Он не мог

Вот и все. Резкая тишина, сразу же после визгов стали, оглушила воинов. Первые несколько секунд все молчали, словно пытаясь понять, что случилось. И только через несколько секунд оказалось, что треклятый Дагур исчез. - Где он?! - громовой голос Стоика разнесся по полю боя. - Где этот поганец?! Воины Дагура что-то неопределенно забормотали, а потом бочком стали отходить к берегам Олуха. Олуховцы им не мешали - если нет Дагура, то и смысл продолжать бой незачем, тем более, что его воины не храбрее зайчонка под кустом. Но воины Олуха испепеляющим взглядом провожали потрепанную шайку Дагура - те сжимались под яростными взглядами и лишь быстрее отходили к своим оставшимся даккарам. Когда до них осталось преодолеть пляж, воины побежали, размахивая руками и истошно крича. В один миг они забрались в даккары и отчалили от Олуха. Еще пять минут за ними наблюдали все воины, но когда даккары начали исчезать, Стоик устало махнул воинам и драконьим всадникам. Те медленно побрели к деревне, подбирая мертвых и раненых. - Стоик! - грубый бас Элвина Вероломного разорвал тишину и вождь Олуха обернулся. - В деревне этих гадов нет. - Спасибо, Элвин... - поблагодарил старого друга Стоик, пожимая потную и грязную ладонь. - Я думаю, Дагур улизнул на корабли, тем более, когда узнал, что мы с вами в союзе.* - Да он об этом как полгода знает, - махнул ручищей Вероломный. - Ну, если будут новости - ты знаешь, как со мной связаться. А угрожать будут - ты это, напомни им о Элвине... Ох я им устрою... - на лице Отброса заиграло мрачное торжество. - Ну, удачи. - Спасибо, Элвин, - тепло поблагодарил его Стоик, и Вероломный направился к кораблям. На полпути он неловко обернулся. - Э... Стоик, а, может быть, ваша старейшина поможет и моим воинам? - прямо спросил чернобородый. - Они в таком состоянии не доплы... - Кхе-кхе. Готи с хитринкой в глазах стукнула Отброса палкой по шлему. Тот обернулся. Глядя на ошарашенное лицо старого воина, шаманка махнула клюкой и медленно направилась в деревню. - Это можно расценивать как согласие? - оторопело поинтересовался Элвин. Стоик кивнул и последовал за Готи. Тем временем, недалеко от этих мест, бегала светловолосая девушка, в отчаянии оглядываясь. - Задирака! - блондинка мотнула головой, сбрасывая с лица челку. - Рыбьеног! Забияка! Сморкала! Иккинг! Девушка остановилась на секунду, прислушиваясь к гробовой тишине. - Да где же вы все?.. - О, какие люди! Астрид, ты! - радостно воскликнул невесть откуда появившийся Задирака. - Эй, Забияка, подь сюды! - Ба, Астрид! - близняшка очутилась рядом с братом. - Я за тебя волнова... - Где остальные?! - прервала девушку Астрид. - Э... Рыбьеног у Готи, - удивленно ответила близняшка. - Сморкалу мы видели... как баран на четвереньках стоит! - близнецы прыснули. - А... Иккинг?.. - с замиранием сердца спросила Астрид. - Чего не знаю, того не знаю, - улыбнулась близняшка. - С Беззубиком, наверно... Астрид поблагодарила ребят и побежала искать дальше - оставлять юношу было неразумной глупостью, тем более, если знать, что он может натворить. В течение получаса блондинка осматривала поле боя и прилежащие места, заглянула в овраг. Паника усилилась. Сердце бешено билось о ребра - она не знала, где он. - Иккинг! - отчаянно кричала девушка, бегом несясь по пустырю сзади деревни. - Иккинг!.. - Эй, Астрид, ты что здесь делаешь? - удивленный голос отвлек девушку от ужасающих мыслей. - Сморкала, где Иккинг?! - закричала девушка, подбегая к брюнету. Довольная улыбка сползла с лица Сморкалы. - Мой двоюродный брат опять что-то натворил? - обеспокоенно спросил парень, глядя в испуганные глаза девушки. – Пойду, поищу его... - тихо пробормотал он, разворачиваясь. Впервые в жизни он тревожился за двоюродного брата. Астрид удивленно посмотрела на брюнета, но тот, видимо, подошел к делу со всей серьезностью. Это взволновало Астрид - когда Сморкала волновался за своего двоюродного брата?.. Медленно повернувшись к другу спиной, девушка направилась в обход вокруг деревни. - Иккинг! - Астрид была на грани истерики. - ИККИНГ!.. Какой-то частью души, она чувствовала, что его нет. По крайней мере, здесь. Но от этого ее мольбы становились лишь отчаяннее - он не мог умереть. - Ты где, Иккинг?! - голос Астрид был полон отчаяния и слез, боли и страха за друга. Она понимала, что он исчез. До последнего она надеялась, что он выйдет из-за дерева - пусть потрепанный, пусть окровавленный и израненный, но живой. На глазах появились слезы - душа безостановочно кричала о потере. - ИККИНГ, ИККИНГ!!! - в