You're beautiful when you are natural

За все нужно расплачиваться. Именно так мне не раз говорила мама, когда ей первое время приходилось обрабатывать мои раны. Обычно она это говорила, когда уже прятала спирт в аптечку и доставала пластыри. Я практически уверен, что она продолжает это говорить, даже наедине с собой, когда порезалась. Но в последнее время мама перестала доставать аптечку, чтобы вновь заклеить кровоточащую рану. За несколько лет я уже сам научил обрабатывать порезы, ссадины, синяки. Я, наверное, смогу сделать это и с закрытыми глазами. Думаю, в скором времени я смогу это проверить. " За все нужно расплачиваться " — сейчас именно эта фраза для меня приобрела огромный смысл. За каждое свое решение, неважно какое, приходится в какой-то момент отвечать. И сейчас настал этот момент. Я прекрасно знал, что долго ждать не нужно, что в этом месте, за общение с Джерардом нужно платить. А плата вышла уж очень дорогой. Знаете, мне кажется, или это моя участь — страдать? Куда бы я не пошел, что бы я не сделал, у меня все через жопу. Наверное, я рожден, чтобы лажать. В школе, чего бы я не делал, я все равно был не прав, делал что-то не так. Я не был самым умным учеником, я не был самым популярным парнем, не был душой компании. Я был тем парнем, которого можно побить на переменах или кинуть какой-то мусор на уроке. Но в школе все когда-то были изгоями, даже самые крутые ребята были дураками. Я знаю миллионы случаев, когда в школе с человеком не общаются, игнорируют, избегают или унижают, а на улице он Бог и царь. Но даже улицы Бельвилля не приняли меня, хотя никто даже не подозревал о моей ориентации. Я пытался выглядеть, как все. Ничего вызывающего. Первое время приходилось запирать в чулане своего бунтаря, но и это не сработало. Сначала меня приняли в компанию. Эта компания была небольшой, всего четыре человека, если считать меня. Я вас удивлю, но эта компания была невероятно крутой. Не знаю были ли они звездами в школе, но все очень их уважали и я был счастлив, что попал туда, но счастье никогда не длится слишком долго. Меня приняли спонтанно. Я катался на скейте возле стадиона, где обычно парни моего возраста играют в бейсбол. Раньше это было футбольное поле, но ворота были пластиковыми, и спустя год они исчезли с поля. Видимо, их кто-то сломал. Местные парни приспособили это поле для бейсбола. И в очередной раз проезжая мимо, меня пригласили сыграть, потому что не хватало пару игроков. Я, хоть и редко играю, но делаю это довольно таки хорошо и не раз становился капитаном в нашей команде. После, игра конечно же закончилась победой, мы договорились о встрече здесь же, чтобы повторить это снова, я согласился. И думаю, что мое решение сыграть с ними — было одним из правильных. Вскоре, из-за тупых недоразумений меня выгнали из компании, я точно не могу сказать из-за чего, но мне кажется, что я просто не прижился в этой группе. Я тогда потерял контакт с каждым, а главной этому причиной стала их помощь. Да, они все были не слепы и поверить в мои глупые истории про то, что меня никто не избивает, просто это я такой неуклюжий, никто уже не мог. Они хотели помочь, а я боялся, что они узнают всю правду обо мне. Скот хотел больше всех мне помочь, и стал первым, с кем я поссорился. Весной, когда практически все, кроме нас двоих уехали в другие штаты, мы гуляли вместе. Все было прекрасно, если бы не его любопытство. За день до этого, Стив и его друзья разошлись и переступили все рамки. Они сильно меня избили, а потом выбросили со второго этажа. Если синякам и порезам я не всегда мог дать объяснение и не всегда мог придумать что-то новое, то сломаная рука стала последней каплей. Скот уже подозревал о том, что в школе я не любимчик и все закрывали на это глаза, но