Тигрица и море

Тигрица боится моря. Сама она поняла это, стоя на его берегу и пристально вглядываясь в кучерявую пенную даль. Как Тигрица вообще оказалась рядом с морем? Шифу вывез своих учеников немного развеяться, пока в очередной раз не пришлось спасать мир. Тигрица смотрела на море. Море смотрело на Тигрицу. Ученица Шифу чувствовала себя нелепо и глупо, ведь остальные уже вошли в воду и теперь радостно плескались. Громкий весёлый смех нёсся над волнами, исчезая вдали, а Тигрице казалось, что это море смеётся над ней, потряхивая пенными барашками на гребнях. Тигрица сделала над собой усилие и вошла в воду, ёжась, то ли от страха, то ли от холода. Ученица Шифу никогда до этого не плавала. Как-то не приходилось ей сталкиваться с такой необходимостью. Неожиданно припомнилась прочитанная от скуки статистика утонувших, висевшая тут же, неподалёку, на ограде пляжа. Тигрица распушила шерсть, стряхивая ещё не успевший осесть страх. Чтобы воительница Кунг-Фу боялась какой-то воды? Не бывать этому! Глубоко. Слишком глубоко для Тигрицы. Мысли крутились в цветном водовороте, лёгкий страх или, вернее, сильная неприязнь заставляла остановиться, инстинкты и оставшаяся храбрость гнали вперёд. И всё же Тигрица замерла на месте. Просто стоять было холодно, идти дальше – страшно, вернуться на берег – немыслимо. Ученица Шифу, поборов себя, опустилась вниз. Дно было песчаным, мягким. Вода здесь была по шею Тигрице, стоявшей на четвереньках, но мелкие волны то и дело захлёстывали её с головой. Она понадеялась простоять так, пока все не вылезут, и сделать вид, что тоже купалась. Стыд жёг изнутри и заставлял уже едва ли не рычать. Море издевательски пенилось. - Тигрица? Что ты там делаешь? По. Ну конечно, он же не может не беспокоиться. Рычание так и рвалось из горла. Теперь все смотрят. Ученице Шифу жутко хотелось провалиться под землю, но ответ прозвучал тихо и кротко: - Я купаюсь. - Ты что, не умеешь плавать? Ну от Шифу такого бестактного вопроса Тигрица явно не ожидала. Оставалось ответить честно. - Да. - Но ведь все тигры умеют плавать! – снова По. И главное – ни грамма издёвки в голосе. Абсолютно честный, взволнованный и наивный. Тигрица представила, что топит панду в волнах. Полегчало. А тем временем По продолжил: - Не беспокойся, ты и без этого прекрасна… То есть я хотел сказать, прекрасный ты мастер и без этого. На этот раз рык подавить не удалось. Ну куда же ты лезешь, По, со своей влюблённостью?! У Тигрицы и без того был повод стыдиться, а теперь ещё и румянец через шерсть пробивается. Ученица Шифу уставилась в воду, ёжась под волнами, напоминая побитую и облитую собаку и страстно желая провалиться сквозь землю. *** Луна поливала своими лучами успокоившуюся водную гладь. Тигрица разминалась на берегу. Никакому морю не победить мастера Кунг-Фу, ведь так? Вот и ученица Шифу решила научиться плавать. Стыд от дневной неудачи никуда не делся, он проник под кожу, ударяя, подобно раскалённому пруту, и подстрекал к решительным действиям. Обманчиво-спокойная вода одновременно манила и отталкивала. Тигрица немного походила по берегу моря, поглядывая на толщу пронзённой лунным светом воды. Боевое настроение не приходило. Ещё несколько десятков шагов вдоль мокрого берегового песка дали цель, облачённую в краткую фразу. «Ты или тебя», - размышляла Тигрица, и эта мысль эхом отдавалась в ночной тишине. Ученица Шифу вошла в воду. Это было страшно первые несколько шагов, но потом послышался голос в голове: «Давай, Тигрица, ты же не хуже, чем панда? Ты тоже можешь плавать, стоит только захотеть!» Предводительница Великой Пятёрки зашла по пояс… по плечи… Голос в голове не умолкал, подбадривая, поддерживая, и страх отступал перед бодрыми словами, как тьма отступает перед светом. Тигрица инстинктивно оттолкнулась от дна задними лапами и на мгновение зависла в липкой толще воды. Затем задние лапы забили по ней, передние загребли её мощными движениями, пришедшими из глубины веков, и ученица Шифу поплыла. Это было не сложно, но голос в голове помог ей сильнее, чем помогли бы уроки плавания. Все необходимые движения были у неё в голове, нужно было лишь зайти в воду на достаточную глубину. А уж с этим она бы сама не справилась. Голос прошептал «Тигрица…» и резко смолк, подтвердив её догадку. Ученица Шифу вынырнула, обернулась к берегу и обнаружила на нём смущённого до крайности По. Странно, но его присутствие не вызвало в Тигрице привычного уже раздражения, скорее желание подойти и обнять. Что она и сделала. Струйки воды стекали по её полосатой шерсти, капая на песок. Этой ночью Тигрица впервые осознала, насколько сильна любовь По. И хотя мысль о всевозможных нежностях и ворковании по-прежнему вызывала злость и дискомфорт, ученица Шифу ласково потрепала панду за ухо. - Пошли-ка спать, а иначе ты заснёшь прямо тут. А по дороге ты расскажешь мне, как умудрился со своей любовью вздремнуть встать посреди ночи… Берег опустел, но на золотистом песке, щедро облитом лунным светом, остались две перемешанные друг с другом дорожки следов, как обещание того, что всё ещё впереди…