тысячный раз закричала девушка, захлебываясь слезами. Ей было очень страшно. - Вернись!.. Ты не мог... До заката Астрид носилась вокруг деревни, не замечая ни усталости, ни боли, ни голода. И лишь когда первые звезды зажглись на небосводе, она отправилась домой, утирая глаза. - Ты не мог... - тихий, свистящий шепот с трудом вырывался изо рта девушки - голос охрип, а горло нещадно драло после полудня отчаянного зова парня. Слезы медленно катились по щекам, но Астрид уже давно перестала из вытирать - в деревне Иккинга нет, как сказал ей Сморкала. Впервые он был напуган - они с Рыбьеногом прочесали всю деревню, а близнецы спросили у всех жителей. Это не принесло результатов. Стоик повторно проверил деревню, а Беззубик... Беззубик ушел в лес, горестно и призывно рыча, нутром чувствуя, что юноши нет. Но дракон все равно бегал по лесу, заглядывая во все пещеры, овраги и ложбины. - Иккинг, Иккинг... - Стоик... я... - Астрид тронула за руку вождя. Тот повернулся к ней. Первое мгновенье Астрид не узнала его лицо - безысходность, боль и страх. Недавняя дорожка от слезы. - Он не вернулся, - выдавил Стоик с трудом. - Весь вечер никаких новостей. Беззубик не вернулся, а ребята сбились с ног. Никто не нашел даже намека на Иккинга - даже... - вождь замолчал, не в силах сказать "тела". Астрид с трудом кивнула. Слезы резко хлынули из глаз - первый раз ей было так паршиво. Она ничего не слышала - да и не хотела. Ей было нужно остаться одной. Где-то сквозь слезы девушка различила настороженный бас Элвина, видимо, только что вернувшегося от Готи. - Э... Стоик... мне нужно... Ты не мог бы уйти? - напрямик выдал Отброс. - Мне нужно срочно поговорить с Астрид. Срочно. Потом я пошлю своего воина и он позовет тебя. Стоик секунду колебался, но, наконец, буркнул: - Ладно. Я буду в Зале... - вождь, громко топая, ушел. Астрид крепче сомкнула веки и вытерла щеку рукой - слезы безостановочно катились. - Э... Астрид, мне нужно тебе кое-что показать, - рука Элвина не особо аккуратно легла девушке на плечо, на что Астрид буркнула "Ч-что?.." - Увидишь, - уклончиво ответил Вероломный. - Но это... это тебе не понравиться... Вождь отбросов повел ее куда-то, аккуратно держа за плечо. Астрид было странно чувствовать мужчину, который полгода как союзник, а до этого он был врагом. Теперь он почти по-отцовски придерживал за плечо и оказывал молчаливую поддержку. Астрид беспрестанно вытирала слезы - Иккинга нигде нет, он пропал, сгинул, исчез... Но она не хотела в это верить. Нет, не хотела! - Аккуратно, Астрид, - Элвин немного потормошил ее за плечо. - Сейчас мы зайдем в дом Готи. Вероломный трижды ударил кулаком в дверь, от чего та содрогнулась. Женщина открыла почти сразу после стука - видимо, воины Элвина подлечились. Готи задумчиво посмотрела на двоих и кивнула, освободив проход. - Астрид... ты первая. Девушка повиновалась. Она медленно вошла в душную комнату, не понимая, что ей хотел показать Элвин. Но ответ пришел сразу. - Иккинг, - одними губами произнесла девушка, глядя на обездвиженное тело, лежащее на кровати. Медленно и с трудом переставляя ноги, Астрид подошла ближе - пытаясь понять, жив юноша или мертв. Дыхание не вырывалось из груди юноши, а глаза были закрыты. И, тем не менее, юноша был... теплым. Однако сердце замерло, когда Астрид поняла, что тело теплое из-за того, что его недавно... Сердцебиения не было, пульс отсутствовал. - Иккинг, - прошептала Астрид, бухаясь на колени, без сил опуская голову на холодные простыни. Слезы заструились по щекам и она больше не могла сдерживаться - уткнувшись носом в простынь Астрид всхлипнула. Скрипнула дверь и в комнатку втиснулся Элвин. - К-как он... - плечи девушки дергались от слез. - Где его н-н-наш-шли?.. - Его обидчик сейчас отправлен на корм Кипятильникам. Сплавил его в океан, как только убил, - сразу "успокоил" Элвин. - Я нашел парня за Вороньим мысом. Один мерзавец не побежал к кораблям, видимо, шпион. А этот, - Вероломный махнул в сторону Иккинга, - его заметил и бросился за ним. Меня удивляет то, что парень почти не ранен - смертельной раны-то нет... - Астрид резко дернулась. - Но все, что я заметил, это как тот поганец толкнул этого, - Вероломный снова указал на Иккинга, - на камень. Парень упал и больше не поднимался. Не знаю, что с ним случилось. Может, битва его вымотала, может с мозгами что-то не так. Лицо Астрид оскорбленно вспыхнуло, и девушка обернулась, чтобы все высказать Отбросу, но тот опередил: - Да не в этом смысле! - Элвин махнул ручищей. – Ну, вдруг голова