Марли и я

- Вот видите. Рана почти зажила, но этот маленький шрамик останется с вами надолго. Если конечно вы не воспользуетесь услугами пластического хирурга. Если надумаете, то обращайтесь ко мне, и я познакомлю вас с хорошим специалистом. Я подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение. Сейчас я была похожа на фанатку Гарри Поттера (мой лоб в районе виска «украшал» небольшой шрам). Я вышла из кабинета врача и пошла в свою палату. - Просто замечательно! И зачем мне эта «радость»? – я достала сумку и начала собирать вещи. О том, что меня выписывают ни Густаву, ни Саше я не сообщила, поэтому до дома добиралась на такси. Благодаря Сашиным усилиям дом был в полном порядке, будто я никуда и не пропадала. За время моего несанкционированного больничного меня посетило вдохновение, и книга была благополучно дописана. Я разобрала чемоданы и плюхнулась на кровать. Чувство невероятного кайфа переполняло меня. Наступило время долгожданного отдыха. Мой свежеиспеченный оазис был разрушен назойливым звонком в дверь. Когда я увидела гостя, моя челюсть поздоровалась с порогом. - Привет, – парень смущенно улыбался. - Не хочу тебя видеть, – я хотела закрыть дверь, но он вовремя успел поставить ногу в дверной проем. Парень прошел в гостиную и сел на диван. – Какое слово из фразы «Не хочу тебя видеть» тебе не понятно? - А что я такого сделал? – на этот раз моя челюсть готовилась к встрече с ковром. Как он посмел такое сморозить?! Как ему вообще наглости хватило прийти?! - Давай подумаем, что ты сделал. Сначала ты втерся ко мне в доверие, а потом украл мою книгу. Тебе этого показалось мало, и ты со всей силы ударил меня по голове, – я подняла челку и продемонстрировала парню шрам. – Как тебе? И теперь это будет со мной всю жизнь. И тебе еще хватило наглости сюда прийти? Меня поразило мое спокойствие. Внутри меня все клокотало, а если посмотреть со стороны, то казалось, будто я совершенно спокойна. Я подошла к тумбочке, на которой стояла фарфоровая статуэтка и взяла ее в руки. - Что ты собираешься делать? - Разве не понятно? Мстить, – я замахнулась. Билл подскочил с дивана и начал медленно отступать к стене. – А чего ты боишься? Боишься, что на тот свет отправлю раньше времени? Не переживай, я тебя стукну разочек, как и ты меня. Я сделала шаг в сторону парня, а он закрыл глаза и вжался в стену. Статуэтка выпала из моих рук и с громким звуком упала на пол. Билл медленно открыл глаза и посмотрел на осколки. - И что это было? – его голос немного дрожал. - Хотела тебя напугать. Статуэтка упала случайно, правда. Мне было просто интересно, что ты скажешь в свое оправдание, – я села на диван. – Ну, давай, излагай. Я тебя слушаю. Билл брезгливо переступил через осколки и сел рядом со мной. - Решение прийти сюда далось мне лучше, чем продумывание речи. - Книга, надеюсь не ушла дальше твоего ноутбука? - Ушла, – после этих слов мое сердце пропустило удар. Если книгу выложили в сеть, то я могу заниматься организацией своих похорон. Издатель спокойно убьет меня за это. – Я сбросил книгу и Тому. – Я облечено выдохнула. – Я идиот не до такой степени. Мне знакомы такие понятия как авторское право и ответственность. - Значит, то, что ты меня чуть не прибил, ты не считаешь признаком идиотизма? - Я и пытаюсь взять себя в руки и извиниться. - Ну, давай, извиняйся. - Марли, прости меня, – закатила глаза. - Знаешь, что! «Марли, прости меня», так говорят, когда в метро на ногу наступают, а за то, что ты натворил, такое не прокатит! – Я прошла к двери открыла ее и жестом попросила парня уйти. Он опустил голову и медленно поплелся к выходу. - Давай быстрее. У меня дела, – Билл вышел за дверь и теперь смотрел на меня глазами кота из Шрека. – А теперь пошел вон. – Я захлопнула дверь прямо перед его носом. Может кто-то скажет, что я повернута на своей персоне, но это не так. Просто этот человек для меня омерзителен, и, чтобы избавиться от него, я и начала этот спектакль с совестью. Во многих интервью ребята говорили, что Билл эгоистичен, и я надеялась, что его чувство собственного достоинства пересилит желание загладить вину. POV Билл Эта истеричка просто взяла и выставила меня за дверь. Меня! Человека, достижения которого за последние несколько лет превысили ее успехи за всю жизнь. Я громко хлопнул дверью, когда вошел в дом. - Какие-то проблемы? – Подал голос Том. Он сидел на диване, смотрел телевизор и ел чипсы. - Никаких! - По тебе не видно. Как все прошло? - А что, не заметно? Я пришел, извинился, а она меня