Прекрасный новый мир

Рис проводил взглядом братьев и повернулся к Лори: - Скажи, а что такое «быть младшим»? На что я вообще подписался? - Ооооо... - Лори закатил глаза, - очень на многое. Ты влип, парень. Младший - это работа с утра до вечера, и уж точно с вечера до утра. Это нудная, скучная, бесконечная домашняя работа. - Серьезно? – прищурился Рис, сообразивший, что над ним подшучивают. - Дааааа!.. А если честно - на младших и женщинах держится дом. Без нас эти здоровенные мужики пропадут, зачахнут и опаршивеют. - Да? - Да. В общем, всё, что в доме – наше дело. - А если я, например, не умею? - Чему-то я научу, что-то будет делать твой муж под твоим руководством. А если нужно, мастера пригласишь, понял? - Ну... - Рис представил себя у стола с кастрюлей и дозатором – здесь его называли смешным словом «половник» - и фыркнул. – Долго учиться? - Всю жизнь, - серьезно ответил Лори. – И начнем мы прямо сейчас, пока ты в школу не пошел. - А в школу-то зачем? - Как это? А ты что, неучем собираешься жить? Вот я, например, дипломированный фельдшер. Это сегодня я дома, потому что Стэн приехал, а уже завтра пойду на дежурство в местную больницу. - А ты там один работаешь? - Нет, конечно. Нас по четверо фельдшеров и санитаров, а еще есть хирург. - А если зуб заболит? - Поедешь в Приму. - Куда? - Это центральный город нашего округа. Ну не совсем город - городок. Но там и больница больше, и специалисты хорошие. Рис слушал и между делом наблюдал, что делает Лори. А тот взял большую кастрюлю, насыпал туда муки, потом вылил какую-то странно пахнущую коричневатую жидкость из стакана, добавил соль, воду и начал всё энергично перемешивать. - А ты что делаешь? – не выдержав, спросил Рис. - Тесто. Смотри и учись. Будем делать пирог с рыбой на ужин. - Хм... пирог... маленькими пирожками нас на карантине угощали, правда, Кир? Мальчишка, до сих пор смирно сидевший на лавке, повернулся, кивнул и снова уставился в окно, наверное, там было интересней, чем тут. - А это будет большой. Я научу тебя, как его правильно готовить. И не только его - тебе ведь потом мужа кормить. - А я совсем не умею, - огорченно проговорил Рис. Он уже успел засунуть палец в тесто, увязнуть там и теперь тащил его, пытаясь отодрать липкую массу. - Научишься, - отрезал Лори, - вот запомнил, что я делал? - Кажется... - с сомнением проговорил Рис. - Отлично, в следующий раз будешь сам. Смотри, теперь кастрюлю нужно в тепло поставить. А мы, пока оно поднимается, начинкой займемся. - Сложно, - пожаловался Рис, осторожно выбирая мусор из кучки круглых белых зерен. - Времени хватит, вы же не завтра в свой дом пойдете. - Как это, в свой дом? – паренек даже замер. - Очень просто, тебе же шестнадцать? - Ну да. - Вот летом вам выделят место и начнут ставить дом, всей общиной. К осени как раз закончат, а на следующий год будет внутренняя отделка. И только потом уже свадьба. - Ничего себе. Лори улыбнулся, глядя на ошарашенного парня. Все новички прибывали запуганными и зажатыми, а потом куда что девалось? Вон даже на его мужа посмотреть, всего-то двадцать пятый год разменял, а уже пасеку держит, мёдом на три округа торгует, брата привез, да еще с женихом, и малыша тоже. Даже детей им сразу разрешили. Не прогадал он, когда присмотрел себе новичка. Тот правда сопротивлялся сначала, но против Лори кто устоит? Вот именно – даже мать говорила, что он упрямый, как самка рухха. Лори вспомнил, как соблазнял понравившегося парня, как добивался своего, и какая у них веселая свадьба была, на все село. А тут сразу всё ясно, кто старшим будет, а кто младшим. И что еще один брат у них, Кир, тоже неплохо – будет, кому за мелкими присмотреть, пока взрослые на работе да на учебе будут. Всё хорошо у них складывается, всё просто отлично. - Скажи, а если... ну я обязательно теперь должен быть с Тимом? - А ты что, уже передумал? – Лори с подозрением посмотрел на Риса. - Нет, но вдруг он, или я... вдруг мы в кого-нибудь влюбимся? - И что? У вас еще целый год на то, чтобы подтвердить ваши обязательства, а потом еще один будет, до свадьбы. - И всё же? - Да ничего не будет. Объявят об этом на площади и всё. Только испытательный срок для вас удвоят. - Какой еще испытательный срок? - Обычно когда двое объявляют о помолвке, община дает им время подумать – месяц. Если не передумали, то играют свадьбу. - Понятно. А у нас он почти два года. - Это потому, что ты еще несовершеннолетний. Кстати, ты в курсе, что тебе этот ваш блок еще на Земле сняли? – поинтересовался Лори. - Нет, а ты откуда знаешь? - А всем перед отправлением снимают. Даже Киру. - Не знал... Для Риса это многое объясняло, а он-то гадал, почему так на Тима реагирует, хочется прижиматься к нему, ласкаться. Наверное, он тоже испорченный, и хорошо, что попался на краже, мог бы и не узнать, иначе было бы слишком поздно. Приехал бы сюда, а Тим уже занят. Почему-то думать об этом было больно. Паренек еще немного поразмышлял и решил, что менять ничего не хочет, и так все замечательно. - И