Акацки в полиции

Джирайя сидел за своим столом и рассматривал материалы дела. Обвинение очень сильно постаралось и собрало много улик против майора полиции Хидана. Фотографии парня в форме с внушительными пачками денег в руках, показания потерпевших, аудиозаписи и справка об имуществе, которое он честным путем не смог бы нажить и за тысячу лет. Любого другого полицейского уже давно бы признали виновным во взяточничестве и выперли бы из органов, но Хидан был напарником Какузу и этих улик было явно недостаточно, чтобы просто отобрать у начальника ДПС помощника. Судья с грустью переворачивал страницу за страницей, представляя, что на его одежде вот сейчас появится красная точка и все, нет больше судьи. Хотя был еще шанс взять отвод, но как назло все судьи ушли в отпуска, переломали ноги или руки и сидели на больничном. Трое уволились по собственному желанию, а четверо признали, что брали взятки в особо крупных размерах, лишь бы не рассматривать это дело. Джирайя ждал, что полковник предложит ему деньги за оправдательный приговор напарника, и он сможет с честной совестью слить дело, но Какузу пошел другим путем. Судя по последним свидетельствам о смерти ключевых свидетелей, полковник решил убрать неподкупных людей, и у него это получалось лучше, чем у Пейна и Мадары защищать этих самых свидетелей. Зал для заседаний постепенно заполнился людьми, и судья начал процесс. Заслушав скучную обвинительную трехчасовую речь прокурора из соседнего района, щуплого невзрачного мужчины лет сорока, судья увидел, что в зал, наконец, зашли полковник Какузу и Конан, в латексном мини-комбинезоне. Полковник уговорил женщину быть адвокатом Хидана и подобрал для нее соответствующую одежду, которая понравится судье. Какузу занял место в числе зрителей рядом с Сасори, а Конан села рядом с Хиданом. Джирайя: - Ну, наконец! Вот это я понимаю весомые аргументы, защита как я вижу, отлично подготовилась. Прокурор: - Протестую, адвокат не имеет права приходить в таком виде в суд. Джирайя: - Протест отклонен. Конан поднялась и поправила бретельку, отчего у судьи чуть не потекли слюни. Конан: - Ваша честь, я утверждаю, что Хидан не виновен. Прокурор: - Как это не виновен? Да у нас тысяча фотографий, подтверждающих факт передачи взяток, а показания свидетелей, а запись его звонков? Конан: - Значит так, я адвокат ответчика и имею полное право высказывать свое отношение к обвинению. Я считаю, что это сфабрикованная ерунда, а не обвинение. Тоже мне доказательство: фотографии Хидана с деньгами. Да это бред сивой кобылы, а не доказательство, особенно если учесть тот факт, что Хидан регулярно участвует в спец. операциях и содействует следственным органам. Прокурор: - На нашей стороне начальник полиции и его зам. Конан: - И? Прокурор: И? Вам этого мало? Конан: - Мне все равно, кто там поддерживает сейчас обвинение, через час Пейн даст показания в пользу Хидана, гарантирую. Пейн: - Конан … Конан: - Заткнись. Прокурор: - Да вы вообще читали в чем обвиняют вашего клиента. Конан: - Я-то эту чушь читала. А вот вы ее читали или нет, это вопрос. Прокурор: - У нас грамотная доказательная база, выстроенная таким образом, что ваш клиент никак не сможет уйти от ответственности. Конан: - Цитирую "... при явке с повинной подозреваемый оказал ожесточенное сопротивление, а потом вообще отказался от дачи показаний …". Это что? Прокурор: - Я не виноват, что ваш клиент такой непонятливый. На что вы надеетесь? Конан: - Я докажу суду, что все обвинения сфабрикованы. Прокурор: - У нас не было необходимости в этом, ваш обвиняемый вымогает взятки, участвует в разбойных нападениях на честных и законопослушных граждан с последующим отъемом имущества и… Конан: - Мадара, нимб не