Черные вороны

В последнее время Стайлз ненавидит птиц: они его бесят, потому что он видит их всюду, он слышит, как они хлопают крыльями, садясь на спинку его кровати, и склевывают крошки с полок. Стайлз знает, что это ему кажется, но он ничего не может с собой поделать. Это пугает даже сильнее, чем несколько черных воронов, сидящих на его столе. Скоро наступит утро, отец в очередной раз спросит, что произошло, и запретит сидеть в интернете. Но всемирная паутина больше не имеет значения для парня, теперь у него новое развлечение - тучи черных воронов, которые всюду с ним, и из-за этого он может позволить себе забиться в угол кровати и беззвучно плакать. Да, Стайлзу бы сходить к психологу, но он уже у него был, и, если верить всем тестам, у него нет отклонений. Не считая, конечно же, дефицита внимания, хотя, в сравнении с воронами, это не такая уж большая проблема. Вот именно из-за этого, Стайлз сидит около стены, закутавшись в одеяло, и шепотом рассуждает, откуда могли взяться птицы, и как с ними бороться. Все началось с того, что Лидия впала в кому. После смерти Эллисон, они слишком долго ходили сами не свои, и Мартин просто "посчастливилось" попасть в аварию - она врезалась в дерево. Стайлз не знает, как это произошло, в это время он сидел дома и пытался вникнуть в очередной параграф по химии, а потом ему позвонил отец. Стилински смутно помнит то, как добрался до больницы и увидел бледного Скотта. Они сидели около дверей операционной, и Стайлз держал руки крепко сжатыми в замок, потому что боялся, что его могут выдать трясущиеся кончики пальцев. Они молча сидели под звуки радио, играющего на посту медсестер, и ждали. - Состояние стабильно тяжелое, - заверил их и мать Лидии врач, выходящий из палаты. Парни никогда не видели её в таком состоянии - она плакала, так, словно её саму медленно и мучительно убивали, вырезая по одному органы, а Стайлз просто стоял рядом с ней и держал руку на её плече, постоянно заверяя, что если в прошлый раз Лидс выжила, то и сейчас все будет хорошо. Он заверял миссис Мартин в том, во что сам не верил, и пытался выглядеть еще более оптимистично, чем на протяжении всей своей жизнь, а женщина лишь кивала, и согласилась поспать, спустя восемь часов ожидания. Спустя неделю девушку перевели в обычную палату, и Стайлз дежурил там, подменяя мать Лидии, которая выглядела чуть лучше, чем он сам. На кровати Лидии давно лежит бордовый плед, по всему помещению разбросаны вещи Стайлза, книги, учебники, тетрадки и цветные маркеры, глядя на которые, Мартин всегда поднимала брови. Парень сидит там так часто, как может себе позволить, он читает девушке старые сказки, или же модную прозу, от которой сейчас тащатся все подростки, и плевать, что Ремарк давно умер - молодежи нужен кто-то, кому бы они хотели подражать - писатели очень подходили на эту роль. - "Если не пройти школу горя, счастье не может быть прочным. Три года живет та любовь, что не штурмовала вершины и не побывала на дне, а свалилась с неба готовенькая. Любовь живет долго, только если каждый из любящих знает ей цену. Мы оказались не готовы к счастью, потому что были не приучены к несчастью. Нас ведь растили в поклонении одному богу – благополучию. Надо завершиться самому, чтобы прожить незавершенную историю" - его тихий голос усыпляет, и можно представить, что девушка спит спокойным сном и вот-вот откроет глаза, парень нежно гладит её по руке, переворачивая очередную страницу. Тут тихо и спокойно, лишь лампа слегка потрескивает, и мигает, когда Стайлз поднимает взгляд вверх, но это всего-лишь совпадение, всего-лишь совпадение. Стайлз смотрит на Лидию и все надеется, что она откроет глаза, так он и засыпает, глядя на её бледное лицо, без единого грамма макияжа. А спустя неделю появились вороны, и вот сейчас один из них смотрит на Стайлза своими умными-глазами бусинами. Вороны появились ночью, сейчас они уже не исчезают, но днем их меньше, или, может быть, парень их просто не замечает, отвлеченный своими делами, а ночью они выплывают из темноты, и сидят на его кровати, не пытаясь что-то сделать, помешать ему, но они так реальны, что если бы Стайлз жил один, и не выходил на улицу, он бы поклялся собственной жизнью, что у него дома поселилась дюжина воронов, иссиня-черного цвета. В ту ночь, все было как обычно, Стайлз сидел за столом и искал на ноутбуке хоть что-то, что бы могло ему помочь отвлечься от очередного бедствия, снизошедшего на его голову, а затем он просто посмотрел за экран и увидел воронов, топчущихся по его докладу, и лениво реагирующих на всего его попытки их согнать. А отец, зашедший в комнату, недоуменно