Как назвать эту любовь?

Чем ближе становилась полночь, тем сложнее было Дереку сдерживать своего внутреннего волка. В конце концов, когда терпение мужчины иссякло, он запер своих волчат в подвале и помчался по уже изученной дороге к дому местного шерифа. Хейл знал, что с его волком что-то не так, но привыкший справляться со своими проблемами самостоятельно, он никому ничего не стал рассказывать. Это, наверное, с детства вошло у него в привычку — делать всё самому, никому не показывать свои слабости и никому не доверять. Доверие умерло в Дереке в тот самый день, когда он потерял семью и свою любимую. Он всё ещё помнит ту боль и тоску своего волка, что скопились внутри, разрывая сердце на части. Помнит всё до мельчайших подробностей, будто это было вчера. И даже сейчас, имея свою стаю, он не может назвать её своей семьёй. Несколько подростков и ненормальный дядя — это ещё не семья, ведь в ней нет самых важных частиц, которых так жаждал альфа. Вот уже в который раз Дерек возвращался к этому дому в облике волка, рыча во дворе от невозможности попасть внутрь. Переступая своими лапами по сухой земле, он чувствовал, как из него высасывает энергию голубой порошок, рассыпанный не только вокруг дома Стилински, но и в каждой комнате. Это злило Хейла, волк рычал от бессилия и бил мощным хвостом о задние лапы, не имея понятия, как пробраться внутрь. В какой-то момент взгляд красных глаз упал на окно второго этажа, где сквозь занавеску на волка смотрели два янтарных глаза, в которых каждую секунду сменяли друг друга страх и спокойствие. Спокойствие от того, что волк не может зайти внутрь; страх от того, что отца могут вызвать ночью на работу и парень ничем не сможет ему помочь при нападении волка. Стайлз не сомневался, что этим волком был Дерек, и прекрасно понимал, что Хейл-младший сейчас просто невменяем. Парень был рад, что попросил у Арджента такую полезную вещь, как аконит. Даже Альфа не мог с этим справиться. Но заглушить грозный рык, раздававшийся под окнами и не позволявший уснуть, аконит не мог, и Стайлз был вынужден всю ночь просидеть у окна, как заворожённый глядя на зверя, никак не желавшего отпускать свою добычу. До звонка будильника оставалось всего три часа, а бедный парень всё не мог закрыть глаза, продолжая следить за волком, в свою очередь не отрывавшем внимательного взгляда от парня, усевшись на землю перед самым забором. Это, наверное, был первый и единственный раз, когда Стайлз не стал пить кофе и адеррол, чтобы не спать. Всё тело ныло от напряжения, готовое в любую минуту убежать, спрятаться как можно дальше, чтобы не видеть этих полыхающих красным глаз. Лишь под утро волк, фыркая и поглядывая на окно второго этажа, отправился восвояси, оставив на гладком асфальте следы когтей. Это означало, что он ещё вернётся и тогда Стилински не поздоровится. Но Стайлз был так рад утру и тому, что это страшное полнолуние наконец закончилось и он может вздохнуть спокойно, что не обратил на действия волка ни малейшего внимания. *** Первый день в школе, как обычно, начался с чудо-линейки, во время которой Стайлз едва не уснул. Лишь грубый толчок в спину вернул его к действительности. — Эй, Билинский, я не понял, тебе что, скучно? Может тебе помочь? Может тридцать кругов освежат тебя? — Простите, поздно лёг (точнее вообще не ложился), больше такого не повторится. — Я даже не буду спрашивать, чем ты занимался, — махнул рукой мистер Харрис, вновь возвращаясь на своё место. Скотт же ткнул парня в бок, вопросительно глядя в его, находящееся в не самом лучшем состоянии, лицо. — Всё очешуенно, чувак. Просто переиграл. — Тихо ответил Стилински, точно зная, что его услышат. Вот только эта ложь МакКолу совершено не понравилась, потому он, пообещав себе потом всё разузнать, повернулся к Эллисон и, влюблено глядя на девушку, сжал её руку. После линейки к этому трио, то есть к Стайлзу, Скотту и Эллисон, подошли Джексон и Лидия. — Хреново выглядишь, Стилински. Вижу, пользы от поездки никакой. — Парень тут же рассмеялся собственной шутке, приобняв рыжеволосую девушку. Стайлз на эту колкость, сжав зубы и стараясь улыбаться, проговорил: — Вижу, от того, что ты стал ящером, ума в тебе не только не прибавилось, но и стало гораздо меньше, соболезную. Даже представить себе не могу, каких трудов тебе стоит выдать связное предложение. — Я тебя убью! — О мой Бог, я это слышу каждый день, не удивил, — усмехнулся Стилински, не обращая внимания на то, что его любовь с третьего класса принялась успокаивать этого урода. Это, конечно, неприятно, но Стайлз уже привык. Махнув рукой, Стилински вышел из кабинета, направляясь на поиски отошедшего куда-то МакКола. Вот так потихоньку жизнь стала налаживаться. Дерек Хейл после той ночи больше не объявлялся, чему Стайлз был несказанно рад, ведь этот мужчина неимоверно бесил его. Время шло, а Дерек относился к парню всё с той же неприязнью, на все вопросы