жмет? Мадара отвернулся, не став отвечать на колкость. Прокурор: - Если я правильно вас понял, вы хотите, чтобы мы причислили подсудимого к лику святых? Конан: - Не надо перевирать мои слова. Джирайя: - Итак, начинаем судебное заседание с заслушивания свидетелей стороны обвинения. Есть возражения? Конан: - Нет, ваша честь. Джирайя: - Прокурор, ваши свидетели явились? Прокурор: - Нет, большинство из них внезапно скончались, потому что кто-то, не буду показывать пальцем, их всех перестрелял. Конан: - Ваша честь, что за детский сад? С нашей системой защиты свидетелей, невозможно их обнаружить, а уж тем более убить. Разве не сам начальник полиции и его заместитель их охраняли? Мадара недовольно посмотрел на Конан, а затем на Пейна. Конан: - Неужели они такие непутевые болваны, не способные защитить пару человек? Конечно же нет, так что прокурор лукавит и не хочет признавать, что мой клиент честный полицейский и просто не может быть таких свидетелей. Прокурор: - Что? Да ваш клиент — это позор всей правоохранительной системы. Ему не место в полиции. Конан: - А это уже не вам решать. Джирайя: - Так, успокоились все, это мне решать, так что… Конан: - Что? Джирайя: - Да я это … так … просто сказал. У стороны обвинения есть свидетели или мы переходим к свидетелям стороны защиты? Прокурор: - У нас есть свидетель, и он сейчас приедет. Я прошу вынести ширму и позволить с помощью специальной аппаратуры изменить голос свидетеля, дабы обезопасить его дальнейшую жизнь. Какузу посмотрел в окно и увидел новую машину, которой до этого на стоянке суда не было. Начальник ДПС достал планшетный компьютер и пробил владельца машины по номерам, затем передал его Конан. Как только специалисты закончили возиться с техникой Конан встала. Конан: - Могу я начать допрос свидетеля? Джирайя: - Конечно. Прокурор: - Но … Джирайя: - Цыц, а то все отгребем. Я ее знаю. Конан: - Зайцев Иван Федорович, 1979 года рождения, проживаете на улице Красной, 18/Б, квартира 4, работаете в ООО «Солнышко», есть жена Марина Игоревна и двое детей. Я все правильно сказала? Большинство людей, находящихся просто рты по открывали, а специальная ширма упала, открыв всем лицо свидетеля. Свидетель: - Да. Конан: - Что именно вы хотите рассказать суду о моем клиенте? Свидетель сначала посмотрел на Конан, потом на Хидана, затем на Мадару и Пейна, а потом перевел взгляд на Какузу, которому девушка вернула компьютер. Свидетель: - Ничего. Конан: - Ну как же, разве не вы… Свидетель: - Я ошибся, это был другой полицейский. Прокурор: - Вы знаете об ответственности за дачу ложных показаний? Свидетель: - Уж лучше тюрьма, чем тот свет. Конан: - Спасибо, у меня больше нет вопросов. Джирайя: - Прокурор, это все ваши свидетели? Прокурор: - Нет, у нас есть письменные показания. Вот, например, уважаемый чиновник Данзо дал показания, что обвиняемый неоднократно употреблял в общении с ним вульгарные слова и сравнивал депутатов с проститутками. Джирайя: - А кто конкретно жаловался на это сравнение? Прокурор: - Данзо. Он честный и неподкупный общественный деятель и … Джирайя: - Так, так, так эти показания мы принимать во внимание не будем. Так как нужны факты, а не слова. Прокурор: - Но это официальные показания. Джирайя: - И что? Верить этому свидетелю, себя не уважать. Пока он не выполнит все свои предвыборные обещания, его показания суд принимать во внимание не будет. Я уже пятый год жду ремонт дороги во дворе своего дома. А это было первым пунктом его предвыборной программы, так что прокурор уж извините, но ссылайтесь на более надежных свидетелей. А если у вас таких нет, то помолчите. Конан: - Я прошу вызвать нашего свидетеля. Джирайя (зевая): - Ну, раз уж пришел, зовите. В зал зашла девушка с четвертым размером груди в черном бюстгальтере, который держался на двух тоненьких бретельках и черных коротких шортах.