смотрел, как Стайлз скачет рядом с открытым окном, и словно выгоняет кого-то учебником. - Стайлз что ты делаешь? - шериф выглядел удивленным. Да, он привык, что его ребенок слегка странный, но для двух часов ночи, это испытание казалось уж слишком ужасным. - А вороны в моей комнате тебя вообще не смущают? - парень на пару минут оторвался от увлекательного дела, и поднял голову на отца. - Какие вороны, Стайлз? Тогда-то младший Стилински и понял, что, кажется, опять попал. Вороны никуда не исчезали, не вылетали в окно, и им было вообще плевать, где находится Стайлз, правда, большая часть из них оставалась дома, и ждала его приезда, доедая печенье парня, а штук пять отправлялись с ним. Они следили так, будто бы боялись побега, в этот момент парень обычно вспоминал "Побег из Шоушенка" и пытался продумать план. Единственное место, где не было воронов - это палата Лидии. Туда они не заходили, оставляя Стайлзу пару свободных часов, в которые он умудрялся и позаниматься саморазрушением, и поесть, и, иногда, в особо удачные дни, даже поспать, но это не отменяло того, как вороны смотрели на него сквозь стеклянную стену и ждали, когда же он выйдет. Сейчас идет третья неделя, от аварии с Лидией, и вторая неделя от появления воронов, и Стайлз ходит в школу лишь для того, чтобы посмотреть в порядке ли он и убедить Маккола, что и сам Стайлз в порядке, и нет, ему не нужна помощь, и он не будет проводить меньше времени в палате Мартин, сталкиваясь с её матерью в те моменты, когда он заменял её на дежурствах. - Все началось с Лидии... - Стилински шепотом проговаривает это в темноту комнаты, и вороны резко поворачивают к нему свои голову, будто бы услышав знакомое слово. - Скотт, ты сходишь со мной к Питеру? - Скотт смотрит на него недоуменно и чуть приоткрывает рот. - На какой черт? По моему, мы уже достаточно наслушались от него. - Я расскажу тебе... - и Стайлз начинает рассказывать и о Лидии, и о воронах, которых никто не видит, а один из них сейчас сидит на плече Скотта. Стайлз рассказывает обо всем, что происходило за две эти недели, и о том. как он напуган и измотан, а брови Маккола ползут все выше, почти сливаясь с корнями волос. - То есть, ты хочешь сказать, что после того, как Мартин попала в аварию, ты всюду видишь птиц... - Воронов, если быть точнее, - поправляет его Стилински и кивает, - А так да, все так. - И ты кажется знаешь как вытащить оттуда Лидс. - Да, я кажется знаю, - парень кивает и закусывает губу. - Питер, нам нужна твоя помощь, - Стайлз громко орет на весь лофт, и Питер окидывает его взглядом, который бы сумел испугать любого взрослого человека если ты, конечно же, не лучший друг Скотта. - Чем могу служить, молодые и невежливые люди? - мужчина смотрит на друзей и приглашающе машет на два кресла, что стоят напротив дивана. - Айзек, приготовь чая почетным гостям! - Мышьяк добавлять или мы сегодня добрые? - лениво отзывается Лейхи, даже не потрудившийся встать с пола или хотя бы перестать читать книгу. - Он закончился, - с грустью отзывается Хейл, усаживаясь на диване и отложив лэптоп. - Чай тоже, так то, если они хотят, я могу им кипятка с сахаром налить, с бесплатным сахаром, - предлагает Айзек, отрываясь от книги, и пересаживаясь на диван к Питеру. - Прекращайте флиртовать! Питер, ты можешь провести ритуал Черной Луны? - Стайлза слегка колотит и мысли расползаются в разные стороны - сегодня закончился аддерал, и это явно не идет парню на пользу. - Я не буду отправлять ни одного из вас в Царство мертвых, если вы, конечно же, не имеете для этого достаточно оснований, - Питер качает головой и удивленно смотрит на Стилински. - Стайлз знает, что с Лидией, - Скотт смотрит на кивающего парня и на Питера, который слегка ухмыляется, и, устраиваясь на диване удобнее, говорит, что он должен ему рассказать. - Ты точно уверен, что сумеешь? - Питер выглядит слегка удивленным, но упорно расставляет свечи по полу, и шипит на Айзека, постоянно лезущего ему под руку. - Да, то есть, я думаю, что сумею, да и выбора другого нет, - Стилински пожимает плечами, а Дитон рядом с ним упорно выводит на спине парня такое количество рун, что если бы кто-то увидел парня, то решил бы, что тот тронулся умом. - Я вообще не думаю, что проводить его целесообразно, - Дитон всегда спокоен, и не выглядит ни капли напуганным, лишь обескураженным, пожалуй, но это все. - Ты помнишь, что тебе надо там сделать? - Стайлз в очередной раз кивает. и сцепляет зубы, глядя в окно, на садящееся солнце. - Мне правую руку, Питеру левую, - отчетливо проговаривает Дитон, усаживая Стайлза в центр фигуры, внутри круга, и она уж слишком сильно смахивает