Демоны среди нас

Вечерело. Клубные занятия в старшей школе Сейрин подходили к концу, но упорная команда по баскетболу все ещё тренировалась на спортивной площадке. POV Куроко — Тецу, может попробуешь забросить в корзину? — подошел ко мне красноволосый. — Кагами-кун, ты же знаешь, у меня не получится. — Не стоит сдаваться, — не унимался товарищ. Я без слов привычно подошел к инвентарю и взял мяч, возвращаясь к линии броска, но как и ожидалось, моя попытка забросить его в корзину потерпела поражение. — Может ему стоит отточить другие навыки? — после секундного молчания тихо прозвучал Хьюга. — Решено, Куроко, завтра я буду учить тебя забивать мячи! — Тайга упорно игнорировал слова Дзюнпея, настаивая. Это заставило меня искривить губы в полуулыбке. Несмотря на то, что Хьюга был прав, все поддержали затею Кагами. Было приятно чувствовать поддержку своей команды. Боковым зрением я заметил капитана, что стояла у двери в спортзал. Улыбка осветила ее лицо. Скорее всего, она наблюдала за этой сценой с самого начала. — Молодцы, хорошо позанимались. Можете идти домой, — все так же продолжая добродушно улыбаться, произнесла девушка. Все засуетились. Было уже поздно, и, конечно, уставшая команда хотела поскорее разойтись по домам, чтобы отдохнуть как следует. Вернув на место мяч, который до сих пор находился в моих руках, я направился к своим вещам и захватив полотенце, поспешил в душ. Переодевание не заняло так много времени, как мне требовалось обычно. Я в несколько движений собрал сумку и вышел во двор, где меня уже дожидался Кагами-кун. Он всегда меня ждал, если, вдруг, мне приходилось задерживаться. — Ну что, пойдем? Кивнув, мы двинулись в кафе, которое посещали после каждой тренировки. По традиции, заняв место у окна, я заказал свой любимый ванильный шейк, а Тайга, как обычно, — гору гамбургеров. Ели непривычно в тишине, размышляя каждый о своем. О чем так серьезно думал Кагами я мог только предполагать. Возможно, что о предстоящей игре или о плане на нашу будущую тренировку. Я перевел взгляд в окно: уже вечер и перед сном осталось не так много времени. Закончу чтение книги, которую начал вчера, когда вернусь домой. Я допил свой коктейль и положил деньги на стол, не сводя глаз с Кагами. Тот коротко кивнул, доедая, и оставил деньги, последовав моему примеру. Мы так же молча вышли из кафе. — Тебя проводить? — Нет, спасибо. Увидимся завтра, — попрощался я и поплелся домой. — Пока, — кинул он мне вдогонку, направляясь в противоположную сторону. Открыть квартиру с первого раза оказалось непосильной задачей. Лишь оказавшись внутри я смог расслабиться и вздохнуть полной грудью. Слабо мигнула лампа, после щелчка выключателя. Я не ощущал дома скуку или грусть, как многие мои ровесники. Одиночество не томило меня, уютная тишина располагала к любому делу. Отставив обувь, чтобы не мешала на проходе, я зашел в свою комнату, по пути открывая окно на кухне. Прошло не так много времени, но на улице было довольно темно. Переодеваясь в домашнюю одежду, я окинул взглядом комнату, пытаясь найти ту самую книгу, которую мне хотелось дочитать ещё в кафе. Она не была особенно интересной и не обладала захватывающим сюжетом, но все же мне хотелось дочитать до конца. Думаю, конец — это именно то, ради чего стоит читать эту книгу. Однако, время пробежало быстрее, чем я думал. Так и не успев дойти до последней главы, мне пришлось оставить часть на завтра. Все же, хотелось быть бодрым с утра. Отложив книгу на законное место на полке, где она располагалась ранее, я схватил полотенце и поплелся в душ. Чуть позже, уже выходя из ванной комнаты, я небрежно вытирал волосы и глазами искал свою пижаму. Отрываясь на секунду, я бросил быстрый взгляд на настенные часы, показывающие без пятнадцати двенадцать. Я не спеша переоделся в пижаму и расстелил постель, щелкнул выключатель, возвращаясь к кровати. Мышцы ныли, и от изнурения сон не шел: ворочаясь в кровати я безрезультатно пытался уснуть, пока не впал в дрему. Из этого состояния полусна меня вывели прикосновения холодных пальцев к коже. Они медленно расстёгивали пуговицы на моей пижамной рубашке, заставляя меня вынырнуть из полусна и открыть глаза. Пару раз моргнув, чтобы нормализовать зрение, я взглянул перед собой. Надо