Судья в этот момент пытался зевнуть, но так и застыл с открытым ртом, мысленно признав этот судебный процесс лучшим за последний месяц, даже не смотря на потенциальную опасность быть расстрелянным. Прокурор: - Я протестую, свидетель одет неподобающе. Джирайя: - Заткнись, ирод. А вы проходите, куда хотите. Девушка прошла к судье и села ему на колени. Джирайя начал молиться, чтобы бретельки не выдержали и оборвались. Девушка: - Меня зовут Ирочка. Джирайя: - Ирочка. Девушка: - У меня четвертый размер груди. Джирайя: - Очень важная информация. Прокурор: - Причем здесь майор Хидан? Эти показания не имеют отношения к делу. Судья недовольно посмотрел на прокурора. Девушка: - Я нимфоманка. Джирайя: - Правда? Девушка: - Правда, я не могу ни дня без секса. Джирайя: - Господи, спасибо тебе! Я знал! Я верил, что такое бывает! Прокурор: - Предлагаю удалить этого свидетеля из зала и продолжить рассмотрение дела. Джирайя: - Еще слово, и я удалю тебя из зала и буду продолжать дело без прокурора. Ирочка, а вы продолжайте, я вас внимательно слушаю. Девушка: - Моя мечта заняться сексом с судьей на его рабочем месте. Джирайя: - Да?! Это и моя мечта! Девушка: - Занять сексом с судьей? Ну, вам легче ее исполнить чем мне. Вы же работаете в суде. А мне где ее осуществить? Вы не знаете, господин судья? Джирайя: - Так, объявляется сорокаминутный перерыв. Все вон из зала. А вы Ирочка останьтесь, мы исполним вашу мечту. Прокурор: - А как же обвиняемый? Джирайя: - Ни куда он не денется. Вон отсюда, я сказал. Как только все вышли. Какузу и Конан подошли к Хидану. Пейн встал позади Конан, сложив руки на груди и начал выжидательно смотреть на девушку. Конан: - Хидан, как ты? С тобой все хорошо? Пейн: - Да что с ним может быть? Подумаешь неделю в тюрьме провел? Конан: - Совести у тебя нет. Ты посмотри, как парень исхудал, побледнел, сник … Пейн: - Да когда он только успел бы? В перерывах между посещениями девушками, кормежкой и упражнениях на тренажерах? И еще хочу заметить, что ваш Хидан отправил в больницу сорок два заключенных и это за неделю, при этом успевал еще по пять девушек за день принять и съедать все, что они ему приносили, а именно пироги с мясом, шашлык, пирожки с капустой. А я в это время у себя в кабинете сидел и ни одна сволочь мне даже стакана воды и корочку хлеба не принесла, я уже не говорю о сексе … Какузу: - Зависть - очень плохое чувство. Конан: - Пейн, откуда ты знаешь, что Хидан пережил? Ты что следил за ним? Пейн: - Естественно следил. Вы двое меня со света сжили бы, если бы хоть волос упал с его головы. А так я вам заявляю, что Хидан там только ел и сексом занимался, а по вечерам морду бил заключенным. И то, исключительно по своей инициативе. В религиозных взглядах они не сошлись, видите ли. Какузу: - И чего ты ждешь? Благодарности? Да после того, что сделал, скажи спасибо, что мы в суде, а не на твоих похоронах, за твой упокой пьем. Пейн: - Спасибо, полковник. Видно от вас я благодарности никогда не дождусь, стараюсь тут, ночами не сплю, а они … Какузу: - На том свете отоспишься. Что тебе надо? Пейн: - Где моя нимфоманка? Конан: - Что? Пейн: - Не, а что? Джирайе можно, а мне нет? Конан: - Ты не Джирайя. Пейн: - Но на дальнейшую судьбу Хидана повлиять могу. Увидев взгляд Какузу, Хидана и Конан, Пейн вздрогнул и нервно улыбнулся. Пейн: - Чисто теоретически. Конан: - Пейн, если я еще хотя бы раз узнаю, что ты занимаешься подобными вещами, я сделаю с тобой тоже, что и с моим котом, то есть кастрирую и заметь не теоретически. Пейн: - Да что вы на меня взъелись все? Подумаешь подошел узнать о том, где моя