похотливого старика и начала запрокидывать голову назад, словно с корнем хотела ему ухо вырвать. - Вот же сучка! – лишь нечеловеческим усилием сумев высвободить своё закровоточившее ухо, предварительно прижав голову Джу к подушке, выдохнул Нептун. Да, не зря Леон ему посоветовал быть с нею поаккуратнее… Чуть ухо не откусила к чертям! Поначалу владыка морей занёс было широкую ладонь, чтобы отвесить девушке пощёчину, даже не выходя из неё, отчего синеволосая, глядя на него с бешенством и ненавистью, дёрнулась всем телом и невольно прикрыла синие глаза, ожидая внушительной силы удара. Но внезапно Нептун передумал, решив просто одеть на строптивицу кляп. Нет, он даже и не подумал снять с неё цепи, просто, посмотрев на немалое количество увечий на её, кстати, таком прелестном теле, великодушно решил, что с неё и так станется, и бить её он, пожалуй не будет. Правда, пришлось приложить немало усилий к тому, чтобы одеть кляп на отчаянно начавшую сопротивляться девушку и застегнуть чуть повыше её тонкой шеи его длинные черные ремешки. Джу изо всех сил начала, тяжело дыша и выдыхая проклятия в адрес повелителя морей, вертеть головой, крепко стиснув зубы, не позволяя старику заткнуть ей рот. Нептун, тяжело вздохнув, все – таки прижал её к подушке, передвинувшись чуть повыше и зажав голову синевласки между коленями, и рывком, чудом лишь не вывихнув ей челюсть, распахнул её ротик одной рукой, второй заталкивая туда красный шарик. Дальше, не выпуская её голову из своего зажима, владыка морей пропустил под её взмокшими от пота синими локонами ремешки кляпа, свел их в одно целое и защёлкнул застежку. Потом Нептун снова сполз к уровню её паха, пристроился поудобнее и продолжил своё дело, мстя ей за укус весьма своеобразным методом. Он кусал её соски, и не легонько, а так, что у синевласки от боли аж слёзы вырывались, и она уже не могла сдержать криков боли, которые, правда, сквозь кляп вырывались глухими едва различимыми стонами. А потом, когда его толчки становились резче с каждым движением, когда он, снова терзая зубами её сосок, надавил ей на шею одной рукой, отчего девушка начала задыхаться, чувствуя, что того воздуха, что лихорадочно пытаются втянуть её ноздри, совсем недостаточно из – за заполонившего ротик кляпа, Нептун неожиданно исчез с громким хлопком. И вот, рухнув прямо на пол лицом вниз после исчезновения Нептуна, который так и не успел своё дело завершить, Джу закричала прямо в заткнувший ей рот кляп. Этот приглушенный вопль, хоть и был не очень громким, но, если бы кто – то все – таки его услышал, этого человека просто покоробило бы от надрыва и отчаяния, которые слились в нём в едином хоре. Если после первого захода унижений девушка все – таки смогла прийти в себя не без помощи Грея, то в этот раз она всё явственней она ощущала, что морально начинает уже ломаться из – за повторения всего этого ада. Джу, конечно же, считала, что это эгоистично с её стороны, но, если бы не сдерживающие её оковы, она бы попросту набрала номер Грея. Прямо сейчас. Захлёбываясь слезами и задыхаясь от истерики, она, заикалась бы, глотала бы окончания, а порой даже и целые слова... Но рассказала бы всё, как есть, умоляла бы его вытащить её отсюда! Она бы согласилась на любые его условия, лишь бы он спас её, всё равно хуже, чем у Леона, сто процентов ей бы уже не было. Да и она прекрасно помнила, каким ненавязчивым и заботливым с ней был Фулбастер, когда она жила у него. И, наверное, до конца дней своих ей не забыть, как он, пьяный до состояния безумия, просто рухнул перед ней на колени, как он вцепился в её закрытые длинными сапогами ноги, как обессилено рычал и умолял её остаться. Она знала, что, кинувшись вытаскивать её из всего этого, Грей рискует своей собственной жизнью, но так вот она больше не могла. Она бы действительно позвонила ему… Но вместо этого лежала на полу лицом вниз и сдавленно кричала в кляп, временами вздрагивая всем