вот переломы стали уж слишком жестокими издевательствами. Скот хотел помочь, не хотел мне навредить, но я не желал, чтобы от меня отворачивались, поэтому все отрицал и давал возможность себе помочь. Мы поссорились и вскоре, когда все стали приезжать, я начал постепенно ссориться с остальными. Я стал изгоем из-за своих трамв, поэтому пытался избегать встречь со Стивом; прятался, бывало, сбегал с уроков и был самым счастливым человеком на этой планете, когда Стив не приходил в школу, потому что без главаря его друзья не знали, что делать. Но так дальше продолжаться не могло. Я решил, если среди сверстников у меня нет ни друзей, ни знакомых, а только враги, нужно искать себе подобных и пытаться стать частью их общества. Интернет мне помог в этом. У меня было много друзей в интернете, которые полностью поддерживали меня, которые готовы были мне помочь. Это было классно, я чувствовал, что нашел людей, которым я нужен, но я оказался здесь и потерял всех тех людей. Думаю, что потерял. Но обрел нового друга и новых врагов. Блин, я когда-нибудь выберусь из этого дерьма? Сколько мне еще осталось терпеть? Около часа дня закончились уроки, и все дружно отправились в столовую. И тут я почувствовал первые результаты моего глупого поступка. Складывалось ощущение deja vu. Я был готов сказать, что вернулся в прошлое. Те же эмоции, те же взгляды, та же атмосфера. Я держу в руках жалкий пластиковый поднос, который уже давно пора выкинуть. Даже удивительно, что я вообще его держу, потому что руки трусятся, как в лихорадке. Думаю, я покраснел, как рак, от волнения, потому что чувствую капельку пота, стекающую по лбу. Мне жутко неловко, не комфортно из-за пристальных взглядов, которые просто пожирают меня, и им это доставляет невероятное удовольствие. В каждом взгляде читалась ненависть, презрение. Я не увидел такого взгляда, в котором я мог бы увидеть сожаление. Каждый смотрел на меня, как на кусок дерьма, из-за которого они все оказались здесь. Это было ужасно и так знакомо, но это не самое страшное, что меня ожидало. Это только начало. Хоть это и выглядит немного забавно, но все равно остается так же неприятно. Когда ты проходишь мимо столов, за которыми, как минимум, два свободных места, все пытаются занять хотя бы одно. Они передвигают свои подносы, ставят сумки на стулья, подвигают их и садятся сразу на два; просто кладут руку на стул давая знак " Тут занято ", но это не самое мерзкое, хуже этого их взгляды. Их нет. Если секунду назад на тебя таращились все, то сейчас все смотрели в свои тарелки, или как бы невзначай начали беседу со своим соседом. Дают понять, что тебя здесь нет, что ты как бы ушел только что. Это больно. Ты чувствуешь себя куском говна, с которым не хочет сесть даже Патрик, которого терпеть здесь не могут. И вся суть заключается в твоей реакции. Публика ждет реакции. Если ты опустишь голову и сядешь возле мусорника на полу и будешь бояться поднять голову, то они выиграли, а если ты, с высоко поднятой головой, пройдешь мимо и сделаешь, что-то чересчур странное, то выиграл ты. Но я прирожденный аутсайдер, не мог выиграть не при каких условия. Вот так думал я, когда опустив голову шел к мусорнику. Но есть в окружении отходов мне сегодня не пришлось. Я не знаю почему, но я обернулся. Словно какие-то высшие силы заставили меня это сделать, и я увидел, то что мне сразу же подняло настроение. Джерард пришел сюда. Он никогда здесь не завтракал, не обедал, не ужинал. Я даже ума не приложу где он берет еду и где ест. Но сейчас он шел с пластиковым подносом, высоко подняв голову, и даже ни разу не кинул косой взгляд на кого-нибудь. Все сидели с открытыми ртами. Никто не ожидал увидеть его здесь. Разговоры вмиг прекратились, в столовой застыла тишина. Все боялись