нимфоманка? Она же ждет меня на улице? Или в моем кабинете? Конан: - Пейн! Пейн: - Нет, вы только на себя посмотрите. И как вы хотите на меня повлиять, чтобы я дал показания в пользу Хидана? Какузу расстегнул куртку и показал табельный пистолет Пейна. Пейн: - Ээээ … здесь же суд. Какузу: - Ничего страшного, в прессе напишут, что начальник полиции не выдержал мук совести и застрелился в туалете из табельного оружия. Пейн: - Зря вы так обо мне думаете. Я не столь принципиальный и на нимфоманку согласился бы. Хидан: - Могу ебануть его, если надо. Какузу: - Надо, но ты и так под следствием, так что предоставим это дело Конан. Через час суд вновь возобновился. Джирайя закинул ноги на свободный стул рядом с собой и инфантильно осматривал присутствующих. Прокурор: - Ну наконец-то. Я хочу чтобы суд просмотрел видео-материалы обыска квартир и домов Хидана. А их, я вам скажу, оказалось больше десяти. Конан: - Хм, протестую. Прокурор: - Это я протестую против ваших методов. Подкуп судьи, между прочим, это очень тяжкое преступление. Секретарь, поставьте пожалуйста первую пленку. Итак, 22 марта этого года в квартире в которой прописан подсудимый прошел первый обыск. *** Камера показывает, как Карин, Джуго, Саске, Мадара и Тоби ходят по квартире Хидана. Мадара: - Карин, Саске, Тоби организуйте понятых. Сугетцу: - Бля, надо переводиться в ГИБДД, срочно. Ух ты, чтоб я так жил. Мадара: - На счет подобной жизни, ничем не могу помочь, но если после практики еще раз попадешься мне на глаза посажу по той же статье что и Хидана. Джуго: - А разве не надо дождаться владельца квартиры? Если мы организуем обыск без его участия, эти улики любой адвокат выкинет из дела. Мадара: - Не бойся, мы его дождемся, а пока обеспечим наличие этих самых улик. Сугетцу, будешь проводить оперативную съемку. Когда я скажу, нажмешь на кнопку и заснимешь все. Сугетцу: - Понял, я уже сни… Мадара: - И никакой самодеятельности. Нажмешь на копку, когда я скажу. Сугетцу: - Угу, но я уже … Мадара: - Я тебе еще раз повторяю, когда я скажу, нажмешь на красную кнопку, а до этого ничего не делай. Джуго, вот возьми. Мадара передал Джуго маленький пакет с белым веществом. Джуго: - Это наркотики? Мадара: - Нет, это соль. Но в лаборатории «это» будет наркотиками. Джуго: - И? Что мне с солью делать? Сугетцу: - Я знаю. Надо круг нарисовать и встать в него. Это защитит от злых духов. Я это в книжке какой-то читал. Джуго: - Зачем рисовать? Вон в той комнате уже есть нарисованный кровью. Правда там еще и треугольник. Мадара: - Сугетцу, стой в том углу и ничего не трогай. А ты, Джуго, найди для этого пакетика подходящее место. Джуго: - Э, генерал… Мадара: - Что еще? Джуго: - А почему вы настоящие наркотики не подбросите ему? Вдруг Какузу потребует проверку при нем или его специалистах. Мадара достал еще один пакетик. Мадара: - А я и подброшу настоящие. Не могу же я вам это доверить, после вашего прошлого провала. Джуго ушел на кухню, а Мадара подошел к форме Хидана и положил пакетик в карман. Мадара: - Все, выходим. На лестничной площадке рядом с Саске и Тоби стояла бабулька лет восьмидесяти без очков, но с тростью, а рядом с Карин в стельку пьяный мужчина в порванной майке и трусах. Мадара: - Это что? Карин: - Не что, а кто. Понятые. Мадара: - Какие к черту понятые? Вы что, совсем сдурели? Неужели доучились до третьего курса и не знаете, что понятые должны быть трезвыми и в состоянии что-то услышать и увидеть. Бабушка: - Ась, чего он сказал? Тоби: - Сказал, что вы не подходите на роль понятой. Бабушка: - Ась? В подъезде ему холодно? Так это из-за того, что одеваться лучше надо. Шапку там, шарф, варежки, а то молодежь черти в чем шастает, а потом мерзнет. Вон Светка из пятой квартиры … Саске: - Сейчас же лето. Бабушка: - Ась? Денег нету? Ну так работать надо, а не бездельничать. Вон Светка из пятой квартиры … Мадара: - Где вы их только откапали? Карин: - В доме напротив. Мадара: - А в этом доме по квартирам пройти, ума не хватило? Это же элитный дом. Неужели никого из жильцов взять не могли? Карин: - Так мы и прошли. Саске: - Местные, как только видели постановление на обыск квартиры Хидана, все как один по срочным делам начали собираться и на отрез не хотели больше с нами разговаривать. Мадара: - Ладно, а вменяемых людей, вы тоже найти не могли? Саске: - Вы это постановление читали? Все вменяемые этого района знают Хидана и в суде против него показания не готовы давать, даже под дулом пистолета. Мадара: - Так уж под дулом пистолета и не готовы. Сказки мне не рассказывай, я за последние десять лет и не такое проворачивал, а тут майора какого-то посадить боитесь. В этот момент к квартире подходит Хидан. Хидан: - Не понял, че за цирк? Мадара: - Это не цирк, а обыск, в твоей квартире. Вот, ознакомься с постановлением. Хидан: - Заебали уже. Ладно, валяйте, все равно эта квартира чистая. Мадара: - Ну-ну, посмотрим. Понятые, прости господи за формулировку, проходите. Генерал посмотрел на нетрезвого мужчину. Мадара: - Или вползайте уж как-нибудь, а я пойду пройдусь, может нормальных понятых найду. Тоби, Джуго, Карин и Саске начинайте процедуру обыска помещения. А ты Сугетцу, просто снимай. Тоби, ты остаешься за главного. Сугетцу: - Но я уже… Мадара: - Нажми на кнопку и все. Сугетцу: - Но … Мадара: - Хватит нокать. Нажимай на кнопку, сейчас же. Съемка прервалась. **** Съемка началась через пол часа. Мадара: - Понятые, выйдите на минутку. Тоби, а ты ответь мне, что тут происходит? Тоби: - Обыск. Мадара: - И что вы нашли в результате обыска? Тоби: - Круг с вписанным треугольником в спальне, предположительно начерченный кровью. Мадара: - Тоби, не пудри мне мозги. Если это его кровь, это не преступление. Что он делает в свободное время меня не интересует. Что-то по существеннее есть? Тоби: - Телевизор. Мадара: - Тоби, вы нашли у майора вещи, хранение которых является преступлением, с точки зрения уголовного кодекса? Тоби: - Нет. Мадара: - Как это, нет? Вы что дебилы? Тоби: - Нет. Мадара: - Ладно, подсказываю, обыщите еще раз кухню и проверь карманы куртки Хидана. Сугетцу, жми на кнопку и зовите понятых. А я сделаю пару звонков. Съемка прервалась. *** Съемка вновь началась через двадцать минут. Мадара: -Понятые, покиньте помещение на пару минут. Я пока объясню подчиненным как надо работать. Тоби: - Мы и так знаем. Мадара: - Ничего вы не знаете. Ты проверил места, которые я тебе сказал? Тоби: - Да, я же вам сказал, что ничего незаконного у него в квартире нет. Мадара: - Тоби, я тебе еще раз говорю, слушай и запоминай: кухня и карманы его формы ДПС. Тоби: - Понял. Саске: - А куда вы звонили? Мадара: - Какузу. Пусть своими глазами увидит, что хранит дома его напарник. Тоби: - Мадара, смотрите я нашел пакетик с белым веществом. Это оно? Мадара: - Дебил, положи в карман. Понятых в комнате нет, и съемка не ведется. Сугетцу: - Вообще-то … Мадара: - Сугетцу, сломаешь камеру, убью. Так, включай камеру и зовите понятых. Съемка прервалась. **** Съемка началась через двадцать минут. Тоби: - Слушайте, майор - мы вам уже какой раз подбрасываем наркотики, а потом сами их найти не можем! Куда вы их деваете?! Хидан: - Никуда не деваю! Тоби: - Вы тут бросьте над нами издеваться! Мы их, можно сказать, от себя отрываем ради дела, а он не знает! Где наркотики, гад? Хидан: - Съебись придурок. Сугетцу шепотом: - Они в кармане. Тоби: - То-то же! Вставай, гад, к стене... Руки выше! Та-а-ак. Понятые! Зайдите в комнату. Сейчас, при