Я знаю

- Джиён, это правда? - В комнате внезапно появился разъярённый альфа. Его лицо приобрело слабый красный оттенок, а крепко сжатые кулаки заставляли омегу думать, что альфа разозлён далеко не отсутствием вкусного обеда на плите. - Ты о чём? - с непонимающей и отчасти глупой улыбкой спросил Джиён. - О том, что ты без разбору трахался с любым альфой во время течки, - злобно процедил парень. Лицо Джиёна манерно вытянулось. - А ты не знал? - Он выглядел едва удивлённым от такой запоздалой догадки. Альфа же разозлился ещё больше. - Вот, значит, почему ты не даёшь мне поставить метку, - скрежетал зубами парень. - Я тебя умоляю, будто имеет значение, с кем я спал до тебя. - Джиён фыркнул и подошёл к альфе, укладывая тому руки на плечи. - Для меня имеет! - он не выдержал и повысил голос. - Слушай сюда, - альфа убрал руки омеги с плеч и несильно сжал за запястья, - или ты даёшь поставить метку, или убирайся ко всем чертям, пока я добрый и не хочу тебя калечить. Джиён поражённо замер. Да, он не был образцом целомудрия. Бывшие, с которыми Квон имел отношения как минимум месяц, в один голос твердили «шлюха», а он просто удовлетворял свои потребности омеги во время течки с любым альфой, если не было постоянного. Несмотря на все эти обстоятельства, хоть какая-то, но гордость у него была, именно поэтому он ещё никому из своих ухажёров не позволял ставить себе метку. Сцепка? Да пожалуйста! Но не метка. Исходя из опыта, все альфы его бросали, узнав об этом маленьком «секрете». А что он будет делать, если его пометят и бросят? Факт практически изгнания из социума пугал Джиёна больше всего. - Эй, остынь, - ласково попросил Квон, - не сегодня-завтра у меня начнётся течка, и мы сможем всё решить в постели. Пойми, я ещё не готов пойти на такой серьёзный шаг, - распинался он. - Тогда, - с шумным выдохом начал альфа, - уходи. - Но... - Джиён не соврал, если сказал бы, что испугался. - Убирайся! - крикнул альфа и оттолкнул его от себя. Ещё раз просить, а тем более угрожать, нет смысла. Джиён, скрывая проступившие слёзы, молча развернулся и поспешил к выходу, напоследок громко хлопая дверью.

***

Квон, обиженный, но не сломленный, сидел на скамье в парке, сгорая от жара течки. Да, началась она как раз вовремя. Если и этот его уже бывший альфа думает, что он шлюха, то пусть так и будет. Джиён решил, что уйдёт отсюда с первым альфой, который попытается подбить клинья к течному омеге, ну или попытается склонить силой. Не важно. Как на зло, похоже, что все альфы в радиусе десяти километров вымерли, потому что он уже битый час сидел на лавке и пытался не упасть в обморок от головокружения и температуры. Ну и возбуждения, естественно. Квон уже давно не переживал течку в одиночестве, и что-то ему подсказывает, что без альфы эта течка может стать последней в его короткой жизни. - Ты в порядке? - В нос ударил терпкий запах миндаля, и Джиён поднял затуманенный желанием взгляд на любопытного прохожего. Альфу. Ему хватило сил, чтобы улыбнуться, потому что сегодня судьба решила так, что он уйдёт из парка вместе с этим высоким симпатичным брюнетом, который остановился узнать, всё ли в порядке с бедным омегой. - Нет, - тихо протянул Квон, - помоги мне. Парень весь встрепенулся, едва не выпуская из рук плащ. - Что-то болит? - он дотронулся до лба и в ту же секунду убрал руку, быстро махая ею в воздухе, будто мгновение назад ласкал растопленную печь, а не температуру проверял. - Господи Иисусе, да у тебя жар! Джиён попытался встать, но вместо этого весьма удачно повис на своём «спасителе». Наверно, даже не дотрагиваясь до него, альфа мог почувствовать крупные вздрагивания. - Да, у меня жар, и ты должен мне помочь, - томным голосом сказал Квон. - Да-да, конечно, - сбивчиво тараторил парень, - сейчас я позвоню в скорую. Медики тебе помогут. - Он не без труда достал из кармана телефон и, пытаясь разблокировать его, разочаровался во всём живом и неживом. Батарея разряжена. Честно говоря, Джиён был в недоумении. Альфа не бросался на него с диким рыком в порыве страсти, не пытался его утащить в кусты, не пытался его домогаться. Возможно, у него уже есть омега. Квон мрачнел всё больше с каждым новым звеном в своей мыслительной цепочке... И этот добрый по натуре альфа остановился, чтобы помочь, а потом, вечером, будет рассказывать своей половинке, как проявил акт доброй воли к незнакомой омеге. Джиён разочаровано вздохнул и попытался сесть обратно на скамью, но ему не дала этого сделать рука альфы, которая аккуратно обвила его талию, и снова же - не домогаясь - просто придерживая. - У тебя есть телефон? - Кажется, он оставил его на уже старой квартире. Альфа, может, и пытался найти его, Квона, и вернуть, но вряд ли. А если и пытался, то уже, наверно, извёлся звонить на телефон омеги, который, скорее всего, лежал где-то у него под носом. Джиён гадко усмехнулся от этой мысли. - Ничего нет, можешь поверить? - смеясь, ответил он. - Что ж делать-то? До ближайшей больницы хорошо так придётся топать... - За всей этой суматохой и симптомами течки Квон не обратил внимания на голос этого альфы. Такой глубокий и низкий, до невозможности приятный. Для себя он решил, что готов слушать этот голос вечно, если ему, конечно, позволят. Джиён всё ещё так и стоял, облокотившись полностью на крепкого альфу (а с виду и не скажешь), и в тот момент ему казалось, что если бы не рука миндального брюнета, то его давно бы сдул ветер. И вообще, Квон до сих пор не понял, в чём дело. Он тут весь такой распрекрасный течный омега, которого бери - не хочу, а альфа почему-то никак не реагирует. Видимо, и правда своя омега есть, или... «Импотент, что ли?» - коварно прокралась мысль в его голове. Он собрался в последний раз побудить альфу к действиям и нетерпеливо простонал. Брюнет же, по всей видимости, расценил это по-другому: - Только не умирай! - умолял он и, подхватывая под одну руку плащ, а под другую - омегу, понёсся к выходу из парка. Где-то на окраине сознания Джиён думал, что стоило всё-таки пойти в бар.

