Эсмиральда

Дорога к нашим приведениям была длинной и очень утомительной, к тому же постоянно петляла из стороны в сторону, из-за чего я никак не могла найти себе подходящее место. То сяду, понимаете ли, пристрою под ухо подушку и немного задремлю, как солнце будит. Пересяду на другую сторону, в тень, так ещё поворот, и снова моё лучистый недруг стучится в окошко. Промучившись таким образом добрых два часа, я встала в красивую позу, и своей королевской властью прокляла солнце, что мешает спать и заодно мамин лимузин, в котором сломался кондиционер, отчего все сидящие в нём покрывались потом. И, разумеется, это подействовало, так как лучистая дрянь тут же убралась за тучку. Ибо желание принцессы закон и неоспоримая истина. Правда кондиционер всё равно не внял моим словам и так и не вышел из ступора. Но это, наверное, потому что это машина мамина. В связи с такой обидной неудачей, я вытащила свой блокнот вопросов, который раз в месяц показывала родителям, и приписала ещё один важный вопрос. Который звучал так: «Почему у принцессы ещё нет своей машины?» И невольно пробежалась по прошедшим заметкам. «Почему у принцессы такая жёсткая кровать с розовым балдахином, когда принцесса хочет сиреневый?», «Почему почти все служанки у принцессы вредные старушки, когда она хочет, чтобы они были милыми молоденькими девственницами?» Прочитав ещё раз это бесценное умозаключение, я подняла глаза к качающей головой собачке и задумалась. Во-первых, нафига мне плохо обученные малолетки в прислуге? Во-вторых, нафига мне их девственность. Я что им сама лично под юбки заглядывать? Или к врачу отправлять при трудоустройстве и собирать справки о непорочности? Нет, уж лучше завести одну служанку для отдыха, опытную такую, чтобы научила, как нужно правильно кувыркаться в постели… Поняв, о чём только что подумала, я встряхнула головой, выгоняя порочную мысль из своей непорочной головы. Ибо будущая королева не должна задумываться о такой ерунде, как постельные утехи, так как это отвлекает от обретения власти. Не даром же столько людей пострадали из-за любви и страсти. Поэтому я − будущая великая Королева Эсмиральда − ни за что не должна пойти их путём! Поэтому зачеркнула в этой бесценной мысли слово «девственницы», заменив его на − «монашки». Хотя, что от этого поменялось-то? И вообще вычеркнув эту ерунду из блокнота, вновь углубилась в чтение. Так: «Почему у принцессы до сих пор нет девушки?» А это явно написано не мною, почерк мамин. А ведь в этом месяце я ещё не вкладывала свой чудо-блокнот в её загребущие руки. Ну, нигде нет личного пространства, обязательно влезут! Поэтому снова взявшись за ручку, я написала новую умную мысль: «Почему почти все служанки у принцессы вредные старушки, когда она хочет, чтобы они были накаченными мужчинами-мулатами?» Пусть мама понервничает! Вздохнув и засунув нужную в обиходе вещь обратно в недра кармана, я вдохнула и, сочтя свой долг на сегодня выполненным, благородно заснула. * * * − Принцесса, просыпайтесь, мы приехали!! – дикий крик бешенной Лотары разбудил меня. И не только меня одну, так как со всех сторон тут же раздались стоны, крики, приглушённые ругательства и тихий голос ещё не совсем проснувшегося парня: − Отстань знойная красавица, мы покувыркаемся с тобой чуть позже. И после громкая затрещина и тихое: «Ай». А после, до меня неожиданно дошёл смысл сказанного и я, тут же открыв глаза, выглянула в окно. Наша машина стояла посреди огромного сада, в темноте тихой ночи, прерываемой лишь пением цикад и нашими голосами, а напротив, точно в сказке, наблюдался замок. Красивый, величественный, высоченные стены которого были покрыты вечнозелёным плющом, он точно вышел из местного фольклора или старинных фильмов ужасов. Но самым интересным было то, что на его крыльце стояла девушка невероятной красоты, чёрные волосы которой спускались по обнажённым плечам и тонули в приличном вырезе алого платья. − Вот это мы удачно зашли! – радостно выкрикнул Говард, испортив всю романтику момента. - Какая тёлка!