Исключение из правил

      Сочельник встретил меня метелью за окном и ветром, который качал ветки, которые, в свою очередь, скреблись о стекло, словно страшные монстры детских сказок.       Завтра Рождество, а я проведу его в одиночестве. Хотя, если учесть факт, что в Академии остался Эдди, да и Дмитрий тоже здесь, то стоит устроить маленький праздник. Думаю, ни один, ни второй не будут против.       Приведя себя в порядок, пошла на пробежку, несмотря на метель и сильный снегопад.       Вдоволь набегавшись, я засела за «Таинственный остров» и зачиталась до самого ленча. Мысль о горячем шоколаде в такой холодный день погнала меня в столовую.       С Эдди я столкнулась буквально у дверей главного корпуса.        – Ого, Эд, куда так летишь? – засмеялась я.        – Уезжаю! – воодушевлённо проговорил Эдди. – Родители смогли выбраться, и сейчас я с ними уезжаю!        – Пропало наше с тобой празднование Рождества, да? – я спрашивала с улыбкой, поскольку чья-то радость и мне в радость.        – Прости, Роуз, – Эдди вдруг стал выглядеть виновато. – Я пришлю тебе кексик.       Я закатила глаза, хлопнула друга по плечу и сказала:        – Беги уже, я сама затусуюсь!        – С Рождеством, Роуз! – крикнул Эдди, убегая.       Пожав плечами, я направилась в столовую. Налила чашку горячего шоколада и собралась было спрятаться в каком-нибудь укромном уголке Академии, чтобы почитать и выпить горячего шоколада, как внимание привлекли несколько стражей, стоявших в разных углах. И всё было бы, как обычно, но мне показалось странным, что дежурят новые стражи, а не те, что обычно. Дмитрий не говорил, что в Академию приедет кто-то новый. Но и кое-что ещё привлекло внимание. Стражи не «сканировали» местность на предмет опасности. Они все, как один, внимательно рассматривали меня, хотя старались делать это незаметно и аккуратно.       Это показалось не только странным, но и неприятным. Пять незнакомых мужчин изучали меня, будто давно знали, а сейчас увидели воочию.       Я насторожилась, и как можно незаметнее выскользнула из столовой, начав быстро идти по многочисленным переходам Академии.       Краем глаза я заметила, что двое «новеньких» дампиров-стражей отправились за мной. Это насторожило ещё больше. Страха не было, была упрямая решимость «оторваться» от хвоста, скрывшись в лабиринтах главного корпуса Академии Святого Владимира.       И это с легкостью у меня получилось. Оторвавшись от «погони», я присела на один из широких подоконников и, попивая горячий шоколад, который уже порядком остыл, принялась за чтение.       Чувство тревоги начинало расти. Я не находила этому объяснения. Но когда беспокойство стало почти осязаемым, то в голове вспыхнуло только одно имя: «Дмитрий».       Испугавшись мыслей, не зная, всё ли с ним в порядке, я должна была это выяснить. Я спешно захлопнула книгу и побежала к выходу из корпуса. Трудно поверить, но я заплутала в многочисленных коридорах!       Поплутав около десяти минут, на очередном повороте я налетела на кого-то…       Когда человек повернулся ко мне, я узнала одного из новых стражей, которых видела в столовой Академии.        – Розмари? Хезевей Розмари? – спросил он тихим голосом.        – Да, – автоматически ответила я, но мышцы мгновенно налились свинцом, тело напряглось, всё вопило «ОПАСНОСТЬ!». И я не собиралась игнорировать эти вопли.        – Вам лучше пойти со мной, – вкрадчиво сказал «новичок».        – Зачем? – спросила я и отошла от него на шаг.        – Может случиться непоправимое, если вы не пойдёте, Розмари. Случится с вами и с теми, кто вам дорог, – его голос был тих и спокоен, но было видно, что дампир начинает злиться.        – У меня нет семьи, чтобы с ними что-то случилось, детей и мужа тоже, – усмехнулась я.        – Семья – это не всегда кровные узы, не так ли? – на лице стража появилась опасная улыбка. – Например, Василиса Драгомир.       Это было… словно вспышка молнии, словно озарение, словно свет в кромешной тьме… «Они пришли за мной, как и предупреждала Кирова. И не просто пришли, а пробрались в самое сердце Академии!» – промелькнула мысль голове, заставив желудок свернуться в узелок от ужаса, а руки – похолодеть.       Не став терять ни минуты, я напала первая, нанеся врагу, кем и являлся этот дампир, несколько быстрых и точных ударов в живот и голову, отчего он сначала был дезориентирован, а затем потерял сознание.       