обнаженным и закованным в проклятое не дающее свободы серебро телом. У неё даже на слезы сил уже не осталось. Отмороженный выбрался из ванны, замотав нижнюю часть своего тела в короткое страшненькое темно – серое полотенце. Хорошо, хоть предыдущие хозяева оставили какие – то стираные мужские вещи и всякие там тряпочки – полотешки. А то Грей даже за все время проживания в этом доме даже не удосужился купить себе новую одежду, все футболки и толстовки он вообще порастерял в драках, которые в его жизни в последнее время стали каким – то очень частым явлением. После того, как он рассчитался с Шарарамом за порушенный им ресторан, Грей вообще без копейки денег остался. Это ещё повезло ему, что, когда он бродил по супермаркету с Тирой в ночь их знакомства, он догадался запастись сразу несколькими блоками сигарет, а то сейчас ещё и от никотинового голодания мучился бы. Снова перебинтовав руку, и выйдя из ванной в одном полотенце, Грей даже не потрудился трусы одеть. А чего ему мучиться, он у себя дома, гостей сегодня не ожидается… Свои рваные джинсы он затолкал в машинку, решив, что самое время их постирать. Мысленно Фулбастер очень надеялся на то, что разорванная ткань не расползется окончательно от бешеного вращения в машинке с вертикальной загрузкой. Поправляя подвернутое на боку полотенце, Грей открыл холодильник. Ух ты, да тут ещё остатки царского завтрака, который он сегодня Уртир готовил. С надеждой оглядев содержимое начиненного льдом электрического агрегата, Грей повеселел, обнаружив там, помимо еды, ещё и бутылочку виски, притаившуюся за картошкой вместе с четырьмя полтуторалитровыми бутылками пива. Ого, да похоже, он вчера не со всей выпивкой, закупленной им в магазине, расправился! Надо исправлять эту досадную оплошность… Взяв ложку и тарелку с чуть заветрившимся салатом, который он не удосужился открыть с утра, Грей решил начать с пива, прихватив с собой пару бутылок. Правда, в руке он смог удержать лишь тарелку, запотевшие от холода бутылки ему пришлось засовывать себе под мышку – левая рука, забинтованная чистым эластичным куском ткани, хоть и немного послабее болела после холодной ванны, по – прежнему нормально не функционировала. Положив на подлокотник дивана сигареты с зажигалкой и поставив рядом пепельницу, ледяной щёлкнул пультом от телевизора, добрался до музыкального канала. И, даже не прислушиваясь к тому, что там распевают, он начал, бодро стуча ложкой, жевать салат, запивая его холодным пивом прямо из пластиковой бутылки. Тарелку Грей поставил прямо себе на колени, бутылку правой рукой он то и дело приподнимал с пола. В общем, приноравливаться стал потихоньку к своей временной беспомощности. Салат доеден, пиво рядом с ним, сигарета в зубах, и чувство беспросветного одиночества… Привыкай, Отмороженный, мысленно велел сам себе Грей, тебе ещё, похоже долгие годы так проводить… Но не дали Грею унестись в дальние дали своих безрадостных размышлений неожиданно открывшаяся дверь (и как это он только мог забыть запереться?!) и голоса, ставшие ему до боли знакомыми за столько лет вместе: - Эээ, Мороженка, ты чё там притих?! Выходи, подлый трус! - Грееееей, ты живооой? - Э, хозяин! Выходи встречать гостей, ги- хи! - Эй, он точно живой? - ГРЕИЧ!!! С НОВОСЕЛЬЕМ!!! ВЫХОДИ БУХААААААТЬ!!! - Ох ты ж чёрт, - выругался ледяной, лихорадочно бросаясь к машинке и нажимая кнопку остановки стирки, Грей мысленно порадовался тому, что в этой стиральной машинке предусмотрена вертикальная загрузка. Как раз для таких случаев! Выудив оттуда черные тоже ещё мокрые труселя, Грей одной рукой натянул их на себя, следом же залезая ногой в мокрую штанину, которая, к великому его счастью, все – таки не порвалась окончательно, раздражаясь от столь неожиданного визита товарищей… и в то же время радуясь ему. Всё – таки пришли, несмотря на то, что случилось утром в гильдии. Чёрт, а ему даже на стол поставить особо нечего. И, хоть в холодильнике