младшего Стилински отвечая лишь посылом «далеко и надолго». Стайлз, конечно, от этого не страдал и даже радовался, что волчара его не трогает, но невозможность понять, чем он так неугодил недоальфе, парня раздражала. Каждый раз он ловил на себе полный презрения взгляд и отвечал грызнёй его обладателю. Вот в таком ключе незаметно пролетели почти полтора месяца. Всё было по-прежнему сносно, пока в один из дней в школе не объявился Айзек, давший указания всем после школы прибыть к лофту Хейла. Судя по всему дело обещало быть серьезным. И почему-то в этот раз никто не взял с собой Стилински, которому нагло заявили, что это не его дело. Обиженно засопев, парень после уроков ушёл к своей «малышке», завёл мотор и, даже не попрощавшись с другом, отправился домой. — Чего это с ним? — Удивилась Лидия, на что Айзек, ухмыльнувшись, ответил: — А что, не понятно? Стилински лишили хлеба и зрелищ. Ничего, побесится и перебесится. — Ну, ладно, поехали. Через полчаса все собрались в лофте и в ожидании Дерека расселись на диванчиках, потерявших свой первоначальный вид, изрядно потрепанных, но всё ещё остающихся лучше, чем ничего. — Итак, в чём собственно дело? — Спросил МакКол, как вдруг из тени вышел Дитон и, улыбнувшись на удивлённые взгляды ребят, сказал: — Думаю, вторую часть проблемы я вам поведаю. А пока… — А пока все слушаем меня. В городе появились другие. — Чуть сжав кулаки, прошипел Дерек. — И мы не знаем, что это. Но, определённо, это не оборотни. Тут что-то другое. — Неужели ещё одна канима? — Удивился Скотт, на что Айзек и Бойд закатили глаза аля «вроде обращённый раньше всех, а ничего не чувствует». — Нам и предстоит выяснить, что это. Пока снова не настало полнолуние. — Воодушевлённо заключил Питер и, обведя взглядом всех присутствующих, сообщил: — Я думаю, нам стоит разделиться. И найти то, что тревожит наш город, пока не пролилась первая кровь. — А может оно безобидно? — Скотт, ради Бога, заткнись. — Дерек не мог понять, как этот тугодум вообще стал оборотнем, уж лучше Стилински, чем этот. «Стоп! Что?! Я сказал „лучше Стилински“?! Боже, кажется, мне просто необходим отдых!» — фыркнув, Дерек отвернулся к окну и прислушался к ветру. Дитон тем временем, чуть кашлянув, перевёл всё внимание на себя: — И ещё одна немаловажная проблема, которая у нас возникла. Через три недели в переходе пятой луны будет лунное затмение, которое продлится неделю. Вот только оно отличается от всех остальных. В этом есть как плюсы, так и минусы. — Алан сделал небольшую паузу, вздохнув и поглядев Дереку в глаза, и продолжил: — Так вот, плюс в том, что вы не будете терять свои головы от луны. — Ну, а в чём тогда проблема? Почему нас отвлекают? — Возмутился Джексон, но, получив недобрый взгляд обоих Хейлов, хмыкнул и заткнулся. — Спасибо, — кивнув Хейлам, проговорил Алан. — А минус в том, что ваша пара, точнее, отсутствие её в этот период, очень плохо скажется на ваших волках. Из-за отсутствия вашего контролера, вы можете просто сойти с ума в течении этой недели или же просто… — Стойте, но как тогда Айзек и Эрика? А Бойд? Чёрт! Даже Питер без неё. — Скотт, ты забыл ещё и… — Меня, — закончил за него Дерек, спрыгивая со ступенек и продолжая: — И тут простой контроль не подойдёт, если ты об этом подумал, Лейхе. Из всех нас только Скотт со своей парой и Джексон. Хотя, думаю, волк Эрики выбрал Бойда себе в качестве пары, но что касается нас… Несмотря на возмущенный взгляд Эрики и смущенный Бойда, Дерек так и продолжал молча разглядывать всех присутствующих. — И что нам теперь делать? — Единственный вопрос, который возник у Лейхе и Питера. Если бы только сам Дерек, отчаянно желавший помочь своей стае, и его подвывающий волк знали ответ… Неожиданно тишину прервал телефонный звонок, раздавшийся из кармана Скотта. — Стайлз. — Не поворачивая головы, проговорил Лейхе. МакКол, лишь чуть нахмурившись, поднял трубку: — Друг, мы тут немного заняты. *** — С-скотти… Ты… Должен это увидеть. Скотти, почему ты молчишь? Стилински непонимающе посмотрел на телефон, понимая, что там тишина, будто он разговаривает с самим собой. Комната постепенно заполнялась кровью, которая уже достигла его кровати. — О, мой Бог! Что это?! Чёрт! Скотт, ответь, мать твою! Ещё немного и Стайз закричал бы от ужаса. Но не успел он и рта открыть, как кровь хлынула ему в горло, заполняя собой лёгкие. — ААА! Нет! Нет!.. Не надо! Помогите! Аааа!.. — Стайлз, очнись! Стайлз! — Перепуганный шериф схватил сына в охапку, пытаясь удержать вырывающегося мальчишку, пока тот не успокоится. — Тихо, малыш, я рядом, это сон, просто сон. Под эти тихие, успокаивающие слова Стайлз снова стал проваливаться в сон, уже не слыша ничего и не захлёбываясь собственной кровью. На улице была глубокая ночь, и в её кромешной темноте можно было разглядеть лишь красные глаза и услышать тихий гортанный рык. А через мгновение со двора дома Стилински исчез тёмный силуэт.