Как капитан Джек Воробей с острова удирал

      Яркое полуденное солнце нещадно палило по белоснежному песку на небольшом островке, затерянном где-то в Карибском море. На дикий пляж падали причудливые тени от пальм, а над лазурной далью плясало жаркое марево. В глубине острова, в ветвях разлапистых пальм лениво перекрикивались тропические попугаи. Казалось, что на этом необитаемом острове сегодня все так же, как было вчера, и позавчера, и намного раньше. Но…       По западной оконечности острова, босиком, размашистой походкой шагал человек, постоянно оборачиваясь и выкрикивая всевозможные проклятия вслед скрывающемуся на горизонте судну. Монолог этого человека варьировался от отборной портовой ругани до пожеланий навеки остаться без рома.       — Будь ты проклят, Гектор Барбосса! — наконец закончил мужчина и упал на теплый песок, откидываясь на спину.       К слову, гость этого забытого Богом места был весьма недурен собой. Загорело-шоколадная кожа с искусно выведенными кое-где разводами «рабочей» грязи скрывалась под отнюдь не бедняцкой одеждой: серо-желто-белая рубаха с закатанными до локтя рукавами, темно-серебристый жилет со всеми пуговицами, черные бриджи до колена. Грудь его пересекала перевязь из темной качественной кожи с двумя золотистыми бляхами, за пояс же была заткнута сабля с испанской гравировкой. На голове у него красовалась, бывшая некогда ярко-красной, бандана, собирая и по возможности удерживая длинные, ниже плеч, темные волосы, кое-где искусно спутанные, а где-то прядями заплетенные в косички и украшенные бусинами. Причёску довершали дреды и подвеска на бандане с болтавшейся монетой. Его глаза были щедро обведены сурьмой, черной-черной, — древний способ защиты от солнца и злых духов, густые, слегка подкрученные усы изредка подергивались, а бороду венчали две маленькие косички с бусинами. На правой руке мужчины, чуть выше запястья, красовалась татуировка — птица, а именно, воробей, летящий на фоне восходящего солнца и бушующих волн, и надпись «Jack». Черная тряпица скрывала ещё одну примечательную деталь, дававшую, надо сказать, определенную характеристику незнакомцу — метка ост-индской торговой компании — пиратское клеймо.       Лежал пират недолго и, резко сев, прервал свой отдых. Он взял в руки пистолет, брошенный рядом, и медленным взором оглядев его, проведя пальцем по спусковому крючку и стволу, медленно произнес:       — Что ж, посмотрим…       Надо сказать, что мужчина был не просто абы каким пиратом — это был знаменитый капитан Джек Воробей, особо известный в морских кругах. Черт знает, где его могло носить, но удача ему никогда не изменяла. Если судно — то золотое, если порт — то богатый. В чем заключалось везение именно этого острова, капитан ещё не решил. Запихнув пистолет за пояс, Джек Воробей встал и, приложив ладонь ко лбу, осмотрел свои новые владения. Островок был сравнительно небольшим, но — за исключением нескольких попугаев, орущих где-то в листве пальм, и большой черепахи, загоравшей на мелководье, — абсолютно необитаемым.       — Не густо, — произнес пират, почесав затылок. Будь на его месте кто-нибудь другой, любой моряк, он добыл бы дров, разжег огромный костёр, надеясь, что хоть одно проходящее судно заметит дым. Но это же был капитан Джек Воробей! На пике своей известности ему, пожалуй, было проще сразу застрелиться, чем ждать, пока кто-нибудь другой заботливо соорудит ему виселицу. Забравшись под тень пальм, капитан начал прохаживаться взад и вперед, подбирая идеи для своего спасения. Иногда он резко вскидывал голову, дергал усом, вскидывал руку в непонятном жесте, но потом гримаса радости медленно сползала с его лица. И так, наматывая очередной круг между пальмами, удалого капитана занесло куда-то в сторону, и внезапно земля под ногами слегка прогнулась и тихо заскрипела. Джек остановился, опустил голову, рассматривая песок, затем прыгнул раз, другой, третий, от души потопал ногами, пока не удостоверился, что внизу что-то есть. — Интересно, — произнес кэп, поглаживая усы. — Не посмотреть ли мне, что там? — Любопытный попугай, подлетевший поближе, истерично вскрикнул. — Без тебя знаю! — рявкнул на него Джек и стал шарить руками по песку, пока не наткнулся на что-то похожее на ручку. — Надеюсь, здесь припрятан корабль, ну или хотя бы лодочка, — произнес пират и рванул крышку вверх. Петли заскрипели, и огромная крышка люка нехотя поднялась. Не без усилий, пыхтя как паровоз, Джек откинул крышку и, качнувшись, уставился в темноту. — И что там? — обратился он то ли к себе, то ли к попугаю. Птица возмущенно хлопнула крыльями и покосилась одним глазом в погреб. Оглядевшись по сторонам, словно убедившись, что за ним никто не подглядывает, пират сделал один шаг вперёд и спросил темноту: — Есть кто? Отзовись! — Но никто не отозвался. Капитан Воробей сделал ещё несколько шагов вниз и вскоре скрылся в темноте. Не в меру любопытный попугай наклонился вперёд. Несколько минут снизу доносилось попеременное чихание, фырканье и стук сабли о доски. Затем разом всё стихло. — Тысяча чертей!!! — вдруг раздался радостный крик. Испуганный попугай свалился с пальмы. Зазвенели бутыли, и пират вылетел из погреба как из пушки, держа в одной руке бутылку с ромом, а в другой — ожерелья из сушеной рыбы. — Сегодня мне начинает везти, смекаешь? — обратился капитан к попугаю, всё ещё сидящему в шоке.       