Несовершенный

А утром того же дня кому-то было совсем не до сна. – Где он?! Куда его забрали? Кто здесь был, чёрт подери?! Да чтоб... – ругался на чём свет стоит доктор Байльшмидт, едва не бегавший по потолку от волнения, пытаясь найти хоть какие-то следы побывавших здесь незваных гостей. – Накрыли звуконепроницаемой тканью мою пташечку! Гады, подготовились же! – Гилберт скинул “проклятую тряпку”, и птица, увидев его, возмущённо заверещала. – Да-да, забыл про тебя, прости! – хозяин открыл клетку, и птаха, с укором посмотрев на него, выпорхнула. Он не любил запирать Гилбёрда в клетке, но иногда приходилось это делать – уж больно любопытной была птица, и учёный боялся выпускать её, когда смешивал реактивы. А вчера он просто забыл про неё... и даже не покормил! Гил взял корм из тумбочки и насыпал его в кормушку, виновато взглянув на друга. Гилбёрд с удовольствием заклевал. Мужчина отметил про себя, что надо купить семечек, и снова погрузился в беспокойные размышления. “Где мне теперь его искать! Не дай Бог он включится, его же выключить-то нельзя! Кто выдал, где моя лаборатория? Это знаю только я, Гилбёрд и мои коллеги: Торис, Антонио и Артур. Тьфу, и кто меня за язык тянул? Но я говорил лишь, что у меня есть своя лаборатория, но не упоминал, что она в моём доме... Хотя догадаться несложно... Может, это Антонио? У него порой отвратительное чувство юмора, с него станется поменять местами наклейки с пищевой содой и едким натром... и всё-таки это уже слишком, хотя чёрт его знает! Торис... он особого интереса никогда не проявлял. А может, притворялся? Хотя нет... он добрый малый, уважает чужие тайны. А Артур... Артур... однажды он у меня спрашивал, “где же, всё-таки” моя лаборатория, чем я там занимаюсь и почему никого не приглашаю вместе поработать... Я ему ещё наврал, что изучаю любопытства ради растения и храню здесь для опытов с ними всякие редкие вещества, вроде жирных кислот с тремя связями, пришлось потом жадину изображать. Хм... тогда, может, он у меня что-то хотел украсть? Но зачем ему тогда РССМВОМ-402? Или, может, кто-то захотел меня пошантажировать? О Боже... Видимо, пришло время рассказывать об искусственном сознании. Я так долго скрывал этот проект... Пойду к Антонио. Может быть, это всё-таки дурацкий розыгрыш? ” – со слабой надеждой Гилберт пошёл звонить своему другу и коллеге в одном лице.