больной была на тот момент. - От головной боли не умирают! - резко бросила Астрид, всхлипывая. - Да не от головной боли! - раздраженно буркнул Вероломный. - У одного моего воина башка месяц болела, а потом он внезапно умер. Оказалось, у него мозги опухли. Астрид это не рассмешило, она лишь сильнее прижалась к остывающей груди юноши. Только сейчас она вспомнила, что он месяц жаловался на сильную головную боль. Элвин понял ее без слов. - Когда тот болван занес меч, я проткнул его пикой. Теперь он у Кипятильников на расхвате. Астрид качнула головой - слезы без остановки катились по ее щекам. - Дагур... забрал... у меня... и у Стоика... - Самое дорогое, - сурово закончил Элвин. - Он знает, что терять близких очень больно. Астрид с трудом кивнула. Вероломный потоптался на месте, а затем с шумом вышел. Астрид оглянулась и забралась на кровать юноши. Заключив в объятия парня, Астрид словно хотела согреть его собственным теплом. Но Иккинг не только не согревался, но охлаждался и охлаждал девушку. Астрид уткнулась носом парню в ключицу и, захлебываясь словами, бессвязно начала бормотать: - Прости... за все прости... за все, Иккинг, слышишь? ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! - Астрид не понимала, что делает. Отчаяние захлестнуло ее с головой, а боль разъедала сердце. - Ты не мог, Иккинг, ты не мог уйти... извини... за всё извини... - девушка на мгновение отстранилась от него и, глядя в навеки закрытые глаза, прошептала: - Прости, что не сказала тебе раньше, Иккинг. Я люблю тебя. Очень сильно. Прости, - и, в последний раз проведя рукой по веснушчатой щеке паренька, Астрид вышла из дома Готи, не в силах терпеть. Минуту ей казалось, что дверь сейчас откроется и юноша выйдет, потирая голову и взлохмачивая волосы. Астрид знала, что не будет его бить в плечо или, чего хуже, плакать; нет. Она просто подойдет и очень крепко его обнимет и никогда не отпустит. Ни за что. Но этого никогда не случится - девушка больше не увидит его, не улыбнется ему и не ударит в плечо, показывая свое беспокойство, не обнимет и не поцелует. Горькие слезы девушки затуманили и без того не особо четкое зрение, от чего Астрид не стала терпеть - с едва слышным всхлипом она бросилась прочь. Ноги сами несли ее к Вороньему мысу, туда, где и случилось непоправимое. Может быть, таков был ход судьбы, а может - случайность. Кто знает. Но именно на этом месте девушка заметила обагрённую кровью землю и потрепанный, до боли знакомый дневник - последнюю памятку юноши. Астрид подняла его и, беспрестанно всхлипывая, открыла на первой странице. Беззубик. Астрид улыбнулась сквозь слезы и перелистнула еще несколько страниц. Снова и снова Беззубик, то с улыбкой, то рычащий, то дремлющий. Еще через несколько страниц она заметила всю их команду, а затем - на другом листе - их драконов. На протяжении всего блокнота часто встречались зарисовки Беззубика или не воплотившихся в жизнь чертежей, их команда или другие драконы. Книжица не была изрисована до конца, но девушка пролистала ее всю и на последних страницах обнаружила портрет - ее портрет. На мгновение она растерялась, не понимая. Но, заглянув на другую сторону листа, она заметила написанный стих. Я не могу без тебя - А тебе, быть может, проще без меня. Я не могу знать наверняка, Но помни - я люблю тебя. Ты не можешь об этом знать - Да и не узнаешь это, Ведь время не вернуть вспять, Где я бы мог тебе об этом рассказать. Если что - прости, Я не хотел тебе мешать... Знай лишь об одном - Мне остается о тебе мечтать. Когда-то, может, ты поймешь - Я без укора говорю - С небес на землю не вернуть СынА вождя... Прости - тебя люблю... Астрид была потрясена до глубины души. Даже слезы остановились и застыли на слипшихся ресницах. - А я, дура, молчала... Прошел не один год, а Астрид продолжает скорбеть по юному викингу и прятать его дневник у себя под кроватью. Трижды он приходил к ней во сне. И трижды он с улыбкой смотрел на нее, а затем еще шире улыбался и исчезал - словно его сдувало ветром. Астрид просыпалась с вытянутой вперед рукой, словно пытаясь дотронуться до кого-то. А Готи, у которой девушка провела неделю после смерти юноши, заметила, что Астрид шепчет что-то во сне. Я помню о тебе И не забуду никогда. И ты, друг мой, прости меня. Я... я тоже люблю тебя. Каждый день она просыпалась лишь с одними словами на губах - "Он не мог..." А юноша всегда был рядом. Он не уходил - он всегда шел рядом с ней, боясь отпустить. Каждую ночь он сидел рядом, с болью улыбаясь. Он не хотел этого. Он не мог.