***

- Эй, парень, не отключайся! - Джиён обнаружил себя на какой-то мягкой поверхности в просторной комнате. К его большому сожалению, альфа не лежал на нём полуголый и даже рядом не лежал, он несильно бил его по щекам. - Меня зовут Джиён. - Квон даже удивился своему голосу, будто совсем не его. - Хорошо, Джиён. Меня зовут Сынхён. А теперь выпей, пожалуйста, это жаропонижающее, - альфа протянул ему таблетку и стакан воды, - я, конечно, хотел тебе сначала лимона нарезать, но папа сказал, что если температура высокая, то лучше выпить таблетку. Вот таблетка, - руку с лекарством он вытянул вперёд, - вот вода, - и вторую руку со стаканом тоже вытянул вперёд. Джиён как в пьяном угаре подтянулся по спинке, очевидно, дивана и взял из рук Сынхёна таблетку и воду, чудом не перевернув стакан с последней. Принять лекарство стало куда сложнее, но брюнет ему снова помог. Квон был уверен: если этот альфа сейчас не возьмёт его, грубо или нежно - всё равно, то он сам возьмёт его. Они пристально смотрели друг другу в глаза, и Джиёна никто не собирался брать, в этой квартире уж точно. Кроме запаха Сынхёна, он никакого не почувствовал, и это обнадёживало. Ну и это сподвигло его наброситься на брюнета, неуклюже упираясь руками в край дивана, но точно попадая губами на его губы. Секунда. Две. Джиён уже готов был пустить в ход язык, но у Сынхёна другие планы. Он резко отстранился и, схватив Квона за плечи, аккуратно уложил его обратно на диван: - Тш-тш, ляг полежи, - мантрой шептал он и с садистским наслаждением наблюдал, как лицо Джиёна строило удручающую гримасу. Альфа ещё с минуту держал его, пока тот немного не успокоился, а потом вышел из комнаты. Квон мучительно взвыл, глядя ему вслед, и заснул.

***

Проснулся Джиён оттого, что Сынхён трогал его лоб, чтобы проверить температуру. - Как ты себя чувствуешь? - приседая на корточки перед низким диваном, на котором лежал Квон, с волнением родителя спрашивал он. - Лучше, - выдавил из себя омега. Нихрена не лучше! Запах альфы, которым пропитан воздух в квартире, заставляет Джиёна чуть ли синусом скручиваться от возбуждения. С Сынхёном он вряд ли сможет снять сейчас напряжение, поэтому придётся хотя бы подрочить. - Это хорошо. Я хотел вызвать тебе скорую... Но не успел он договорить, как Квон перебил его: - Скорую?! Не надо скорую! - умолял он. Джиён ни за что не поедет в больницу. Его же там на смех поднимут! Альфа вызвал скорую для течной омеги. Он уже представляет загибающихся от хохота врачей. - Ну так я о чём, если тебе лучше, то скорая не понадобится. - Джиён расслабился. - Тогда как твоё здоровье ещё немного восстановится... Квон снова его перебил: - Прости. Можно в туалет? - Да, конечно. Прямо по коридору и направо, - объяснил альфа, наблюдая, как немощно Джиён поднялся с дивана, временами дрожа, - давай я помогу? - Нет, спасибо. - Он вымученно улыбнулся и с невиданным упорством потопал по указанному маршруту. - Я подумал, что тебе может понадобиться сменная одежда. Она лежит в ванной. Омега хотел ещё кое-что спросить, но в следующую секунду Сынхён ответил на его так и не озвученный вопрос: - Если хочешь, можешь принять душ. - Спасибо, - громко, что хватило сил, поблагодарил Квон и скрылся за дверью ванной комнаты.

