"Стоя рядом и глядя в окна небес..."

Эдди никогда не курил. Мама говорила, что это плохо и вредно. Но он был готов нарушить запрет матери, только ради сигаретного дыма,который приятно обжигал горечью горло. Он медленно шел в сторону кухни, тихо ступая по паркету. С кухни пахло смородиной и дождем. Глускин замер в дверном проеме, завороженно глядя на профиль молодого человека у окна. На нем была лишь рубашка накинутая на худые плечи. Парень задумчиво наблюдал, как дождевые капли стекают по стеклу на подоконник, образуя небольшие лужицы. Эдди стоял и смотрел, а в руке тлела сигарета. Запах табака перемешался с запахом смородины, и Вейлон поморщился. Он обернулся и испуганно вздрогнул, увидев в проеме Глускина. Мужчина увидел в глазах парня испуг, и сердце болезненно сжалось. Он, как и остальные, никогда не привыкнет к его внешности. К этому ожoгу на лице, к этим красным глазам... никогда. - Ты заварил чай? Хочешь сладкого? Помнится, в шкафу был шоколад. Эдди старался держаться спокойным, но получалось плохо. Он замер с кружкой в руках, присушиваясь к гулу дождя. Позади послышался шорох. - Эдди... Глускин, кажется, забыл как дышать. Голос Вейлона, такой тихий, невесомый, будто из другого мира звучал прямо за спиной. Мужчина поставил кружку на стол и обернулся. Парк, все с тем же задумчивым выражением лица, смотрел на любовника. Вейлон прикоснулся рукой к плечу Глускина и, вдохнув полной грудью, прильнул к мужчине, обвив его шею руками. Стало так тепло, так... правильно. Эдди обнял Вейлона в ответ и посмотрел в окно. Дождь постепенно утихал, редкие капли громко стучали по подоконнику. Парк царапнул лопатку Эдди ногтями, и тот улыбнулся. - Что, дорогой? - Ты сказал, что в шкафу был шоколад? - Парк посмотрел на Эдди и счастливо улыбнулся. На подоконник упала последняя капля. Эдди улыбнулся в ответ и вспомнил слова мамы. "Научись улыбаться пасмурному небу." И он научился. Его научили. Его любимый и дорогой Вейлон Парк научил.