мной повис Рета! Какая наглость. Сонное сознание на краю оценило странность и нелепость ситуации. Что-то определенно было не так. То ли рога, то ли хвост, то ли крылья ночного гостя. Сначала было я хотел повернуться на бок и снова попытаться уснуть. Все это казалось просто дурным сном, но уже через мгновение мне пришлось подавить судорожный выдох, готовый сорваться с губ когда мягкий прохладный хвост прошелся по моим соскам. По рукам пробежались мурашки. Тело заколотило легкой дрожью паники, окончательно скидывая остатки сна. Я пытался успокоить неприятную дрожь и взять себя в руки. — Кисе? Он ухмыльнулся. Инкубы извлекают из сознания и подсознания идеал красоты и сексуальности, а затем воплощаются в него. — Не угадал, — улыбнулся блондин, нагнувшись и проводя влажную дорожку языком по щеке, — я инкуб. Мы принимаем тот облик, который ты желаешь видеть. Я вздрогнул, а демон спустился ниже, облизывая бьющуюся жилку на шее. Это скользкое липкое ощущение мне не нравилось. Я хотел было оттолкнуть его, но не смог — все тело будто сковало железными цепями, руки словно весили целую тонну. Попытка закричать и позвать на помощь провалилась с тем же успехом, из горла вырвался лишь тихий хрип. Не получилось произнести ни слова, как бы упорно я не пытался. Я мог только стонать от безысходности. Взгляд застыл на блондине. Почему он здесь? Что ему от меня нужно? Секрет обаяния суккубов и инкубов не в красоте. Они меняют внешность, подстраиваясь под желания жертвы, чтобы выжать максимум сексуальной энергии из человека. Демон усмехался, словно читая мои мысли. Когда он прикусил нежную кожу над грудью, я не сумел сдержать тихого стона боли и страха. Вопреки, по телу разлилась приятная истома. Кисе продолжал кусать тонкие ключицы, не отрывая глаз от моих, будто насмехаясь над беспомощностью жертвы перед ним. Блондин приступил к груди, облизывая один сосок, оставляя горошину мокрой от слюны, и сжал пальцами второй, перекатывая между указательным и большим пальцами. Я непроизвольно выгнулся, телу была позволена такая вольность. Дыхание сбилось, как после длительной тренировки, сердце проламывало грудную клетку то ли от страха, то ли от возбуждения. Голова отказалась принимать то, с какой податливостью отзывалось мое тело. Мой мучитель улыбнулся, скользя языком ниже и запуская его во впадинку пупка. Я ощутил, как задрожали бедра и покрылся мурашками живот, пытаясь справиться с реакцией на обжигающую ласку. Сколько бы я не пытался противостоять этому, все попытки сводились на нет. Как будто стоявшие ограничители вдруг слетели и тело начало благодарно принимать то, чего желало все это время. Я испытывал противоречивые чувства: с одной стороны, так хотелось, чтобы он остановился и ушел прочь, с другой же — мечтал о продолжении. Юноша надо мной почувствовал, что меня бросило в дрожь, и словно это было сигналом, стянул с меня рубашку, скидывая на её пол и следом отправляя свою. Через секунду я лишился штанов, но со своими он решил немного помедлить. Теплые руки обхватили бедра, и блондин притянул меня ближе к себе, оставляя поясницу висеть над кроватью. Я охнул. Закинув одну мою ногу себе на плечо, демон согнул вторую в колено, целуя голень. Нежными поцелуями он спускался к щиколоткам. Глаза закатились и я с задержкой вытолкнул из легких воздух. Его нежность меня поразила. Разве он не похотливый демон? Разве им присуще такое понятие? Он должен был уже давным-давно, не церемонясь, трахнуть меня и отправиться обратно в преисподнюю? Но блондин ласкал меня, заставлял изнывать, постанывая от ласки и осторожных касаний. Инкуб придвинул мою согнутую ногу ближе к груди, открывая доступ к беззащитной стопе. Когда он вылизывал каждый пальчик на моей ноге, я неожиданно осознал, что он дал мне больше контроля над телом, ослабляя угнетающие путы. Теперь я мог свободно сжать пальцами рук простыни, на которых лежал. И сделал это в ту же секунду, когда холодный черный хвост огладил мою ногу, лежащую на плече демона. Оставив звонкий поцелуй на пятке, он закинул вторую ногу себе на плечо и обвел языком острую коленку. Все это, я наблюдал как будто из-под пелены, будто тело находилось под пуховым одеялом, и не было сил выбраться из-под него. Меня одолела приятная нега и