вас, мы проверим карманы этого человека. Чёрт! Что такое? Опять?! Где наркотики, гад?!! Понятые, выйдите на пять минут! Мадара: - Тоби, что это за цирк? Хидан: - Бля, вы меня заебали. Мадара: - Ты куда собрался? Хидан: - На кухню. Я жрать хочу. Мадара: - Нельзя, там еще идут следственные мероприятия. Хидан: - Похуй мне на ваши мероприятия. Я жрать хочу, так что или тащи сюда бутерброды и кофе, или пиздуй нахуй со своими клоунами. Мадара: - Ладно. Карин, приготовь майору кофе и бутерброды и поторопитесь. Карин: - Я вам что официантка? Да я будущий следователь, между прочим, а вы превышаете свои полномочия. Мадара: - Рот закрыла и сделала, что я сказал, иначе не видать тебе характеристики. Карин: - Ладно, но больше ничего делать я не буду. Джуго: - Мы все осмотрели. Мадара: - Результаты есть? Джуго: - Нет. Все чисто. Мадара: - Ты что издеваешься? Джуго: - Нет, у него нет ничего противозаконного. Мадара: - Где соль, которую я тебе дал? Джуго: - Я ее высыпал в солянку. Мадара: - Зачем? Джуго: - Ну вы же сами сказали найти ей применение. Мадара: - Господи, с кем работать приходится! Какузу: - Что тут происходит? Тоби: - Мадара, я нашел наркотики. Они были у меня в кармане. Мадара: - Бля… Тоби ты дебил. Тоби: - Почему? Какузу: - Мадара, я тебя слушаю. Мадара: - Ничего не происходит. Обыск закончен и ничего незаконного в этой квартире нет. Дальнейший обыск я буду проводить без вас. *** Конан: - Думаю остальные следственные кадры с обысками квартир Хидана смотреть не имеет смысла. Эта очень много рассказала о методах работы данных сотрудников. Итак, я еще раз хочу спросить, разве так работают оперативные сотрудники? Прокурор: - А я говорил, что оперативные кадры, надо сначала просмотреть, а не тащить все в суд в последний момент. Мадара шепотом: - Сугетцу, скотина, убью, ей богу убью. Конан: - Во-первых, денег у майора вы не обнаружили, а фотографии ничего не доказывают, во-вторых, ни один из заявленных свидетелей обвинения не дожил до этого заседания, а значит проверить подлинность их показаний нельзя и рассматривать не имеет смысла, в-третьих, вы не имели никакого права прослушивать телефон сотрудника полиции. Для этого нужно согласие начальника полиции, а он его не давал. Прокурор: - Протестую, давал. Пейн: - Вообще-то не давал. Конан: - То-то же. В-четвертых, согласно недавно заказанной выписке имущества у моего подзащитного не так уж и много, как хочет доказать нам сторона обвинения, а справка имеющаяся в деле недействительна, так как была выдана с нарушением всех регламентов и в этот день был сбой базы данных. О чем у меня так же есть справка от технических специалистов. Прокурор: - Протестую. Что за справка от технических специалистов? Да если и был сбой, то только в том, что было показано не все имущество подозреваемого. Конан: - Ваша честь, прошу считать все улики сфабрикованными и запретить прокурору в дальнейшем на них ссылаться. Джирайя: - Ну не знаю. Конан: - Ах да, а еще я ходатайствую о приобщении к делу этих материалов. Конан подошла к судье и положила на стол судьи пакет с фотографиями. Судья достал их и увидел обнаженную Ирочку. Посмотрев на них, судья почувствовал, что из носа начала течь кровь и на стол потекли слюни. Джирайя: - Вот это я понимаю, доказательства так доказательства. Ходатайство удовлетворено и приобщено к материалам дела под грифом «для личного пользования судьи». Джирайя повернул фотографии и увидел на обороте адрес и телефон. Джирайя: - Это то, о чем я думаю? Какузу кивнул и улыбнулся. Джирайя: - Ну, так это же полностью меняет дело. Итак, если у сторон больше нет доказательств, я объявляю свое решение. Прокурор: - Я могу ознакомиться с материалами защиты? Джирайя: - Что в фразе «для