на пентаграмму, - И да, Стайлз, приготовься. Будет больно, - голос Дитона начинает раздваиваться, как только он заводит песню, и медлительно режет ладонь Стайлза с одной стороны, а Питер с другой. - intendit arcum suum donec in gehennam... - слышит Стайлз, и свечи, что окружают их, гаснут, как от резкого порыва ветра. - Стайлз, Стайлз! - кричит Скотт, стоя по другую сторону от границы. - У нас получилось, - Питер бледнеет на глазах. Стайлз стоит в своем доме, но тут слишком пусто и тихо, на небе нет солнца, но и воронов тоже больше нет, и это заставляет задуматься, парень бродит по своей комнате, в этом мутноватом не ярком свете, и еще хоть что-то, что бы могло ему помочь. Слишком тихо - это он понимает буквально на второй секунде, и, подходя к окну, замечает, что на улице никого нет, и это вгоняет его в ступор, он выходит из дома, спускаясь по скрипучей лестнице. Город опустел - все машины на месте, дома тоже, но людей нет, и Стайлз входит в каждый дом, стучит в закрытые двери и чувствует, как у него дрожат пальцы. - Лидия, где же ты, Лидия... - от другого мира, если быть честным, он ожидал чего-то наилучшего, ну или хотя бы лысых чертей, но нет - все тихо, спокойно и абсолютно безлюдно. Парень шагает по тротуару, и вот дом Лидс, там тоже пусто, но заметно, что девушка здесь была не так давно: баночки с кометикой открыты, и стоит недопитый стакан молока, и парень осушает его одним глотком, вдруг, четко услышав движение за своей спиной. Ворон, правда белый, и он уходит, и парень, вспоминая Алису в Стране Чудес, отчаянно бежит за ним, пытаясь успеть. Это граница леса, и тут ворон исчезает - хлопки его крыльев больше не слышны, а когти не стучат об асфальт. В лесу темно, пахнет сыростью и костром, Стайлз продирается сквозь ветки, внимательно всматриваясь в силуэты, и надеясь узнать хотя бы в одном из них Лидию, но нет - это не она, а костром пахнет все сильнее и сильнее. - Лидия, почему вороны? - девушка сидит и смотрит на то как огонь пожирает огромный ствол дерева, её рыжие волосы отблескивают в этом странном свете. - Это единственные птицы, которые выбираются из царства мертвых, - девушка оглядывается и он видит, что она улыбается, по настоящему, а не той натянутой улыбкой, к которой так привыкли все остальные, - я знала, что ты поймешь. Стайлз стоит и смотрит на неё, улыбаясь и думая о том, что скоро Дитон и Питер вытащат их отсюда. Проходит неделя или, может быть месяц, а может и три дня - Стайлз не знает, светило здесь не опускает за горизонт, а любые часы прекращают работать - он привык к этому и не может смириться, он лишь ждет, когда их вернут назад. Спустя ещё десять-пятнадцать дней, Стайлз понимает, что их никогда не вернут. - Лидс, мы застряли тут, - его голос звучит слишком обреченно, даже, когда он понял, что по его вине погибло сколько людей, он не был так опечален. - Я знаю, - девушка кивает и ставит чайник. - Лидия! Мы останемся здесь! Навсегда! Представляешь, как долго тянется вечность! Ты себе, блять, представляешь?!- Стайлз кричит и разбивает тарелку. - Успокойся! Немедленно! - Лидия тоже кричит, и тоже паникует, просто из-за осознания того, что он прав - они зависли здесь, и их уже не спасут. - Лидс! Я не хочу! Я думал, что смогу построить крутую карьеру! Подарю отцу новую машину, буду свидетелем на свадьбе Скотта! - парень кричит громче и громче - здесь абсолютно некого стесняться, он просто стоит и кричит в том месте, которое когда-то считал своим домом, а теперь, точнее здесь, оно пустое и холодное, в переносном смысле, конечно же. - Дыши, Стайлз, дыши.. - но он не может, в горле будто бы огромный ком и он не в состоянии что-то сделать, лишь стоять и хлопать ртом, как выброшенная на берег рыба. Лидия целует его. И в этот момент, он вновь начинает дышать, и чувствует запах лимона, идущий от её волос. - Да, спасибо. Не думал, что это сработает во второй раз, - он передергивает плечами, и видит, как Лидия кивает, опуская взгляд - Ты прав, - после затянувшегося молчания говорит она. - Поехали отсюда? - он сам не понимает, что говорит.Он болтает, лишь бы не было этой гнетущей тишины. - Куда? - Куда ты захочешь, и да, мы обязательно выберемся отсюда, ну, или хотя бы попытаемся- шепчет Стайлз обнимая девушку за плечи. Из призрачного городка Биккон-Хиллс отъезжает машина, первая машина, которую они увидели, как только вышли на улицу. - Мы выберемся, - отчетливо говорит Стайлз, держа Лидию за руку и чувствуя, как сидящая на соседнем сидении девушка улыбается. Стайлз теперь в одной палате с Лидией, и в его ногах лежит бордовый плед. Тем временем Скотт начинает видеть черных воронов...