Последняя битва

Глава 1. Гарри лежал в подвале Малфой-мэнора, связанный заклинанием так крепко, что почти не мог пошевелиться. Болела и кружилась голова, пересохло во рту, ломило всё тело. Было темно, только в углу что-то светилось мертвенным светом, что-то похожее на гнилушки. При этом призрачном свете Гарри с трудом различал у стены очертания тела Гермионы. Рядом лежал точно так же связанный Рон и тяжело дышал. - Рон, - позвал друга Гарри. Голос был елё слышен ему самому, хриплый и какой-то шершавый. Рон не отозвался, возможно, не услышал. Гарри повторил попытку, но на этот раз из горла вырвалось только шипение. В подземелье стояла полная звенящая тишина, и пахло гнилью. Где-то капала вода, и тянуло промозглым холодом. В дальнем углу скреблись и противно пищали крысы. Гарри почти не сомневался, что всё это наваждение, вряд ли в Малфой-мэноре потерпели бы крыс и гниль. Но выглядело всё очень натурально. Достаточно натурально, чтобы пленнику впасть в отчаяние, проведя на холодном полу несколько часов. К отчаянию примешивалось сожаление, горькое от того, что ничего теперь нельзя изменить. «Как же глупо мы попались». Как глупо. Всего лишь забыли о Следящих чарах, вернее, просто не подумали о них, вели себя неосторожно. Как обычно. Вот и поплатились за свою неосторожность. Гарри тяжело вздохнул, так что магические «верёвки» ещё сильнее врезались в тело и попробовал повернуться: лежать было очень неудобно, руки и ноги затекли, в шею впивался острый камень. Но незримые путы держали крепко, не хуже настоящих верёвок. Нет, даже лучше. Верёвки, если постараться, можно ослабить, а магические узлы развязываются только при помощи волшебной палочки. Которой, естественно, у Гарри не было. «Интересно, какое они использовали заклинание? – мелькнула непрошеная мысль. – Что-то я такого не припоминаю». Отметив сей досадный пробел в своих знаниях, Гарри на минуту замер, чтобы перевести дух и собраться с силами. Камень по-прежнему больно царапал шею. «А вот Гермиона наверняка знает». Гарри покосился на неподвижное тело подруги, вздохнул и снова завозился на полу. Ему удалось, извернувшись по-змеиному, слегка изменить положение и немного повернуть голову. Единственное, что хоть немного утешало это то, что они успели переправить из подвала Малфоев остальных пленников. Переправить - то других успели, вот только не успели убежать сами. Да и как было им убежать? Гермиона лежала на полу гостиной без сознания после страшных пыток, сам Гарри чуть не ослеп от боли и ничего вокруг не видел несколько минут, когда Волдеморт нагрянул в Малфой-мэнор. Этих-то минут им и не хватило, чтобы спастись! Даже самоотверженный Добби не успел им помочь, хотя и очень старался и погиб от заклинания Беллатрисы там же, в гостиной. Его маленькое безжизненное тело осталось лежать на полу. Эта страшная картина так и стояла перед глазами Гарри. Ещё один друг отдал за него жизнь… Ещё один… Гарри тихо застонал от отчаяния и бессилия. Как же глупо они подставились! Он проклинал себя за непредусмотрительность, но ничего уже не мог изменить, и это было самое страшное. А главное, если он сейчас умрёт, а Гарри в этом уже не сомневался, кто же уничтожит крестражи, ведь без этого Волдеморта не победить? Сердце болезненно сжалось. Никогда он ещё не попадал в такое полностью безвыходное положение, никогда не был столь унизительно беззащитным, у него нет даже волшебной палочки. Раньше рядом всегда были друзья, Дамблдор, Рон и Гермиона, другие гриффиндорцы. А теперь нет никого. Никто не узнает, где они, что с ними случилось. А если бы даже и узнали, кто кинется штурмовать Малфой-мэнор, полный Пожирателей? Выхода нет. И не будет. Холодное, тошнотворное отчаяние чёрной волной затопило его, так, что стало трудно дышать. Вдруг по ногам Гарри пробежала крыса. Он вздрогнул от омерзения, но прогнать зверя не мог. Крыса остановилась, подумала о чём-то своём, крысином и неспеша удалилась куда-то в темноту. Ещё не хватало, чтобы их заживо съели! Гарри собрался с силами и откашлялся. Горло отозвалось болью. - Рон, - позвал Гарри насколько мог громко. Рон что-то неразборчиво простонал. - Рон, ответь, – настойчиво повторил Гарри. - Гермиона, - хрипло отозвался Рон. – Гарри, она живая? Но Гермиона молчала в углу и, кажется, не шевелилась. Даже дыхания не было слышно. - Не знаю, Рон. Ты сначала меня выслушай. Если Волдеморт меня сегодня убьёт… Рон громко охнул: - Не надо, Гарри, что