Чёрная расплата.

Вечно смотреть можно лишь на две вещи - как текут прозрачные воды, и как горит тёплый огонь. Огонь, словно в танце, извивается на ветру, освещает дорогу, как путеводная звезда. Но если попасть в его лапы, то он тебя не пощадит. Огонь красив, но очень опасен, он съедает свою жертву, словно дикий койот, причиняя ей адскую боль. Но боль гораздо сильнее причиняет тёмное пламя.

***

Викингам повезло, удача навела их на каменистый пляж, что находится с северной стороны леса. Весь он состоял из гальки, вода здесь была холоднее, чем со стороны деревни Олуха. Над этим местом более явно повис туман. И оно было вроде как... светлым, что ли? Быстро соорудив плот из сухих кусков дерева, викинги положили на него тело Стоика. Вождя накрыли бледным белым покрывалом, положили сверху шлем, и пустили по воде, вперёд. Так же, соорудив из того что было, луки и стрелы, Рыбьеног, Астрид, Задирака и Плевака нацелились зажжёнными стрелами прямо на плот с погибшим вождём. Лук Плеваки, ещё до сих пор лежал на земле, ну а стрела не была зажжена. - Да при видят тебя Валькирии, и при проводят через ратное поле Одина. Да пропоют они имя твоё с любовью и яростью. Да бы услышали мы благую весть из глубин Валхаллы, что занял ты достойное место, в королевском чертоге. За великого павшего мужа, война, вождя, отца... - Плевака запнулся, кузнец поднял свой лук и стрелу. - И друга... Мужчина хорошенько нацелившись, выпустил первую стрелу. Она с успехом вонзилась в плот, который только что начало поглощать пламя. Все остальные ребята, выпустили стрелы после. Их стрелы тоже коснулись плота, и его окончательно поглотил огонь. Когда сами горящие доски наконец-таки скрылись, за горизонтом все они отошли от края берега. Иккинг сидел на ветке дерева. Если бы нечего тогда не было, то быть может, ему и дали бы честь, выпустить первую стрелу на похоронах его отца. Но увы, сейчас юношу это не волновало. Ему было важно убить свою предпоследнюю жертву. Да, именно предпоследнюю, вы не ослышались. Рыбьеног тоже как-то участвовал в смерти дракона - Беззубика. Парень молча стоял в сторонке, и записывал всё это в свой чёртов блокнот. Но для парня это не показалось слишком ничтожным, он счёл этот факт, за соучастие. Всем им уже была приготовлена своя смерть. И ах да, Астрид это совсем другое дело, её он убьёт отдельно, одну, и своими же руками, но пока что это подождёт. Иккинг щёлкнул пальцами. Послышались крики. Это печать тёмной магии сработала. Печать, оставленная на руке Задираки. Торстон загорелся. Его зверские вопли разносились по округе всё громче и громче, пробуждая в лесу всё новых и новых тварей. Огонь поглощал его плоть, принося ему всё новую и новую порцию боли. Рыбьеног, схватившись за сердце, стоял на месте, видимо данное зрелище не давало ему шанс просто смотреть. Он оцепенел от страха и шока. Плевака набрал в свой шлем воды, в надежде, хоть как-то погасить огонь, а Астрид была не в состоянии что-либо делать. Так же, как и Рыбьеног. Её напугала неизвестность, и она могла просто стоять и смотреть с широко открытым ртом и сузившимися зрачками. Кузнец уже было хотел подойти к Задираке. Но парень, метавшийся из стороны в сторону, вероятно не видел, что он делает и куда идёт. А потому, он резко рванул к Плеваке, и пламя перепрыгнуло на него. - Нет! - В голос закричал Иккинг. Ведь убивать единственного дорогого для него человека ему не очень то и хотелось. Именно Плевака проявил снисходительность к нему, он тихо просил вождя оставить мальчика в деревне, ещё тогда, пять лет тому назад. А вот сейчас, он горит, просто сгорает за живо, и Иккинг нечего не может поделать. Шатен несколько раз подряд щёлкал пальцами, в надежде что огонь потухнет, но нечего. И так, он продолжал попытки, до того как в его голове не прозвучал чуть хриплый голос. "Магия тьмы больше не служит тебе!..". Хэддок ахнул от удивления. Глаза парня наконец, совсем приобрели изумрудный оттенок. - За то, телепатия осталась. - Твёрдо сказал он. Что есть телепатия? По сути, это возможность проникнуть к кому либо в голову, но сейчас Хэддок будет вытворять нечто иное. Коснувшись двумя пальцами веска, он закрыл глаза, и мысленно проникнул в голову Рыбьенога. Парень сразу же отвлёкся от своего просто стояния, и нечего не делания. Он вырвался из цепких лап страха и шока, и попал в капкан Хэддока. Ингерман просто-напросто пошёл в сторону воды. Но ведь и воды не были простыми, они таили в себе нечто опасное, почти такое же, как и в лесу. Астрид сразу же это заметила, но идти за ним не рискнула, девушка лишь громко крикнула. - Рыбьеног, стой! Да что же ты делаешь! Остановись! Но парень продолжал, словно завороженный идти в сторону воды. Астрид ещё всяческими криками, пыталась позвать его назад, но увы, он её будто не слышал. Хотя внутри себя, Рыбьеног бы по настоящему никогда не зашёл в эти воды, в них тоже живёт полно тварей, если не считать драконов. Когда он дошёл где-то за метров десять от берега, то парня что-то резко утянуло вниз. - Рыбьеног! - Громко крикнула девушка, прислонив руки ко рту. Глаза стали подозрительно мокрыми. Их пробили слёзы. Солёные капли быстро текли по румяным щекам девушки. Задирака и Плевака, к этому времени уже сгорели за живо. Она осталась совсем одна в этом лесу, совсем-совсем одна, совсем. Никто из её друзей-викингов, больше не будет сражаться с ней бок о бок, никогда.