блондин взял мои руки в свои, заставляя отпустить простыни. Сухие губы коснулись ладошки, он поочередно вобрал в рот по одной фаланге, не задерживая их в глубине горячего рта больше пары секунд. Я наблюдал за этим захватывающим зрелищем из-под темно-серых ресниц. Все это было так странно. Я невольно приоткрыл рот, чем тот умело воспользовался, нагнувшись и захватывая мои губы в плен, сразу пропуская язык дальше. Я не сопротивлялся не потому что не мог, или смирился, а потому что не было желания. Уже не было. Я безумно жаждал другого. Чтобы он не останавливался. Я и не заметил, как эта неистовая волна поглотила меня с головой. Инкуб оторвался от моих губ, когда почувствовал, что я неумело пытаюсь ответить на его поцелуй. Он поймал мои лодыжки, придавливая обе ноги к моей груди. В этом положении было тяжело дышать, дыхание и без того сбилось от возбуждения. Воздуха катастрофически не хватало, однако это распаляло меня еще сильнее. Из секундного выпадения из реальности меня вывело ощущение горячий язык у входа. Я охнул и закрыл глаза, когда Кисе начал массировал мое анальное отверстие не останавливаясь, из горла рвались хриплые стоны и вздохи. Как потрясающе. Мой насильник впустил свой скользкий язык, лаская меня изнутри. Я застонал от наслаждения и продолжал стонать при каждом его движении во мне, откидывая голову назад. Все попытки пересечь эти постыдные звуки оказались тщетны. Инкуб отпустил мои ноги, аккуратно положил их на кровать и провел сильными руками по бокам и внешним сторонам бедер, замирая. И вместе с ним мое сердце. Какой-то частью подсознания я понимал, что на этом он не остановится и сейчас пойдет дальше. От этих мыслей на меня волнами накатывал ужас. Нарастающая паника заставила тело извиваться на простынях. Я приоткрыл глаза, когда длинные горячие пальцы коснулись моей щеки. Блондин старался успокоить меня, нежно улыбаясь. На секунду я совершенно забыл, что передо мною демон. Он выглядел в точности как друг, которому я доверяю. Это позволило мне довериться и ему. Рета без слов заставил меня перевернуться и встать на четвереньки. Я, с долей радости отметил, что снова могу шевелиться. Он двумя быстрыми движениями стянул с себя брюки. Пальцы раздвинули ягодицы и Кисе вошел в меня до упора, без промедления переходя на плавный размеренный темп. Я чуть не задохнулся от чувств накативших в тот же момент. Вопреки ожиданиям, боль не наступила ни после первого, ни после второго толчка, только немыслимое наслаждение. Экстаз заполнил меня до краев. — Глубже… — тихо выдохнул я. Слова сорвались с губ против моей воли. Блондин грубо схватил меня за предплечье и потянул на себя, вынуждая повиснуть над постелью, опираясь голенями о теплые простыни. А он все так же продолжал вдалбливаться в меня, тихо постанывая мне на ухо и это заводило меня еще сильнее. — Хаа… Ммм… П… Почему?.. Ааа… Мгх… Демоны сладострастия нападают на тех, кто всеми силами молится о том, чтобы их пожрала похоть. Я был готов поспорить, что демон услышал мой вопрос, но проигнорировал. А мне безумно хотел знать ответ. Как противоестественно и как хорошо. Победа или игра в баскетбол не приносила столько блаженства. Оно было почти осязаемо, оно распирало меня. Если бы он меня не держал, я бы упал — у меня тряслись колени и дрожали губы, я был возбужден до предела. — Ты такой красивый, Куроко, — прошептал мне на ухо инкуб, вылизывая ушную раковину. Я застонал еще громче. Этот голос… Черт, мне так хорошо. Демон поцеловал каждую лопатку и притянув меня к себе, провел языком дорожку по позвоночнику до куда дотягивался. Плечи уже ныли, а руки начало сводить легкой судорогой от напряжения. Притянув мое тело еще ближе так, чтобы коснуться моей спины, он облизал шею. Я откинул голову в сторону, предоставляя больше пространства. Он проводил языком по плечу и вернулся снова к шее, нашел мой бешено бившийся пульс, всосал кожу, оставляя красные отметины. Я знал, что обязательно останется яркий синяк наутро, но ничего не мог поделать — мне это нравилось. Я чувствовал, как его грудь трется об мою спину при каждом толчке. Я чувствовал его член внутри, чувствовал, как он движется. Я упивался этими ощущениями. Мне казалось это все безумием, помешательством. Разве может быть так