Отдамся в хорошие руки

      Некоторое время – полное неловкости, мы молча шли по набережной. Точнее – шла она, а я катилась на своих роликах, сосредоточенно изучая строение плитки: как-то не хотелось повторить недавний опыт и вновь шмякнуться, разбив, в лучшем случае, колено, а то и хуже – сломать себе что-нибудь. Да, упасть еще раз было бы весьма комично, но я должна сохранять достоинство – ведь передо мной такая превосходная жертва, которую я попугаю в шутку, а потом отпущу. Но вот в чем проблема: я даже не знаю, что бы такого сделать с этой девицей – надо бы срочно придумать. Зато жажда мучила меня до сих пор, и я решила это срочно исправить, придумав первое, пока еще невинное испытание.       – Так, радость ты моя сегодняшняя, – я проехалась немного вперед и красивым пируэтом вернулась к своей спутнице. – Первым делом мы должны добраться до киоска с мороженным, и я его уже вижу на горизонте!       – Ага, – тихонько ответила очкастая.       – Ты какое любишь? – решила я поинтересоваться для приличия. Хотя, если по правде, то чтобы подготовиться к тому, сколько придется потратить своих честно, но мало заработанных денег.       – Я… я не хочу, – скромницу из себя строит умело, или это она такая и есть?       Ее сомнения меня почти что радовали, и моя душенька даже невольно надеялась, авось да обойдется без затрат. Но я должна настоять на своем – отделаюсь двойным льдом – не беда!       – Зато я хочу, – и, схватив ее вспотевшую ладонь, ловко потянула на себя девицу.       Только вместо того, чтобы жертва шагнула ко мне, я подкатилась сама, почти уткнувшись носом в ее лицо. Ролики, чтоб их!       – Ладно, пойдем, – быстро согласилась она, поправляя съехавшие очки и тут же отворачиваясь в сторону от меня, как от чумы.       – А куда это ты? – я незамедлительно вернулась к прежнему неловкому, но такому, тошнотворно милому, положению. – Решила в кошки-мышки поиграть? М-м-м, знаешь, а это мне нравится.       Мое дыхание она ощутила на своих щеках, а я, не дав ей возможности опомниться, неумело поправила ее растрепавшуюся косичку. Вообще, кто сейчас делает такие прически? Это же прошлый век – жуть то какая! А она поежилась от моих прикосновений, но осталась на месте.       – Ты о чем? – спросила она меня, похоже, что на самом деле, не понимая всю «серьезность» моих намерений. – Может объяснишь, что ты задумала, увидев надпись?       – Как это о чем? – округлив глаза, я смотрела на нее, старательно изображая искренне удивление. – Ты в моих руках, или забыла? Может я тебя поцеловать хотела, соблазнившись на призывную табличку?       – Помню, только это же… – и снова неловкость, но голосок-то у нее твердый, даже с нотками уверенности. Так ведь и согласится еще. Ой-ой…       – Ладно, это у нас по плану, но чуть позже, а сейчас выбирай мороженное, – мы как раз оказались у нужного ларька, чему я была несказанно рада. – Рискну-ка я еще раз и возьму яблочный лед: предыдущий, между прочим, по твоей вине мне не удалось съесть.       – Извини, – и мне показалось, что девица как-то злорадно улыбнулась – сучка! И тут же продолжила ангельским голоском, – давай я тебя угощу, раз виновата?       – Соблазнительно, но так дело не пойдет, – хмуря брови, пригрозила ей для вида пальчиком. А то так недолго и до смены ролей. Хозяйка я – покупаю все я.       – Ну ла-а-адно, – протянула она, обреченно вздыхая, и уставилась в прилавок. – Тогда я буду этот рожок.       И она, зараза такая, показала на самый дорогой. Ну не наглость ли?! Я тут по скромному, а она решила шиковать за чужой счет. Скрипя зубами, расплачиваюсь и судорожно пытаюсь придумать, как бы на ней отыграться в ближайшем будущем. Хотя бы радует то, что она все еще моя жертва.       – Спасибо, – соблазнительно облизнув свое мороженное, поблагодарила она.       – Да не за что, – пытаюсь то же сделать со своим льдом, но мне никогда не были свойственны такие трюки, и выходит совсем неловко. – Позже отблагодаришь.       После этой фразы, я посмотрела на нее так неоднозначно, что бедняжка, аж подавилась и закашлялась. И остатки ее рожка оказались на земле. И радостно, и плакать хочется – деньги то я потратила.       – Сними очки, – от злости ищу повод придраться, а эти увеличители глаз меня невероятно раздражают, поэтому не то, чтобы прошу, умоляю девицу сделать это.       – Но я же без них ничего не вижу! – она принялась отнекиваться, и я поняла, что лучше забить на этот дурацкий недостаток.       – Эх, леший с тобой, – махнув рукой, я нарочно подкатилась к ней вплотную. – Как тебя зовут-то? А то мы как-то не так начали…