издать звук. Джерарда тешила такая реакция. Он, словно главарь этого места, шел ко мне. Словно все это было в крутом американском фильме про подростков. Я стоял немного дальше середины столовой, когда ко мне подошел мой новый друг. Он, не замечая всех, улыбнулся и сделал именно то, чересчур странное. Одной рукой держа поднос, он взял один из стульев, на который какой-то парень положил руку, и во время появления Джерарда просто забыл о нем и пытался закрыть той рукой рот. Он поставил стул посреди столовой и сел на него. Джерард поставил поднос на колени и посмотрел на меня. Он ждал моей реакции. Еще один выбор, который даст всем понять кто я. Второе уточняющие решение, которое войдет в мою характеристику. Джерарду не пришлось долго ждать. Увидев за соседним столиком пустой стул, который тоже преднозначался кому-то, я схватил его свободной рукой и поставил напротив Уэя. Он пытался не подать виду, потому что это бы испортило представление и все было на смарку, но он ликовал. Его глаза светились от счастья. Я сделал правильный выбор и еще раз доказал ему, что я с ним. Мы улыбнулись друг другу еще раз, при этом кивнув головой, без слов желая друг другу приятного аппетита и принялись за еду. Все смотрели на нас, как на пришельцев, которые только что спустились с НЛО. Это было прекрасно. Мы выиграли, впервые я выиграл у этих ублюдков. Я был счастлив, потому что поверил в то, что я могу быть сильным, как Джерард. - Сегодня прекрасная погода. - за окном правда светило солнце, и с утра моросил осенний дождь, но это не сделало день хуже, наоборот, придало ему свежести. Я бы не отказался прогуляться сегодня. Жаль, что мне не удастся этого сделать. Я бы с удовольствием прошелся по улицам Джерси, посидел бы на лавке в осеннем парке и попил бы чего-нибудь горячего. На улице хоть и светило солнце, но было зябко и я бы не отказался от кружечки чая. - Джерард, ты ведешь себя, словно мистер, который не знает, как завести беседу с женой о разводе. - Он усмехнулся. Да, для него это было слишком нелепо, это же Джерард, он не может так начать разговор. Он обычно говорил что-то глупое или просто нелепое, а потом мы дружно смеялись. Только после этого появлялись темы для, не особо светской беседы. - Прямо в точку, миссис, - пытаясь заговорить басом, который явно у него не появится лет еще так тридцать, он все-таки на миссис засмеялся, а я вместе с ним. Но во время хохота все равно успел отомстить, за то, что он меня назвал женщиной. Я бросил в него ровно сложеную салфетку, которую взял вместе с вилкой. Он не смог от нее увернуться, потому что согнулся пополам от смеха. Примерно в такой веселой атмосфере мы провели этот обед. Дальше следовал сеанс с Кэрол. Теперь я сидел рядом с Джерардом, в конце нашего круга, и перешептывался, когда Кэрол не обращала на нас внимания, хотя сегодня она смотрела, практически все время, на два последних стула, на которых мы и сидели. Потому что для нее наша дружба стала шоком. Думаю, без разговора про Джерарда нам не обойтись, но это будет не скоро. А сейчас, я бы хотел насладиться общением с ним, пока не начался скучный, и похожий на предыдущий день сеанс. - Куда ты исчезаешь после сеанса? - тихо прошептал я ему на ухо и в очередной раз насладился запахом сигарет. Интересно где он их берет? Надо будет одолжить у него парочку. Я даже вижу, как он сначала говорит, что малышам курить вредно, а потом протягивает мне пачку. За это короткое время я уже получше узнал его. Это удивительно, но месяц назад я бы и не подумал, что буду дружить с этим безумцем, который попросил придумать себе имя на первом же сеансе. - Меня похищает рыжеволосая бестия, которая целый час промывает мне мозги, а потом передает к Кэрол, - я сочувствую ему. Не могу представить, как