Из врага в любовника.

       Я чувствую его вкус на своих губах. Я чувствую его, но не могу дотронуться до него, не могу посмотреть в его бездонные глаза. В которых так давно живет любовь ко мне.        Я ощущаю его дыхание на своих губах, отстраняюсь от него, сжимаю губы в трубочку и выдыхаю в его открытый рот. - Прошу, сними с меня наручники, - тихо, еле слышно, с придыханием говорю я. Он вновь проводит широкой ладонью по моей бледной щеке. Сердце трепещет в груди. Я жду его решения, и с искушением кусаю щеку изнутри, что выглядит немного комично.       Марк наклоняется к моему уху, отчего я вздрагиваю и покрываюсь мурашками. Парень кусает мочку и сжимает ее зубами, до того момента пока на ней не выступят капли крови. Я недовольно зашипела и заерзала на месте. Он принялся зализывать ранку, чем доставил мне необычайное удовольствие. Сделал то, что у него получается лучше всего. - Прошу, я хочу прикоснуться к тебе, - стону я, и жалостно сжимаю губы в полоску, подгоняя их под тон лица. Его длинные пальцы скользнули по моим рукам и остановились у запястья, потирая их. Он прильнул губами к моей шее засасывая кожу, и оставляя свои отметины на моем теле. Его ладони коснулись моих. Он нежно сжал мои ладони и вновь опустился к моему уху, облизнул ушную раковину, и прошептал: - Ты коснулась меня.        Я слышала его не очень четко, словно в моих ушах были беруши – уши заложило. От обиды и разочарования из моих глаз полились слезы, которые впитывала повязка на моих глазах, что шло мне на руку, ведь Марк не видит меня слабой. Мои тихие всхлипы он путал со вздохами. - Василиса, ты сейчас бессильна, - я чувствую его острую улыбку на себе. Парень скользнул рукой по моей спине, которая в тот же миг изогнулась. Он просунул руку под футболку и начал медленно гладить спину, иногда задевая затекшие плечи.       Возбуждение медленно нарастало и достигало предела, сладостное чувство внизу живота затянуло, а я уже была достаточно мокрой, чтобы Марк смог заняться со мной сексом. Неожиданно, его рука под моей футболкой скользнула по моему животу и опустилась ниже, оттягивая резинку юбки. Он проник в мои трусы. Он медленно гладил мою киску и редко награждал меня поцелуями. С губ моих неоднократно срывались стоны, которые возбуждали и моего ублажателя. Я замечала это по его выдохам и по его эрекции, которая нарастала и упиралась в мое бедро. - А ты у нас и не такая уж и хорошая, - с подколкой произнес парень. Он начал вновь целовать мою шею. Мои стоны резали воздух, когда он начал целовать и облизывать чувствительные места.        Я сжала глаза с надеждой, что когда открою, то увижу его, но перед моими глазами все та же темнота. Кажется, я поняла, почему он сделал это. Я более чувствительна с закрытыми глазами. Я не знаю, куда сейчас залезут его руки, когда он поцелует мои губы, когда сожмет мое запястье и укусит мочку уха.        Марк заставляет меня расслабиться. Я чувствую себя сокровищем в его руках, и, кажется, я уже начала забывать о том, что я жертва. Но ведь это я его довела до этого состояния. Я не обращала на него внимания, когда он поедал меня взглядом, и только сейчас я чувствую это всем телом. Я получаю удовольствие. Я влюбилась в своего врага.        Что это? Мое сердце екает? Я не должна так поступать, ведь я дала клятву верности другому. Но люблю ли я другого? - Марк, прошу, пожалуйста, сними наручники, - простонала я, и дернула руками со всей силы, чтобы на запястьях остался болезненный красный цвет. Я пытаюсь его убедить сжимая руки в кулаки и вновь расслабляя их. – Прошу тебя.        Я слышу, как он роется в карманах, чувствую тепло его тела, когда он снимает с меня наручники. Я, не веря происходящему, опускаю руки на пол и чувствую ужасную боль и дискомфорт в плечах.        Я до сих пор с повязкой на глазах, не осмелюсь ее снять, смотрю вдаль и медленно вдыхаю кислород. Его рука ложится на мою щеку, и он нежно целует мои губы, не просовывая в рот языка. Голова идет кругом. Хоть я и в маске, но я все равно закрываю глаза, когда целую его. Я неуверенно тяну руку. Его ладонь накрывают мою, и он медленно подносит ее к своему лицу. Я еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на него, глажу его щеку и слегка улыбаюсь. - У тебя прекрасная улыбка, - пролепетал парень. Куда делась его дерзость и грубость? От этого я улыбаюсь во весь рот и чувствую, как передо мной он улыбается точно так же, искренне.        Я оттягиваю руку и медленно, задерживая дыхание, снимаю ее. Вот я вижу его, он перед моими глазами. Я пялюсь только в одну точку, на его тонкие губы. Они так сильно выделяются на его молочной коже. Не устояв, я поддаюсь вперед и впиваюсь в его губы. Теперь я знаю кого целую. Немного отстраняюсь от него и трусь своим носом об его, и улыбаюсь. Что со мной происходит?        Он не покидает моих мыслей и не он один. Как же тот, кому я поклялась быть всегда рядом, поддерживать во всех бедах и родить ему трех детей? кажется, теперь эта клятва переносится на Марка.        Я не могу так, внутри все разрывается. Кого любит мое сердце? Почему все настолько непонятно? Почему нельзя просто переспать с этим блондином, который всего парочкой фраз покорил меня? - Я не могу, - упираясь лбом в его щеку выпаливаю я. По щекам льются слезы. Они собираются в глазах и катятся вниз, по щекам и мочат его руки. Я закрываю глаза, руками обхватываю его шею, кусаю нижнюю губу и начинаю рыдать, как маленький ребенок. - Марк, - сквозь свои рыдания говорю я парню. Я слышу, как он обнадежено вздыхает. – Марк!        Я плачу. Да, я плачу, ведь мой внутренний мир разрывается на части. Он превратился из врага в любовника, несомненно, но только я одна не против такого любовника.        Что скажут остальные? Меня все бросят, а останется ли он? - Прошу, пройди со мной этот путь, - тихо заикаясь говорю я. Он обнимает меня за плечи и придвигает к себе, согревая меня, как одеяло, мягкое и теплое. – Я рожу тебе трех ребятишек.        Он тихо рассмеялся и поцеловал меня в макушку. - Куда ты от меня денешься?