Когда солнце село, на берегу запылал костер и запахло копченым. Капитан Джек Воробей развалился на песке, потягивая ром и что-то тихо напевая под нос. Для своего начала день закончился очень хорошо.       Прошло ещё два дня. Благодаря найденному провианту, Джек не чувствовал себя так уж ужасно, и всё же желание как можно скорее покинуть этот островок разгоралось всё сильнее. Можно было, конечно, соорудить плот и отдаться на волю волн, но даже чтобы его построить, нужны были деревья получше изогнутых ветрами пальм. Оставалось лишь сидеть и ждать, пока к островку не завернет случайный корабль или не кончится ром — тогда уж можно будет пустить пулю себе в лоб. Капитан Воробей рассуждал так:       — Если на острове кто-то соорудил склад, значит, он кому-то нужен, и это кто-то рано или поздно приедет за своим добром. А уж договориться — дело не сложное.       Капитан как раз вылезал из погреба с очередной порцией рома, после полуденной сиесты, когда к острову подошло судно. Пират расцвел золотозубой улыбкой и, обращаясь всё к тому же попугаю, произнес:       — Контрабандисты. Смекаешь? — Птице это ни о чём не сказало, и Воробей разочарованно махнул на неё рукой. Замешкавшись на несколько секунд — вернуть ли взятую бутыль или нет, — капитан Джек, захлопнув крышку, вприсядку понесся в ближайшие заросли кустарника. Нет, ром он не вернул.       Вскоре на остров высадились шесть человек с корзинами в руках: у одних они были пустые, и спекулянты шли, легко размахивая ими, другие же что-то тащили, тяжело взвалив ношу на плечо. «Надеюсь, честной народ не обеднеет от своего благотворительного вклада в моё спасение», — подумал Джек Воробей, выглядывая из-за кустов. Контрабандисты, конечно, не лучшая компания для путешествия, но у Джека выбор был особо не велик: уж лучше флибустьеры, чем законники. Трое из шестерых спустились вниз, и вскоре до уха пирата донеслись возмущения. «Подумаешь!» — мысленно фыркнул Джек. Оставив одни корзины внизу и наполнив другие, флибустьеры собрались уходить.       — Господа! — отсалютовал им капитан Воробей. Те сразу оглянулись и наставили на него пистолеты. Джек миролюбиво поднял руки.       — Ты ещё кто такой? — пробасил самый крупный из них.       — Мое имя, — гордо начал пират, закончив куда скромнее, — Джек. Волею одного злобного кретина я был оставлен куковать на этом острове до конца своих дней.       — И давно ты здесь? — вновь спросил флибустьер.       Воробей что-то прикинул в голове и ответил:       — Дней десять, пожалуй.       — Врешь! — Крепыш грозно навис над пиратом. — Были мы здесь десять дней назад, тебя тут и в помине не было.       — Зараза, — процедил капитан. — Да? Ну, сами знаете, в одиночестве дни тянутся, словно вечность, — улыбнулся Джек Воробей.       — Так это ты… — один из контрабандистов покосился в сторону погреба.       — Джентльмены! Доставьте меня на Тортугу, и я отплачу вам. Сполна, — коварно улыбнулся Джек.       — Не вижу здесь выгоды. Что ты можешь нам предложить? — сухо ответил главарь. Капитан Воробей вздохнул и опустил руки, прикидывая, что же он может им предложить.       — Друзья мои, — Джек сделал театральную паузу, оглядев каждого, — я могу предложить вам это. — Пират гордо извлек из кармана маленькую посеревшую кость и продемонстрировал её флибустьерам.       — Да ты издеваешься! — прорычал их главарь.       — Стойте-стойте! Это не просто абы какая кость. Эта кость несёт с собой попутный ветер. Возьмите меня на борт и убедитесь — до Тортуги домчим, глазом моргнуть не успеете. — Воробей вновь заулыбался. Флибустьеры не так уж и часто заявлялись на Тортугу (всё-таки это пиратский остров), чтобы знать, как часто дуют попутные ветра. Зато капитан знал это отлично.       Немного посовещавшись, контрабандисты приняли предложение Джека Воробья и взяли его на борт. Судно направилось на Тортугу, а ветер действительно им благоприятствовал. Когда до Тортуги остался день пути, судно зашло в маленькую гавань на небольшом островке. Его порт не мог похвастаться ни чем, пожалуй, кроме питьевой воды и солдат, лениво прогуливающихся по пристани. Сойдя в порту и оценив обстановку, капитан Джек Воробей заметил местную красавицу, похабно улыбающуюся ему. Не успел, как говориться, капитан и десяти слов ей сказать, как увидел судно флибустьеров, спешно удаляющееся от пристани.       — Зараза! — вскрикнул капитан Воробей, тут же забыв о не очень юной прелестнице. Гнаться за кораблем не было смысла, да и прибудь они на Тортугу, Джеку бы в срочном порядке пришлось выдумывать, чем же расплатиться. Но одно дело сбегать от них на Тортуге, а другое — быть брошенным в какой-то дыре, да ещё с королевскими солдатами. — Нет уж, вы запомните капитана Джека Воробья! — воскликнул пират и шатающейся походкой направился к ближайшему офицеру. — Милейший джентльмен, скажите, считается ли флибустьерство преступлением? — серьезно спросил капитан. — Если же да, то на том старом корыте из бухты пытаются скрыться преступники. И было бы невежливо полагать, что солдаты Его Величества… — Пират заулыбался.       Что было дальше с теми горе-контрабандистами, надеявшимися, что не до конца обглоданная косточка от индейки поможет им уйти от преследования, капитану Джеку Воробью было не интересно. Он спокойно реквизировал небольшую лодочку, снарядил её и направился на Тортугу, чтобы рано или поздно вернуть свою «Черную Жемчужину».