выгнала, – Том закатил глаза. Марлен тоже так сделала. Ну, что за дебильная привычка?! - А как ты извинился? - Я сказал: - Марли, прости меня, – Том чуть не заржал. - Ну да, в этом весь Билл Каулитц. Зарядить человеку со всей дури по голове и сказать обычное «прости меня». Что если она пойдет в полицию? Что скажут все, если узнают, что на тебе покушение на убийство? - Какое к черту покушение? - Согласно законам твое поведение трактуется так. И передачки тебе в тюрьму я носить не буду! Мне не нужен брат уголовник. А еще, когда тебя заберет полиция, я от тебя отрекусь, – от злости на брата я готов был расплакаться. Чтобы Том не увидел, что я плачу как девчонка, быстро поднялся по лестнице и пошел в свою комнату. Я упал на кровать и только теперь мог дать волю своим слезам. Вся эта ситуация изначально была неправильной. Эта девчонка с первого дня разрушила мою жизнь. Хотя если подумать, то и без ее вмешательства моя жизнь летела в тартарары. В творчестве полный завал. Жалкие потуги дописать альбом не увенчались успехом. Отношения с братом были далеко не идеальными. Первые проблемы появились, когда мы только познакомились с Эльзой. Как обычно она понравилась нам обоим, и мы предоставили ей право выбора. Мы ходили на свидания, и, когда я подумал, что контакт между нами налажен девушка выбрала Тома. Недопонимания накапливались, и появление Марлен только вскрыло старый гнойник. Когда все тараканы в моей голове расселись по местам, я решил, что готов для окончательно примирения. Теперь я был более продуманным. Перед тем как идти к Марли, я поехал в магазин и купил для нее цветы. Из всего многообразия цветов я выбрал темно-красные длинные розы. Вбухал на него кучу денег и теперь думал о том, что теперь ее прощение я получу очень легко. Как и в тот раз, я позвонил в дверь и ждал. Через несколько минут я увидел недовольное лицо Марлен. - Чего тебе? – ее голос был очень злым. - Я пришел извиниться. Теперь по нормальному, – до этого момента я прятал букет за спиной и сейчас протягивал его девушке. - И зачем это? - Я прошу прощения за свой отвратительный поступок, – Марлен взяла букет и скрылась в дверном проеме, не найдя ничего умнее я последовал следом за ней. - Тебя кто-то приглашал? – она удивленно вскинула бровь. - В принципе, нет, но когда меня это останавливало. - Набери воды. Кухня там, – Марли протянула мне вазу и жестом указала на соседнюю комнату. Там действительно оказалась кухня. Я быстренько налил в вазу воду и вернулся к девушке. - Вот, – она взяла вазу и поставила в нее букет. Ваза заняла место на тумбочке, где до этого стоял ангел. - Я так надеялась, что мои попытки воззвать к твоей совести принесут свои плоды, и мы никогда не увидимся. - Я не смог бы нормально жить, не вымолив твоего прощения. И еще кое-что хотел узнать. Ты не обращалась в полицию? – несколько минут Марлен смотрела мне в глаза, а потом ее понесло. - Полиция? Ты испугался, что я упрячу тебя в тюрьму? И наверно поэтому подстригся и перекрасил свою блондинистую шевелюру?! - Я просто хотел узнать, – на фоне ее громкого голоса мой казался мышиным писком. - Просто узнать?! – она схватила букет и начала меня им лупить. Марли вытолкала меня за дверь и вдогонку швырнула букет. – Я не думала, что ты такой. Когда ты пришел с цветами и так искренно просил прощения, я тебе почти поверила. А эти разговоры про полицию! Я сказала полицейским, что не видела напавшего, так что расслабься. Парни с наручниками не придут за тобой! – на ее глазах появились слезы, и чтобы я этого не заметил, она захлопнула дверь перед моим лицом. Снова. Лицо немного покалывало. Я провел ладонью по щекам и увидел на руке кровь. Ну, отлично просто! Теперь у меня остались царапины, и каждая любопытная сволочь будет задавать ненужные дурацкие вопросы. Я подобрал цветы, выбросил их в ее же мусорный бак. На пороге нашего дома сидел Том и что-то бренчал на гитаре. - Не буду спрашивать, как все прошло. По твоей физиономии вижу, что не очень. Чем это она в тебя запустила? - Букетом. Я купил ей розы, – я сел на крыльцо рядом с братом. - Это главная ошибка. Никогда не дари женщине цветы, если она тебя ненавидит. Тем более цветы, у которых есть шипы, – брат провел рукой по моей щеке и показал следы крови, оставшиеся на его пальцах. – Иди в дом и обработай лицо. Я зашел в дом, нашел аптечку и с помощью йода и ватных тампонов обработал свое многострадальное лицо. Все лицо было в царапинах, и сейчас я был похож на подростка в прыщах. - Ну что ж, Каулитц, ты это заслужил.