что ты сидишь? – спросил вдруг Лори. - А? - Сидишь, спрашиваю, почему? - А что мне делать? – вытаращил глаза Рис. - Как что? Рыбу чистить. Рис посмотрел на полный таз скользкой, противной даже на вид рыбы и передернулся. - А это обязательно? - Ты что, совсем тёмный? Мы ее что, с чешуёй и потрохами есть будем? А ну, бери нож и делай, как я. Остаток утра до обеда прошел куда менее интересно: рыба, казалось, множилась в тазу, чешуя летела в разные стороны, руки были в крови, своей и рыбьей, пальцы, исколотые острыми плавниками, болели. Рис проклял всё - и пирог, и Лори, и скользкую мерзость. И Тима не было, как ушел утром с братом, так и не появлялся. Хорошо хоть Кир заинтересовался и стал помогать – толку от него было немного, нож ему все равно никто не дал, а вот мыть чищеную рыбу доверили. И вскоре стол, лавка, пол и сам мальчишка были с ног до головы залиты кровавой водой. Зато количество чищеной рыбы постепенно прибывало. А Тим был занят. Ему всё больше нравилось возиться по хозяйству. Он успел за утро научиться убирать у собак, кормить их и выпускать погулять в небольшой вольер. Обихаживать коз, только доить их еще не доверили, а вот задать корма он смог. Станий сдерживал улыбку, наблюдая, с какой тщательностью младший братишка прометает стойла, накладывает охапки душистого сена. И осторожно, чуть не благоговейно гладит по густой длинной шерсти круторогую козу. - Стэн, а это местные животные или их с Земли привезли? - Местные, тут с Земли никого кроме людей нет. - А почему тогда коза, собака... - удивленно спросил Тим. - А зачем что-то придумывать, когда есть привычные названия, тем более, что внешне они похожи, - пояснил Станий. - А кто тут еще водится? В лесу? - Много кого можно встретить. Есть мелкие: мыши, летучие лисицы, лесные курочки. Вкусные, кстати. Мы с тобой осенью сходим, поохотимся. А самый свирепый здесь рухх. - Большой? - Да, примерно с меня ростом и это на четырех лапах. Прожорливый. Говорят, что когда нечего есть, самки рухха могут самого слабого детеныша сожрать. - Фу. - Да, так говорят местные. Я сам с ним не встречался, и слава Тангароа. - Такой страшный? - Нет, просто из тех, кто встречался с руххом, почти никто не вернулся. Шанс спастись может быть, если встретишь самца, и рядом будет хорошее дерево. Ну и ты успеешь на него залезть. Самец обычно кружит вокруг пару часов, а потом уходит. А вот самка будет сидеть до победного конца. Причем для тебя он будет окончательным. - Ужас какой, - содрогнулся Тим. - Ага, особенно опасна самка весной, во время вынашивания потомства. В это время ее даже партнер-самец опасается. - Почему? - Съесть может, - пояснил Стэн. – Так что по лесу нужно ходить осторожно. - А это всё? Или еще чего-то нужно опасаться? - Ну, есть еще мясные термиты. Эти живут в дуплах деревьев, выгрызают все внутри такими извилистыми ходами. Дерево, конечно, умирает, а эти живут. Питаются мясом павших животных. Но могут сожрать уснувшего путника. - Брррр, – Тим представил, как сонного человека рвут крохотные челюсти, и поклялся, что никогда не уснет в лесу. - Есть еще опасности, я про них вам обоим расскажу. - Хорошо, - Тим согласился отложить знакомство с местной флорой и фауной на потом и с интересом стал смотреть, как Стэн оглаживает небольшое упругое вымя козы, как сжимает пальцы, как брызжут в ведерко тугие теплые струйки настоящего молока. Стэн провел в последний раз по опустевшему и сморщившемуся вымени, налил в кружку молока и протянул младшему братишке. Сколько раз он мечтал, что однажды вот так напоит его только что выдоенным молоком. И вот теперь эти мечты стали явью. Тим бережно, чуть не благоговейно принял кружку и отпил глоток. Теплое, чуть солоноватое, жирное молоко потекло в желудок, наполняя его приятной сытостью. - Вкусно? - Очень... - прошептал, жмурясь, Тим. И тут же спохватился, – а остальным? - Не волнуйся, всех коз подоим и отнесем остальным. - Это хорошо, - успокоился Тим и сделал еще глоток, маленький – хотелось растянуть удовольствие подольше. В дом они вошли, когда время уже миновал полдень. К тому времени все следы активной помощи неопытных помощников были уже убраны, рыба, прикрытая крышкой, просаливалась в тазу, а на столе уже ждал сытный и вкусный обед. И довольные Рис с Киром – справились с заданием! Они уже успели помять тесто, нарезать толстыми кривыми полукольцами лук и даже порезать палец, и теперь Кир сидел, гордо демонстрируя перевязанную конечность – Рис так накрутил бинта, будто там не царапина, а как минимум фаланга отрезана. А вечером, после вкуснейшего пирога, Тим сидел, обнимая малыша, и читал на память песнь из Книги Жизни: - Проснитесь, о дождь, о солнце, о ночь, О туманы, ползущие с моря на сушу, О туманы, ползущие с суши на море, О море мужское, о море женское, о буйное море, Исступленное море, море, окружающее Ику. Острова среди моря, Пенистого моря с маленькими волнами, с низко набегающими волнами, С высоко вздымающимися волнами, которые гонит сюда с Кахики!..