личного использования судьи» вы не поняли? Прокурор: - Постойте, но … Джирайя: - Значит так все собранные улики, суд считает сфальсифицированными и снимает все обвинения с майора полиции. Джирайя стукнул молотком и забрав фотографии, ушел не став слушать прокурора. Какузу подошел к напарнику и поздравил с очередным оправдательным приговором. Через месяц после суда. Мадара зашел в свой кабинет и кинул плащ на кожаный диван. Обойдя резной деревянный стол, мужчина сел в кожаное кресло и достал из сейфа бутылку коньяка. Очередная проверка на базе закончилась, и генерал вернулся на свою должность даже не получив выговор, хотя его заместители получили реальные сроки за растрату и расхищение государственного имущества. Мужчина потянулся и услышал стук в дверь. В кабинет зашла молоденькая девушка и поставила кофе на стол перед генералом. Секретарша: - Прибыли ваши новые заместители? Мадара: - Я их кандидатуры еще не одобрил, так что они лишь потенциальные претенденты на эту должность. Секретарша: - Простите, но еще вчера прибыл приказ о их назначении на должности, подписанный столичным начальством. Мэр его лично завез. Мадара: - Хм, ладно уж, пусть заходят, посмотрим кого мне начальство навязало? И долго ли им на свободе гулять? Девушка вышла, а Мадара поднес бокал с коньяком ко рту, но не успел сделать и глотка, как бокал выпал из его руки и упал на пол, откатившись к краю стола. Тоби: - Я подниму. Тоби с энтузиазмом подбежал к столу и попытался быстро достать бокал, но вставая задел край стола и кофе опрокинулось на ногу генерала. Мадара: - ЧТО … ВЫ … ЗДЕСЬ … ДЕЛАЕТЕ?! Сугетцу: - Как что? Генерал прикиньте, меня на заочку перевели по поручению мэра и какого-то генерала из столицы и сказали, что красный диплом просто так дадут, если я тут буду работать? Во фортануло! Тоби: - Ага, а меня уволили из полиции и сюда взяли, как самого ценного сотрудника отделения полиции. Мэр даже грамоту дал. Мадара откинулся на кресло и закрыл глаза, мысленно начав считать до десяти. На трех все же не выдержал и встал. Тоби: - А еще я решил не брать взятки. Мне же грамоту дали, как самому честному сотруднику полиции. Мадара: - Как будто раньше тебе их давали. Сугетцу крутился рядом с сейфом, рассматривая замок и стукнул пару раз ногой по ножкам сейфа, проверяя надежность. Открытая бутылка коньяка упала и разбилась. Сугетцу: - Упс, это не я. Мадара: - А кто? Может быть я? Как еще Дейдару вместе с вами не прислали? Тоби: - Его Сасори не отпустил. Дей теперь готовится занять место председателя экзаменационной комиссии в каком-то вузе от отделения полиции. И его все наши … то есть не наши учат как надо себя вести на таких мероприятиях. Мадара: - Значит так, вон отсюда, и чтобы на глаза мне больше в этой жизни не попадались. Сугетцу: - А мы не можем не попадаться… Мадара: - Эта оборонная база занимает двадцать тысяч квадратных метров. Я даже ничего не хочу слышать, про то, что вы такого простого сделать не можете. Тоби: - Но мы правда не можем, нам строго настрого запретили оставлять вас одного. И даже во внеурочное время. Это же оборонная база. А вдруг война? Сугетцу: - Ага, это даже в наших должностных обязанностях прописали. Хотите мы вам кофе сделаем? Мадара: - Яда мне лучше налейте … хотя вы и с этим наверняка облажаете. Тоби: - Мадара, вы такой шутник. Ну признайтесь же, что вы по нам скучали? Не знаю зачем вы сразу же перевелись в другое отделение полиции, но Какузу вас еще долго вспоминал. Скучал, наверное. Ходил с каким-то знакомым генералом по телефону говорил, что хочет вам подарок сделать, за все что вы для Хидана сделали. Вы его получили? Что там было, конфеты, да? Мадара: - Бля, полковник, да лучше бы застрелил собственноручно, чем это.