ты! - Слушай же, Рон! – жёстко продолжил Гарри, пытаясь повернуться к другу, но из этого ничего не вышло. Он так и остался неудобно лежать на боку, очки почти съехали вниз. - Рон, вам надо будет уничтожить крестражи. Чаша в Гринготтсе, в ячейке Лестрейнджей… ещё один крестраж – это Его змея. И, Рон, слушай, я теперь знаю, что есть ещё один крестраж, это диадема Ровены Рэйвенкло. Он спрятал её там, в Хогвартсе. - Мы не знаем, где именно, - простонал Рон и закашлялся. Гарри перевёл дух и настойчиво продолжал, хотя голос его постоянно прерывался: - Я догадался, Рон… Она в Выручай-комнате, я её сам там видел, когда учебник Зельеварения прятал, помнишь? Я же тебе рассказывал. - Нам отсюда не выйти. - МНЕ - может быть. А вы должны. И ещё… остался самый последний… крестраж. Вот о нём мы ничего не знаем… Его тоже надо найти… Наверху послышался шум, кто-то спускался за пленниками. Открылась дверь, стало светлее, в подвал вошли двое. Гарри присмотрелся: кажется, это были Сивый и Малфой-старший. - Дай мне укусить грязнокровку. Пока никто не видит, - попросил, облизываясь, Сивый. Люциус брезгливо посмотрел на напарника: - Заткнись! Ещё раз разинешь пасть – я тебя Нагайне скормлю. - Очень испугал, - нахально ответил Сивый, но на всякий случай отодвинулся подальше. – Я тоже про тебя кое-что знаю. Малфой скривился, но не удостоил оборотня ответом. - Левикорпус! Очки Гарри упали на пол. Люциус опустил Гарри, методично водрузил очки на место и снова поднял его тело в воздух вместе с его друзьями. Три тела медленно поплыли вверх по лестнице, сзади топал Сивый и сердито бормотал что-то себе под нос. Гарри с омерзением чувствовал, как от оборотня несёт псиной и ещё чем-то вроде падали. Их принесли в гостиную и бросили посреди комнаты на пол, после темноты подземелья от яркого света огромной люстры сразу заболели глаза. К тому же Гарри больно ушибся затылком и услышал, как тихо выругался Рон. Гермиона по-прежнему молчала. У Гарри мелькнула непрошеная мысль, что если она уже умерла, то может, это и к лучшему. Случилось ведь самое ужасное, они попали в руки Волдеморта, и помощи не будет. А то, что их ждёт, может оказаться страшнее смерти…. Путы слегка ослабли, Гарри смог вздохнуть полной грудью. Но тут его рывком подняли на ноги, он невольно сощурился: свет бил прямо в глаза. Очки снова упали и на этот раз разбились. - Репаро! Очки снова оказались у него на носу. Самостоятельно Гарри стоять не мог, ноги предательски дрожали, скосив глаза, он увидел, что его поддерживает Северус Снейп. Увидев рядом с собой ненавистное лицо, Гарри попытался отодвинуться, но его держали крепко. - Не дергайся, - прошипел Снейп ему в ухо. - Предатель, - тихо ответил Гарри. Их «беседу» прервал громкий голос Волдеморта: - Я рад приветствовать тебя, Гарри. Наконец-то я вижу тебя у себя в гостях. Шрам Гарри полыхнул болью, на глаза навернулись слёзы, ноги подогнулись. Он наверняка бы упал, но Снейп успел его подхватить. Боль отступила, и Гарри попытался рассмотреть присутствующих, насколько мог. Прямо перед ним, на расстоянии нескольких метров развалился в кресле сам Волдеморт. Возле его ног замерла в чуткой позе Нагайна, изредка быстро высовывая раздвоенный язык. Позади своего повелителя сгрудились Пожиратели Смерти. Гарри заметил и Малфоя-старшего, злорадно ухмылявшегося, и безумную Беллу, и бледную до синевы Нарциссу. Рядом с ней, нервно сжимая палочку, стоял Драко, испуганный едва ли не больше, чем его мать. Неподалёку злобно скалился и выразительно облизывался Сивый. За ним теснились Кэрроу, Яксли, Долохов и другие. Они отвратительно ухмылялись, показывали на пленников пальцами, переговаривались, отпускали гнусные шутки. Питер Петтигрю попытался протиснуться в первый ряд, но его грубо оттолкнули. Питер злобно посмотрел на обидчика и в этот момент удивительно напомнил Гарри рассерженную крысу. Однако напасть не посмел, оттолкнувший его Пожиратель был раза в два больше, поэтому Питер ограничился только сердитым шипением. Гарри вздохнул и на секунду прикрыл болевшие глаза. Как же их много! Спасения нет. Всё кончено… Волдеморт махнул рукой, и от резкой боли во всём теле Гарри чуть не потерял сознание. - Какой же ты слабый, - укоризненно покачал головой Волдеморт. – А я-то думал, Гарри Поттер, герой, а ты еле на ногах стоишь. Пожиратели мерзко захихикали. У Гарри кружилась голова, всё расплывалось перед глазами, но он попытался всё-таки ответить достойно: - А ты развяжи меня, тогда и посмотрим. - Храбришься, малыш Гарри, - захохотал Волдеморт, и глаза его заполыхали багровым огнём. От его хохота змея вздрогнула и нервно облизнулась. Отсмеявшись, Волдеморт наклонился ближе к Гарри и прошипел: – Храбрость тебе сейчас пригодится, малыш Гарри. Ты у меня почётный гость сегодня. Жаль, что ненадолго. - Так ты меня отпустишь? – нахально спросил Гарри, решив, что терять ему уже нечего. - Прекрати его злить, - зашипел вдруг ему в ухо Снейп. Но Волдеморт хохотал так, что чуть не упал с кресла. Пожиратели тоже позволили себе засмеяться вместе с повелителем. Не смеялись только Драко Малфой и его мать, вид у них был по-прежнему настороженный и испуганный. - А ты наглец, - сказал вдруг Волдеморт злобно, резко прекратив смеяться, и выпрямился в кресле. Пожиратели тут же замолчали, словно им заткнули рот. Видимо, давно привыкли к перепадам настроения Тёмного Лорда. Все насторожились. Наступила нехорошая тишина. Волдеморт подался вперёд и уставился своими змеиными глазами на Гарри. - Наглость наказуема, малыш Гарри. И я накажу тебя. Немедленно. И твоих дружков тоже. Люциус, готовь подземелье. Зови всех, сейчас и начнём. Он перевёл взгляд на неподвижную Гермиону: - А грязнокровка-то умерла, кажется? Ты перестаралась, Белла. Беллатриса тотчас же с готовностью шагнула вперёд: - Одну минуту, мой Лорд, я приведу её в чувство. - Нет, - Волдеморт вдруг крикнул так, что она отскочила, а Драко от неожиданности чуть не уронил свою палочку. – Не трогай её, ещё убьёшь. Она нам нужна живая. Нарцисса, приведи грязнокровку в порядок, быстро. Бледная Нарцисса шагнула к Гермионе, наклонилась над ней. К ней тут же на помощь подбежал Драко. - Мой Лорд, она жива, только без сознания. Её трудно будет привести в чувство. Белла слишком постаралась, - добавила она мстительно. - Я не виновата, - завизжала Беллатриса. – Я только хотела у неё узнать… Змеиные глаза угрожающе уставились на неё. Нагайна подняла голову и зашипела. От холодного голоса Волдеморта, казалось, застыл самый воздух. - Ты всегда сначала делаешь, а потом думаешь, Белла. Если грязнокровка умрёт, ты об этом пожалеешь. Он привстал в кресле и стал намного выше ростом, его голос вдруг загремел на всю комнату и гулко отдавался под высоким потолком: - ОНА МНЕ НУЖНА ЖИВОЙ! Пока. Неужели так трудно было догадаться? Беллатриса бросилась в ноги повелителю, униженно прося прощения. По лицу Драко пробежала гримаса отвращения, и он быстро отвернулся, чтобы этого никто не заметил. Но на него никто и не смотрел, все Пожиратели, затаив дыхание, жадно наблюдали за отвратительной сценой. - Я не виновата, я так старалась, - вопила Беллатриса, стараясь обнять ноги Волдеморта. Он пинком отбросил её прочь: - Круцио! Белла завизжала. От её истошных криков Гарри почти терял сознание, голова раскалывалась. Снейп держал его железной хваткой и шипел на ухо: - Возьми себя в руки, Поттер, это твой последний шанс. Держись же! Гарри с трудом удалось повернуть к нему голову и сфокусировать взгляд. В голове не вовремя билась мысль: « А где же всё-таки седьмой крестраж?» Взгляд Снейпа вдруг стал тёмным и тягучим, Гарри затягивало, как в омут Памяти. Понеслись обрывки воспоминаний… … Диадема Ровены Райвенкло в Выручай-комнате, напяленная на какое-то чучело… Чаша, чаша, золотая чаша в Гринготтсе… Кабинет Дамблдора, тихий голос: - Гарри, Гарри, слушай внимательно, это очень важно… - Ты и есть седьмой крестраж, – вдруг отчётливо сказал голос у него в голове. Гарри вздрогнул, освобождаясь от наваждения. Вот только этого сейчас и не хватало! Снейп поднёс к его носу что-то душистое, голова престала кружиться и болеть. Гарри почувствовал себя почти хорошо, насколько это было возможно в его положении. Огляделся. Гермионы уже не было в комнате, не было и Нарциссы с Драко. Рон по-прежнему лежал в углу, никто не обращал на него внимания. Беллатриса не вопила больше, а всхлипывала, свернувшись на полу у ножки стола. - Ну что, пришёл в себя, Поттер? – зашипел Волдеморт, пододвинувшись вместе с креслом ближе. - Отлично. Тебе сейчас понадобятся все твои силы. Снейп, мой друг, дашь ему укрепляющее зелье, чтобы он, упаси Мерлин, не умер раньше времени. Собравшись с силами, Гарри посмотрел в ненавистное змеиное лицо: - И что ты собрался делать? Волдеморт улыбнулся, если такую отвратительную гримасу можно было назвать улыбкой: - Я принесу тебя в жертву, малыш Гарри. И твоих друзей тоже.