можно вытерпеть двух мозгоправов. Мне с головой хватает Кэрол, а тут к ней добавляется Мерригтон. Это ад. - Мы можем встретиться в три на нашем месте, - так он называет нашу личную курилку. О, да, мы настолько круты, что у нас есть свое место. Правда оно на улице, но туда никто не ходит и никогда там не появляется, но если бы кто-нибудь узнал про это место, то каждый час там бы собиралась толпа курильщиков, потому что в это место Кэрол, думаю, не явится никогда. - Окей, - примерно через пять минут после этого короткого диалога наш сеанс закончился, и мне как обычно ничего не оставалось, кроме как делать уроки, а потом спешить на индивидуалку с Кэрол. Джерард в шутку называет этот сеанс свиданием, хотя оно так и есть. Я как обычно сидел на мягком черном кресле и смотрел на картины позади Рейхбер. Она повесила их вчера, и они по моему мнению весьма красивые. На первой ваза с белыми розами, эта картина была нарисована масленными красками, на второй же картине, теми же красками изображен пейзаж. Немного мрачный, но нарисован прекрасно. Старый кованный мост, который окружают голые деревья и густой белый туман. На мосту, а точнее на его перилах сидит девушка в шикарном черном платье с длинным подолом, она смотрит на воду и видимо о чем-то думает. Мне с первого же момента, как я ее увидел стало интересно, о чем же она думает? Может она кого-то ждет? Думаю, у меня будет достаточно времени в будущем, чтобы узнать об этом. Сегодня я решил хоть немного послушать Кэрол, ну хотя бы первые пять минут, а то и так игнорировал ее весь общий сеанс. Вдруг она меня запишет в свой черный список, а там оказаться я бы не пожелал, даже врагу. - Еще раз здравствуй, Фрэнк. Мне нужно с тобой серьезно поговорить, только не пугайся, - хах, после этих слов не испугаться? Моя мама всегда скрывала за этими словами что-то серьезное и страшное. Она тоже самое сказала мне в день моего выезда. Я кивнул и изо всех сил пытался делать не испуганный вид. - Я так поняла, ты нашел себе друга, точнее, подружился с Джерардом, - она ждала моего подтверждения и я кивнул, а она продолжала. - Понимаешь, он не тот человек, с которым нужно дружить, ты сам видишь, как на тебя реагируют остальные и это только ухудшает ситуацию, - я опешил. Она хочет меня учить с кем мне нужно дружить, а с кем не нужно? Она мне мама или воспитательница в детском саду? Я конечно понимаю она мой психолог, но почему она берет на себя такую ответственность - следить с кем я общаюсь? - Хах, миссис Кэрол, понимаете, я лучше знаю с кем мне общаться, а с кем не общаться, так что Вы можете не продолжать, - я говорил уверенно и достаточно грубо, чтобы дать понять, что мне не нужна помощь в поиске друзей. И думаю, она это поняла. Ну, как ей этого не понять, если она психолог? Было бы странно, если до нее не дошло. Она хлопнула в ладоши, и это, увы, не значило ничего хорошего. Потому что я уже успел узнать, что этот хлопок значит ее раздражение или недовольство чем-либо, хотя иногда он значит абсолютно противоположное. Просто нужно следить за своим языком и тогда будет легко растолковать его. - Ну, тогда, Фрэнк, если ты принял такой выбор, то тебе прийдется проходить лечение и у мисс Мерригтон, - оказывается Мерригтон мисс. Я думал, она замужем или жената. Хотя, второе навряд ли. Она все-таки психолог, который помогает справится с гомосексуализмом и ее бы не приняли, если бы она тоже "болела" этой болезнью. Теперь я буду так же страдать, как и Уэй. Еще один плюс нашей дружбы, блин. Придется игнорировать на одного человека больше, самое главное, чтобы я не тратил на психологов в два раза больше времени. - Лечение начнем с завтрашнего дня, потому что по-другому мы не можем, - в конце этой фразы я услышал ее сожаление, хотя оно было