Просто, в разлуке

Все вроде, как обычно, и вроде все вовсе не так. Настроение было подавленным, хотя, как сказать, правильнее было бы заметить, что его вовсе не было. За долгое время совместных перелетов он привык к тому, что никогда не был один, поэтому сейчас ему было не по себе. Хотя, чего греха таить, Лу Хань никогда не любил одиночество, именно потому сильные волны нервозности в аэропорту при виде фанов накатывали на него все с большей силой. Он молча шел, держась менеджера, стараясь не обращать внимания на многочисленные фото- и видеокамеры, телефоны, что так и норовили попасть прямо в нос. Постепенно к нервозности прибавилось раздражение, он, как мог, боролся с ним, по привычке облизывая и кусая губы. Проход через фанатов, как задание на храбрость, которое они проходят каждый раз. Дойдя до машины, он быстро сел и с наслаждением снял очки, устало потирая переносицу. Он не особо думал о группе, по правде сказать, она не сильно его волновала, все его мысли сейчас были лишь об одном человеке, близком, родном и любимом, которого так не хотелось покидать. Стоило хоть на секунду закрыть глаза, как в голове сразу ясно представал образ бледного человека с изящными чертами лица и раскосыми глазами, так напоминающими кошачьи. Лу очень не хотел оставлять Мина одного, он знал, что неспособность видеть его может свести с ума. Но, тем не менее, делать было нечего, работа есть работа, да и в глубине души он был уверен, что еще успеет настойчиво оборвать телефон своей второй половинки. Однако, Мин сам сделал первый шаг, подойдя перед отъездом, заботливо погладив по руке китайца, он прошептал на ухо: - Я позвоню тебе…. В темных кошачьих глазах на секунду мелькнула искорка озорства, появление ее было не долгим, однако, не осталось незамеченным для китайца. В ответ он лишь тепло улыбнулся, обрадованный сообщением, и направился к машине, по пути уже включая себя в режим пленительного и томного ожидания. Прошел день, звонка так и не было, ни смс, ни какой-либо еще весточки. Сходя с ума от ожидания, Хань все же написал сам, поинтересовавшись, все ли в порядке, но ответа не последовало. Лежа на постели своего номера, один в большой просторной и одинокой комнате, он понемногу проваливался в дрему. Подсознание рисовало ему неприятные картины, дарило черные эмоции, боль, измена, снова боль, будто все страхи выплыли в одночасье и решили навестить своего хозяина. Из кошмарных видений его вырвал звонок телефона, не открывая глаз, Лу ответил на вызов. - Спишь?- спросила трубка дразнящим тоном. Наваждение Ханя моментально как рукой сняло, в один миг он подскочил на кровати и резко сел. В голове крутилась куча вопросов, гневных слов и жалоб. Едва было он открыл рот, чтобы ответить и высказать все, что накипело, как Мин перебил его, нарочито томно протягивая слова и добавляя сексуальную интонацию: - Я скуууучаааю… особенно сейчас… Сознание Лу потихоньку таяло, поддаваясь звукам любимого голоса, перед глазами представал образ Мина. Наступила неловкая тишина, и Хань услышал на том конце провода шум воды, при этом отметив его постепенное нарастание. Слова словно в горле застряли, все, что хотел сказать, моментально вылетело из головы. Тишину нарушил легкий стон, донесшийся из трубки, за ним пришел второй уже немного громче и протяжнее. Образы, возникающие в мыслях Ханя в купе со звуком, доносившимся из динамика телефона, заставляли приятное наслаждение постепенно разливаться внизу живота. С каждым новым стоном и томным вздохом тепло заполняло все больше, постепенно становясь все горячее. Теснота в джинсах начала вызывать определенный дискомфорт. Едва опомнившись от всего происходящего, Лу быстро подскочил с кровати, на ходу пытаясь одной рукой разобраться с ремнем, но тот к неудаче китайца никак не хотел поддаваться. Едва зажав кое-как телефон плечом, освободив вторую руку, он быстро избавился от мешающего и раздражающего предмета одежды, заодно и отправив туда же и футболку с боксерами. Терпеть было уже практически не выносимо, едва забежав в ванну, он сразу включил воду, предоставив свое разгоряченное тело теплым каплям воды. - О, как чувствую я, ты уже не можешь, - произнес Мин, едва заслышав шум воды со стороны Лу. - Ах, ты… - только и смог произнести Лу Хань, ловя пересохшими от желания губами прозрачные капли. Желание было сильным, необузданным, а аккомпанемент Мина лишь заставлял его возрастать сильнее. Левой рукой он слегка коснулся головки уже неприлично стоящего члена, одно касание вызвало непроизвольный стон, и на том конце провода раздался легкий смешок. Однако, Лу пропустил его мимо ушей, проводя вдоль ствола, сосредотачиваясь на венке. Пульсация становилось все сильнее, отдаваясь жестким набатом в голове. Каждое новое движение, легкое нажатие и увеличение скорости заставляли с каждым разом стонать все сильнее. Трубка же отвечала зеркально, словно эхом, заводя, возбуждая сильнее, заставляя желать большего… Пока в итоге… Шум воды с трудом мог заглушить вырывающийся стон удовольствия. Яркая вспышка оргазма помутила сознание, ослепив цветными пятнами наслаждения. Дыхание было сбивчивым и неровным, блаженство не отпускало и не давало прийти в норму, а, может, это он сам не хотел отпускать сей приятный миг. Собеседник на противоположном конце трубки издал знакомый высокий звук. Рваное дыхание, беспокойный стук сердца, даже не смотря на расстояние, сейчас они были вместе, были едины. В то самое мгновение желанного пика так сладко и пьяняще его голос еще не звучал никогда. - А ты жесток, - произнес Лу Хань, улыбаясь и пытаясь нормализовать дыхание. - Не более, чем ты… - ответил Мин не скрывая иронии, - когда ты так дышишь, я не могу реагировать нормально.. - Вот же шельма, - произнес Лу Хань сквозь зубы, с наслаждением уставясь куда-то в потолок, на один ему лишь видимый объект. – Тебе так нравится сводить меня с ума? - Возможно, - произнес Мин слегка загадочно дерзко. – Повторим?..