Несколько секунд я тупо пялилась на распростёртое на полу Академии тело дампира-врага без сознания. А потом я резко рванула с места, ища запасной выход, на который набрела только однажды. Но я знала, что он есть. Мне нельзя сейчас выходить через главный вход.       И, как назло, я почти нос к носу столкнулась с ещё одним «новичком», который, завидев меня, сразу спросил:        – Розмари Хезевей?        – Ага! – я радостно оскалилась и, не теряя ни минуты, врезала ему.       Первый удар пришёлся ему в нос, второй – коленом в паховую область, а третий, заключительный, чётко по позвоночнику, отчего «новичок» так же, как и его коллега, потерял сознание.        – Козёл! – в сердцах произнесла я, пиная тело, растянувшееся на полу.       Быстрее ветра, я побежала к запасному выходу, которым мало кто-то пользовался. Я должна бежать, срочно!       До двери и коридора из корпуса оставался всего лишь один переход. Я кинулась к нему со всех ног, но кто-то схватил меня сзади, зажал рот рукой и затащил в одну из маленьких комнаток-подсобок, которых в коридоре была тьма тьмущая.       «Это конец!» – поражённо заметило подсознание. Но я решила, что буду сопротивляться до последнего и не дам увезти себя из Академии, по крайней мере, живой.        – Роза! – прошептал голос с лёгким русским акцентом прямо мне в ухо. – Тише, иначе нас обнаружат!       Сердце забилось, как сумасшедшее, а внутри всё сжалось. Но не от страха, а от радости. Это Дмитрий! Дмитрий Беликов! Как всегда, в самый страшный момент, он оказался рядом!       Моё тело мгновенно расслабилось в знакомых сильных руках. Одной рукой Дмитрий всё ещё закрывал мне рот, другой, обхватив за талию, держал меня.       Когда его рука соскользнула с моего рта, то я тихо прошептала:        – Что происходит? Кто они такие? Как они пробрались в Академию? Что они хотят от меня?        – Тс-с-с-с! – зашипел Дмитрий вместо ответа.       И он как раз вовремя остановил поток моих вопросов – за дверью раздались шаги. Кто-то шёл по коридору, откуда буквально пару секунд назад меня «похитил» Дмитрий.       Шаги приближались к каморке, которая была такая маленькая, что я и страж Беликов с трудом в ней умещались. Услышав, что шаги всё ближе, страж осторожно, дабы не создавать лишнего шума, переместился со мной так, что я оказалась у него за спиной. И сделал он это для того, чтобы принять первый удар на себя в случае опасности.        – Дмитрий, – зашипела я не него. – Я могу их поджечь!       Его рука медленно поднялась к двери и аккуратно, с ювелирной точностью и абсолютно бесшумно, передвинула задвижку, тем самым закрывая нас изнутри.        – Дмитрий! – я пыталась привлечь внимание стража, что у меня, несомненно, получилось: он резко, но всё так же бесшумно развернулся и прижал ладонь к моему рту, почти соприкасаясь со мной всем телом.       Я бы сказала, что это был жаркий момент моей жизни, если бы не неизвестные дампиры-стражи, которым понадобилось куда-то меня увезти, угрожая и мне, и Лиссе.        – Тише. Всё потом, – прошептал Дмитрий, и я почувствовала на своей щеке его дыхание. – Сейчас мы должны тихо переждать.       Я кивнула в знак согласия.       «Дэнни, куда она делась?» – раздался первый голос за дверью.       Человек явно остановился в опасной близости от нашего с Дмитрием укрытия.       «Блядь, Сэм, я понятия не имею! Она вырубила меня парой ударов! Я даже догадываюсь, чья это школа!» – ругался второй голос. – «И Олега она вырубила! Он до сих пор недалеко в отключке валяется! Когда эта моройская сука нам попадётся, я лично пересчитаю все её рёбра! Причём, ногами!» – послышался смачный плевок.       Мои внутренности, казалось, сжались от ужаса, как и я сама. Стыдно признать, но даже несмотря на огромный выброс адреналина, я начала дрожать.       Стало по-настоящему страшно. Лучше бы за мной охотилась толпа стригоев. Это было бы не так жутко, как эти дампиры и тот, кто за этим стоял.       В одно мгновение мне захотелось свернуться клубочком на полу и заплакать от страха. Стены начинали давить, а паника – душить.       Дмитрий обеспокоенно посмотрел на меня. А что я могла сказать? «Страж Беликов, мне страшно до усрачки!» или «Страж Беликов, сейчас будет слышен звук откладываемых мной кирпичей!»       Я не могла унять дрожь в теле. Дмитрий тихо и медленно обнял меня: одна его рука легла мне на талию, прижимая к его телу, другой рукой он медленно гладил меня по голове.        – Роза, милая Роза, – раздался чуть слышный шёпот около уха. – Всё будет хорошо, я обещаю. Я смогу защитить тебя. Эти уроды тебя и пальцем не тронут.       Его шёпот успокаивал, как и сильные тёплые руки. В его объятьях я забывала обо всём на свете. Казалось, что вокруг высокие неприступные стены, а я – в полной безопасности. Я сжалась в комок и положила руки на грудь Дмитрию. Хотелось, чтобы каждая клеточка моего тела оказалась под защитой его рук.       Дрожь в теле стала чуть меньше. А к двум голосам за дверью присоединился третий.       «Ребята, это несерьёзно! Вы хотите сказать, что вас обвела вокруг пальца девчонка-подросток?!» – негодовал третий голос.       «Ты бы видел, как эта падла дерётся!» – пожаловался второй голос.       «Так, потом будете препираться и думать, как убить её, когда придёт время!» – пригрозил первый голос. – «А сейчас надо решить, где её искать и как вывести из Академии, чтобы не было лишнего шума!»       «Пригрозить, что оторвём ей сначала руки, потом ноги!» – буквально зарычал второй голос.       «Успокойся, Дэнни!» – зло прошипел третий голос. Видимо, именно он в шайке главный. – «Ей некуда идти. Кирова уехала несколько часов назад, Беликов тоже уехал ещё утром. Значит, девчонка в Академии, и скоро мы её найдём. Думаю, она в этом корпусе. Пригрозим, припугнём. Скажем, что Василиса у нас.»       «Ты думаешь, она дура и поведётся?!» – вновь раздался второй голос.       «Поведётся. Я умею убеждать.» – надменно произнёс третий голос. – «Затем отвезём её к Главному, а там уже пусть делает с ней что хочет, это уже не наша забота.»       «Поддерживаю!» – встрял первый голос.       «Значит, разделяемся!» – скомандовал третий голос. – «Из этого корпуса только один выход, Сэм – к выходу. Дэнни – к моройскому корпусу. Я зачищу этот корпус внутри. Она не убежит из Академии. Не сможет!» – зло проговорил третий голос, отчего по моей коже побежали мурашки.       Я инстинктивно теснее прижалась к Дмитрию, пытаясь обрести в его лице защиту, в которой я так отчаянно нуждалась. Он понял и сильнее прижал к себе. Звук его быстрого, но ровного сердцебиения успокаивал, как и его близость.       Удаляющиеся шаги оповестили о том, что незваные гости удаляются.        – Роза, нам пора, – прошептал Дмитрий тихо. – Мы должны идти дальше, здесь нельзя оставаться.       Он прав. Он во всём и всегда прав.       В моей груди росло ощущение безысходности: спокойная жизнь закончилась. Я в любой момент могу умереть. В любую секунду всё пойдёт прахом, разрушая всё, о чём я мечтала: итоговые испытания, окончание Академии, возможное будущее с…       Упершись в грудь Дмитрия руками, я слегка отстранилась и взглянула в его глаза, в которых плескалась тревога и решимость. Быть может, я вижу его в последний раз. Этот порыв заставил меня резко встать на носочки и дотянуться до его губ.       Я думала, что он остановит меня, что оттолкнёт или раскусит моё намерение. Но я всегда ошибаюсь. Всегда. Он ответил на поцелуй. Целовал с жаром и страстью, как тогда, в одном из наших общих снов.       Мои руки забрались в его волосы на затылке, и я притянула дампира как можно ближе к себе, не давая шансов разорвать поцелуй.       И, наверно, впервые в жизни я услышала, как сердце вечно спокойного Дмитрия Беликова стучало быстро и не ровно, как и моё.       Но здравомыслие стража вновь взяло верх. Он резко разорвал поцелуй, не выпуская меня из кольца рук, и, тяжело дыша, прошептал, оставляя множество поцелуев на моей щеке, скулах и лице:        – Роза, мы… Нам нужно бежать. Пока они нас не нашли. Мы должны скрыться. Я защищу тебя, поняла? Тебя никто и пальцем не тронет!       Мой мозг отказывался работать. Сознание заволокло блаженным туманом.       Только когда я не ощутила легких поцелуев Дмитрия, то смогла более-менее вернуться в реальность и ещё раз понять происходящее. Руки Дмитрия переместились на мою талию, а затем исчезли вовсе. Страж что-то искал в карманах пыльника.        – Что мы будем делать? – спросила я, и голос дрогнул.        – Бежать из Академии. Они не знают, что я здесь, и это наше преимущество, – тихо сказал страж Беликов. – Сейчас каникулы, ты имеешь право до середины января не появляться в Академии. С Кировой всё будет улажено. Она нас ещё и поблагодарит, что мы так резво слиняли, – страж пытался развеселить меня, разрядив атмосферу, но я была не в состоянии смеяться.       Страх слишком силён.