слегка наигранное. Весь сеанс я слушал Кэрол, потому что она рассказывала мне о нашем лечении. Оказалось, время на мозгоправов я буду тратить такое же: полчаса я буду проводить у нее, а остальные полчаса у мисс. Так что теперь мой день будет намного интересней и веселей. Надеюсь, вы поняли, что это был сарказм. За то, что я слушал Кэрол целый сеанс, она отпустила меня на три минуты раньше, и это хоть как-то подняло мне настроение. Прямо подарок свыше. Выйдя из кабинета, я посмотрел на наручные часы и был немного разочарован, что время не летит быстрее. Сейчас только пол третьего. Джерарда нужно ждать еще тридцать минут. Я уже собирался идти в комнату и взять плеер, но мои планы вмиг оборвались. Кто-то резко схватил меня за предплечье, и рывком потянул за угол. Я чуть не упал. Меня качало из стороны в сторону, прежде чем я смог нормально встать. Но долго стоять мне не пришлось. Удар коленом в живот быстро положил меня на пол. Первую секунду я ничего не чувствовал, но потом по животу разлилась боль, словно кто-то перевернул стакан с жидкостью на салфетку. Боль была не такой уж сильной, чтобы из-за нее полетели искры с глаз, но была достаточной для того , чтобы я начал извиваться и стонать. Не успел я привыкнуть к удару в живот, как меня взяли за волосы и потянули наверх. Из-за того, что волосы были короткие боль была в два раза больше. - Ты же понимаешь, что это только начало, - я промолчал. Смысл мне отвечать на такой очевидный вопрос? Но видимо человеку, который меня бил этого было недостаточно, - Я не слышу, - и он потянул меня за волосы на верх, видимо выше своего лица. Я чувствовал, как он вырвал мне клок волос. Чувство не самое приятное. - Да, знаю, - сдавленно, я чуть ли не простонал от боли. Я знал, что все так и будет, но не ожидал, что меня начнут избивать в первый же день. Я думал, на это способен только Стив и его тупоголовые друзья. Голова горела, будто на нее вылили бензин, а потом подожгли. Я готов был взвыть от боли, но от этого они начали бить меня сильнее. Мне, к сожалению, известно, как нужно себя вести в таких ситуациях. Молчать и мечтать о том, чтобы это побыстрее закончилось, а если я понимаю, что они сегодня не в духе, то мечтаю, чтобы ударили по голове, и я потерял сознание. Тогда бы они от меня отстали. Потому что, кому понравится бить мешок с картошкой? А вот неудачника, который просит о пощаде, бить намного интереснее. Ты чувствуешь власть над этим слабаком, который корчится от боли, умывается собственными соплями и кровью. - Лучше прекращай общаться с этим психом, или будет еще больнее.- Он обплевал мне все ухо, пока говорил это, а потом отпустил мои волосы и хорошо, что я успел облокотиться на руки, а то моя голова познакомилась бы поближе с полом. Этот парень пнул меня, как я понял он был не один, потому что пинок повторился , но уже с другой стороны и с другой силой. Потом я услышал удаляющиеся шаги и наконец-то полноценно сел. Облокотившись о стену, я готов был разрыдаться. Я чувствовал себя униженным и знал, что теперь каждый, кто пожелает, может подойти ко мне и пнуть, ударить коленом в живот и облевать все ухо. Но что-то менять уже поздно. Я уже один раз победил их и тем самым подписал договор на войну. Только я был не один, я был с Джерардом, но он же не может быть со мной все время. - Я - дебил, - ударил себя по лбу кулаком и засмеялся. Думаю, если меня кто-то увидит, то подумает, что я псих. Боже, я вляпался в такое гребаное говно. А точнее, вернулся обратно в прошлое. - Дебил, дебил, дебил, - я повторял эту простую истинну и бил себя по лбу. Вскоре, как обычно хлынули слезы. В женских романах эти слезы называют слезами отчаяния. Никогда бы не подумал, что женские сопли будут так точно отображать мое внутренее состояние.