This Is How I Disappear

Наконец-то двери номера отеля открылись. Девушка, шатаясь, зашла в комнату и в темноте нащупала кнопку выключателя. - Давно не виделись, - сказал я и улыбнулся, когда включился свет, и ведьма взвизгнула. – Выглядишь неважно, - заметил я, вальяжно сидя на кресле. Она как будто приросла к двери, боясь сделать лишнее движение. Она боялась. Но не меня. Я не мог не улыбнуться, наблюдая за ней. - Ты должна была уехать, - констатировал я. - У меня были дела…. Я хотела отдохнуть… - начала она перебирать придуманные действия, но я прервал ее. - Знаешь, если ты претендуешь на место Рикки, ты должна как минимум уметь врать, - ненужные девчачьи стоны меня отвлекли. – Твою сестренку не учили, что не вежливо перебивать? Я наконец-то перевел взгляд на светловолосую девчонку, привязанную к стулу. Именно этого боялась ведьма. Она все еще стояла у двери, ее сердце отбивало бешеный ритм, его бы услышал даже человек. - Почему она здесь? – она вынуждает себя говорить ровно, но все равно получается неубедительно. Я резко поднимаюсь с кресла и подхожу к пленнице. Не спеша, развязываю повязку, закрывающую ее рот. Все это время комната находилась в полнейшей тишине, и лишь всхлипы несовершеннолетней девчонки нарушал ее. - Объясни, что ты здесь делаешь, - нежно шепчу я ей на ушко. - Он забрал меня…. – начала девчонка, глядя непосредственно на сестру. – Он сказал, что ты забрала что-то его, что ты украла его сокровище. Он освободит меня, если ты отдашь ему это…. Ведьма плакала, и вертела головой отказываясь верить в происходящие. - Умница, милая, - я погладил ее по плечу, и она вся сжалась. – Твоя сестра сделала верный выбор…. А ты? – я посмотрел прямо ей в глаза. - Я не знаю где она, - выдавила из себя ведьма. - Не правильный ответ! – я молниеносно прокусил запястье и напоил девочку кровью. - Нет! – завопила ведьма и хотела броситься ко мне, но остановилась на пол пути. - Я знаю, что ты в сговоре с моей матерью. Мой милый братишка все же осведомил меня об этом, но никто из них не знает где Эрика! – от моего голоса дрожали стены. – Ответь или твоя сестренка возненавидит тебя навечно, а вечность это слишком длинный срок…. Ведьма умоляюще смотрела на меня. - Умоляю Клаус, я люблю тебя! Эстер обратит тебя в человека, и мы сможем быть вместе. Я люблю тебя! – кричала она. - Это не ответ! – от моего голоса у нее подкосились ноги. – Где сейчас Эрика?! Она рыдала с мольбой в глазах, но все же ответила: - Нет, я не могу…. Мне хватило мгновения, чтобы свернуть девчонке шею. - Нет! – ведьма упала на колени, не пытаясь скрывать крика и слез. – Прости меня, - сказала она, через несколько минут поднимая на меня заплаканные глаза. Я закричал от шума в ушах. То были голоса в моей голове, которые кричали, звали и проклинали меня. Шум закончился так же неожиданно как начался, но ведьмы уже не было…. Я потеряла ощущение, где реальность, а где сон. Было больно. Глупо спрашивать где. Ответ был очень короток – везде. Кожа на запястьях стерлась и заживала постепенно из-за многократных попыток вырваться. С ногами было не так трагично, их спасали джинсы, поэтому максимум вреда – синяки. В голове творилось что-то странное, я не понимала где мой сон, а где реальное из-за боли и во сне и наяву. Я знала, реальна лишь физическая боль, но она была везде, даже в моем сознании. Я боялась. Нет, не смерти. Не своей смерти и даже не за Клауса. Я боялась, что какое-то существо может погибнуть из-за меня. Существо, за чью жизнь отвечала лишь я. То, для кого я сама была жизнью. Я принимала роды, но для меня это было оно. Лишь плод и ничего более. Я не понимала, как можно было добровольно хотеть, чтоб из тебя что-то вытаскивали, а потом любить это. То, что происходило сейчас, было чем-то необъяснимым. Я чувствовала его движения и толчки. Его. Не плода. Ребенка. Меня начало знобить как при лихорадке. По рукам пробежала дрожь. Какая-то теплая волна нахлынула откуда-то из глубины. Теплые воспоминания ощущались почти физически. Я помнила Клауса. Несколько месяцев, которые мы провели вместе после смерти Майкла. Я помнила его объятья, такие нежные и согревающие, щетина, которая щекотала мою кожу, запах, который свойствен лишь ему, его шепот, такой успокаивающий и родной. Мой ласковый и нежный зверь…. - Рикки, - знакомый голос привел меня в сознание. Ну, как сказать сознание, почти сознание… - Ты жива, - он радовался, как кот нашедший миску сметаны. Мне всегда он напоминал лисенка. Господи, какой старой я теперь чувствую себя рядом с ним. Неужели вампиры все-таки стареют? - Кол? – спросила я и не узнала свой голос. – Что ты здесь делаешь?