приятно? Демон повалил меня на спину, возвращая в начальное положение и держа ноги под коленями. Движения стали быстрее, заставляя меня стонать еще пошлее. Я прекрасно осознавал, что он знает, чего я хочу. Инкуб знает обо всех ваших желаниях и выполняет их ещё до того, как вы подумаете о них. Я смял пальцами белые простыни чтобы не стонать громче. Мои глаза закатились и веки прикрыли белки. От непрерывных стонов у меня першило в горле, из уголков губ потекла слюна, оттого что находясь на грани сознания я не мог её сглотнуть. Рета наклонился ко мне, целуя. Я выпустил ткань из рук и на ощупь обнял демона за шею, притягивая к себе. Он целовал меня жадно, словно хотел выпить без остатка. Я открыл глаза и осторожно погладил его изогнутые рога, запуская свободную руку в его волосы, и услышал приглушенный, протяжный стон. Блондин замедлил движения, отпуская меня, и переместил мои ноги себе на талию и я сразу же её обвил. Он снова нагнулся ко мне, я притянул его за шею ближе, чувствуя, как крепкий торс касается моей груди. Я замычал от смутного восторга. Меня захлестнуло, я был очень близко. Член подрагивал, руки тряслись, но мне не хотел его ласкать. Я жаждал, чтобы демон заставил меня кончить не прикасаясь к себе. — Какие развратные мысли, Куроко-чи. Видимо он и правда читал их. Я выгнулся дугой от прозвища. Мне было жарко, так горячо, просто невыносимо. Тело словно плавилось, и я закричал от удовольствия, переполняющего меня. Инкуб вошел настолько глубоко в меня, насколько это возможно и я напрягся натянувшейся стрелой. Меня начала бить крупная дрожь и секундой позже внутри меня разлилось горячее семя, заполняя до краев. Я застонал, и не в силах держать контроль над телом, кончил, расслабляясь. Руки, скатившись по его плечам, упали на постель. Демон, быстро восстановил дыхание, аккуратно переложил мои тяжелые ноги на кровать. Что происходило дальше, я просто уже не видел. *** Утро. Я еле открыл глаза, ощущая слабость каждой клеточкой своего тела. Состояние после пробуждения абсолютно разбитое, человек ощущает себя гораздо более усталым, чем после ночи секса с человеком. В глазах потемнело, когда я поднялся с кровати. Осторожно натянув одежду, я на ватных ногах отправился в школу. Мне сейчас ужасно хотелось завалиться и проспать целый день, но не стоило пропускать занятия без веской причины. Отсидев все часы учебы и с огромными усилиями не распластавшись на парте, я собрался идти на тренировку. Но вовремя остановился, осознавая, что сегодня не смогу даже метра пробежать. — Кагами-кун, — окликнул я Тайгу и дождался, пока тот повернется ко мне с выжидающим видом. — Скажи тренеру, что я не смогу сегодня прийти. — Что случилось? — Да я что-то устал. — Я заметил, весь день сегодня сам не свой, — красноволосый вздохнул. — Помощь нужна? — Нет, спасибо, я пойду. До завтра. — До завтра, — Кагами проводил меня взглядом. Собрав сумку, я вышел во двор школы, неторопливо переставляя ноги по хорошо знакомой дороге. И когда услышал, что меня окликнули, замедлился, останавливаясь. Я и так бы узнал этот голос, но после вчерашнего вечера, я точно его не забуду. — Куроко-чи! — Рета? — после всего, не думаю, что смогу называть его по-привычному «Кисе-кун». — Куроко-чи? Что-то случилось? — блондин бросил на мое лицо быстрый взгляд. — Почему ты не на тренировке? — Устал. — Хм, — мой собеседник задумчиво потер подбородок. — Значит ты домой? Тебя провести? — Угу, — я кивнул. Надеюсь, все что произошло сегодня ночью больше никогда не повторится. Меня пугают эти ощущения. Определённо нужно как-то избавиться от демона. Может стоит вызвать экзорциста? Не уверен. Экзорцисту бывает не по себе при извещениях о случаях с демонами похоти, потому что на самом деле вступать в конфронтацию с суккубом или инкубом, чтобы помочь их жертвам избавиться от него, это не стоящее свеч дело. Ведь чаще всего, на самом деле жертву не интересует ее спасение. Я хотел было попрощаться с Кисе, когда мы подошли к моему дому, но он опередил меня, крепко сжав в объятиях. Я поднял на него глаза, спрашивая, мол: «Что происходит?» Тот качнул головой в знак отрицания и произнес: — Ничего, просто ночь хорошая выдалась, — прижимая меня к себе. Я не видел той веселой ухмылки, расцветшей на его губах.