Маленький секрет

После очередной репетиции все участники группы разошлись. По крайней мере, так казалось Андрею, который сидел на подоконнике с тетрадью и быстро что-то записывал. Иногда он нервно оглядывался на случайный шорох, но с облегчением понимал, что находится в полном одиночестве и никто не мешает ему свободно думать. Вокалист опустил взгляд на исписанный тонким, косым почерком лист бумаги. Вдруг, он неожиданно вырвал его, скомкал, и бросил так, что шарик отскочил от стены и шлепнулся прямо в мусорную корзину. Князев подержал конец ручки во рту, потом лицо его преобразилось - словно внезапное озарение пришло к нему. Он принялся строчить ещё быстрее. Идеи накатывали одна за другой, словно тяжелые воды реки выбрасывались на берег. Андрей даже негромко воскликнул и опять судорожно дернулся на непонятный шум, источником которого оказался лишь черный кот, которого взяли к себе работники студии. Прикармливали они его, что ли? Непонятно... Князь устремил взор на серое небо за окном, с которого падали необычайно белые, искрящиеся хлопья снега. Мужчина приоткрыл форточку и на его теплую руку упала маленькая, очаровательная снежинка. Эта крошечная красота сразу же превратилась в чистейшую капельку воды и Адрей бережно сжал руку. А ведь Миша любил зиму... Считай, с самого детства, как говорил он сам. Ну да, санки, снежки, всё такое... Жаль, что его не было тогда. Жаль, что они слишком поздно познакомились. Наверное, кому-то это покажется абсурдом, но Андрей действительно жалел о том, что не знал Мишу раньше. Он немного завидовал Поручику и Балу, которые были знакомы с ним со школы. Обидно, ведь Горшок почти не говорил о своем детстве - то ли стеснялся, то ли рассказывать было вообще не о чем. Едва вокалист подумал об этом, как дверь тихонько скрипнула и показался сам Миха. Он радостно улыбнулся Андрею, словно век его не видел. Мужчины стояли и молча глядели друг на друга, не делая никаких движений, не делая ни шагу, словно боясь спугнуть. - Ты идешь? - тихо спросил Горшок, всё так же улыбаясь. - Да, конечно, - весь восторг, невесть откуда появившийся у Князева, мигом улетучился - навалилась какая-то усталость. Апатия... Но он тут же о чем-то вспомнил и выпалил - Расскажи секрет. - Нет, - Горш отвернулся и заржал, уткнувшись в рукав плаща. - Давай, - упрямо повторил Андрей. - Ладно, как довезу тебя, скажу, - махнул рукой вокалист и вышел. Князь последовал за ним. Андрей вылез из машины, которая остановилась неподалеку от его дома. Горшок нехотя вышел следом. Он приблизился к другу. - Так что, говори, - опять потребовал тот. - Точно? - усмехнулся Миша. - Блять, Юрич! - Ладно-ладно... Он склонился к уху Князева и тихо, но так нежно прошептал: - Я люблю тебя, мой Княже. - Я этого и ждал, - выдохнул Андрей. - Что, так... - А теперь пойми, что всё это сон и я никогда не вернусь, - неожиданно произнес Миша. Он с каменным лицом наблюдал, как слезы начинают медленно стекать по щекам вокалиста. Тот неожиданно протянул руку и хотел дотронуться до Горшка. Хотел осознать, что пока еще не всё потерял... Князев проснулся в собственной постели, тяжело дыша. По мокрым глазам и неприятным ощущениям, ему стало ясно, что он плакал во сне. - Миша... Миша... - прошептал Андрей и стиснул клок волос на голове, чуть не вырывая его. Он понял, что остался один. Один наедине со своей болью, которая заняла место человека, что был настолько дорог.