остались ещё кое – какие продукты, из которых худо ли бедно можно хоть что – то приготовить, но одной бутылки виски и двух полторашек пива на такую пеструю компанию было явно маловато… Наконец – то Грей вышел к своим товарищам, с удивлением обнаруживая, что выпивку и закуски они приволокли сами – Лексус, Нацу и Гажел были просто обвешаны большими заполненными до отказа пакетами. А парни вместе с Люси, Каной и Леви удивлённо воззрились на хозяина дома. С мокрыми ещё взлохмаченными черными волосами, в мокрых рваных джинсах, с которых ещё капала на пол вода, и которые обнажали его разбитое ещё на гонках колено, полуголый, весь в ссадинах и порезах (а уж что с его спиной творилось, только Гажел знал), босой, но хотя бы чистый Грей и вправду смотрелся немного странно. - Здорово, ребят, - хрипло произнес он, - Спасибо, что пришли. - Дак ты ж сам звал, - расхохотался Нацу, первым подходя к Грею, поставив пакеты и хлопая его по обнажённому плечу со всей своей дури. Грею аж неловко стало. Буквально утром он довольно сильно двинул своему лучшему другу в глаз, вон у того, аж тёмно – фиолетовый фингал на лице расплылся, а он стоит и хохочет над этим, как ни в чем не бывало!.. - Слышь, Нацу, - Фулбастер понял, что нужно извиниться перед ним за свое поведение, - ты извини меня за ту хрень, что утром произошла… - Ха, да забей! – расхохотался Нацу, обнажая идеально белые зубы, - Щас напьемся и смахнемся, вот тут – то я с тобой за утреннее и рассчитаюсь! - Да не вопрос! – отозвался Грей, думая, что вечерний погром с участием его самого и Нацу в его доме был бы идеальным завершением такого неудачного дня. Оглянувшись на ребят, которые почему – то не двигались с места, Грей добавил: - Оу, а вы с гостинцами… а чего встали – то, как вкопанные, проходите! - Ну да, с гостинцами, - заулыбалась уже пьяная Кана, решив не сообщать Отмороженному, что дедуля рассказал им, что сегодня вытворил Грей в «Шанеле» и в какую копейку ему это влетело. Узнав, что Отмороженный временно остался без средств к существованию и вряд ли сможет собрать роскошный стол для новоселья, ребята тут же решили все организовать самостоятельно. Но феи медлили, постояв вплотную друг к другу ещё пару секунд в так внезапно наступившей тишине, и Лексус внезапно разбавил это молчание, отходя чуть в сторону: - Эт… Греич… Ты только сразу не заводись, тут с тобой кое – кто поговорить хочет… За широкой спиной громовержца стояли потупившиеся Жерар и Эльза. Фернандес тоже держал в руках четыре огромных пакета, до отказа забитых едой и выпивкой. Покосившись на забинтованную руку Грея, он поднял взгляд на Отмороженного. А во взгляде этом в открытую практически читались грусть и стыд за произошедшее отчасти по вине самого Жерара, который в пылу драки с Греем сдержать себя не смог, ударив его в полную силу. - Да, а чего мне заводиться – то? – хмыкнул Отмороженный, внутренне загрустив от того, что друзья считают его настолько неадекватным, что думают, будто бы он после одной случайной стычки при каждой встрече теперь на Жерара кидаться с кулаками будет, - Проходите все, я вообще – то всех вас звал. - Грей, - все тут же ввалились в дом, а Жерар продолжал стоять. Лишь пакеты поставил на порог, - ты прости меня, что я так переборщил… - Да хорош те! – улыбнулся Фулбастер, - Я и сам хорош – Эльзу курицей обозвал! Вот и получил за свой поганый язык! - Да уж, Грей, - Титанийская всё – таки оказалась посмелее, подошла к ледяному и обняла его в знак примирения, задевая незажившую рану на его спине, отчего Отмороженный в который раз заскрежетал зубами от боли, - Тебе надо памятник за смелость ставить! Даже Нацу меня обзывать никогда не отваживался! Когда Эльза выпустила его все – таки из своих объятий, все трое расхохотались почти одновременно. На том и порешили. - А ТЕПЕРЬ ПОПОООООЙКА!!! – раздался крик Каны, которая уже протопала на кухню и вовсю шуршала там пакетами и грохотала бутылками…