***

Он стоял под едва тёплыми струями душа и надрачивал свой член, думая о высоком. Сынхён, конечно, хороший альфа, но долго Джиён не сможет пользоваться его гостеприимностью, да и тем более тут нечего ловить. Но у него течка, и он как-то побаивался покидать надёжную крепость нового знакомого. Почему-то сейчас Квон считал свою затею «отдаться первому встречному» до невозможности глупой. Действительно, как шлюха. А может и без «как». Джиён всхлипнул. Он готов был заплакать, ощущая себя последней дрянью, потому что он всё ещё хотел, чтобы член Сынхёна оказался в нём. Член альфы, который, судя по всему, относился с омерзением к таким омегам, как Квон. И видимо, это отвращение было настолько сильным, что даже течка не могла заставить его почувствовать влечение к Джиёну. Он кончил, и напряжение стало понемногу спадать.

***

- Ты уже всё? - раздалось за спиной, когда омега вышел из ванной. - Если хорошо себя чувствуешь, проходи на кухню, - он указал на соседнюю с ванной комнату, - ужин уже готов. Квон второй, даже нет, третий раз за день был готов расплакаться: ещё никто из его ухажёров не заботился о нём так, как этот альфа. Хотя он даже не был его ухажёром, и знали-то они друг друга от силы несколько часов. Подтягивая штаны Сынхёна повыше, Джиён прошёл на кухню, откуда доносился приятный аромат домашней еды. Его всё ещё потряхивало от течки, но после душа и дрочки такое состояние можно было вытерпеть. Он сел за стол, внимательно рассматривая и изучая сегодняшнее меню. - Угощайся. - Сынхён с улыбкой сел напротив и взялся за палочки. - Я не переборщил с приправой? Просто я сейчас не чувствую вкуса... - спросил он, когда Джиён попробовал первое блюдо. - Нет, это очень вкусно. - Квон отметил, что еда альфы такое же объедение, как и еда его папы-омеги.

***

На следующий день вопрос Сынхёна застал его врасплох, хотя он был довольно ожидаемый: - Джиён, твои родные, наверно, волнуются за тебя. Со вчерашнего дня ни слуху ни духу. - Он прав. Если его родители узнали, что он ушёл от своего альфы да ещё и накануне течки, то это конец. - Ммм, - неуверенно и заметно нервничая начал Квон, - мои родные в другом городе. Я приехал сюда пару дней назад, и меня сразу же обокрали на вокзале, - тут он уже вошёл в раж, - прости, я создаю много неприятностей, но, если позволишь, можно задержаться у тебя ещё немного? У меня есть здесь пару знакомых, я им сегодня могу позвонить и завтра меня здесь уже не будет! - Какой ужас, - раздосадованно проговорил альфа, - конечно можешь остаться. Джиён облегчённо вздохнул. Видимо, он не настолько плохой актёр, раз Сынхён ему поверил. - А что ты делаешь? - Он наконец обратил внимание на то, чем брюнет занимался уже минут десять. - Перебираю свои старые университетские книги. Некоторые нужны племяннику для поступления. - Сынхён улыбнулся, и у Квона требовательно затянуло в паху. - Я могу помочь? - Да, конечно. - Сынхён растянул свою улыбку шире, отчего на его щеках появились ямочки, а в штанах омеги - стояк. - Только подожди минутку, - тоненьким голоском попросил Джиён, - я в туалет. Он забежал в ванную, тут же падая на кафельном полу на выставленные руки, и тяжело задышал. - Сублимируй, Квон! - строго приказал он себе и начал отжиматься.

***

Утром следующего дня Сынхёна ждали две новости, которые в каком-то смысле делали его до неприличия счастливым. Первая новость и очень хорошая, как считал Чхве: его нос прозрел! Ну точнее, начал дышать. Наконец эта неделя ада с забитым носом и бесконечными лекарствами закончилась. А вот вторая новость поставила Сынхёна в тупик, потому что он ещё не решил: хорошая эта новость или плохая. Он не мог подняться с кровати. Сил хватало только на то, чтобы посмотреть на свой колом стоящий член, к которому, походу, и прилила вся кровь. Постепенно к нему пришло осознание. Абсолютно вся его квартира пропахла течным омегой, который сейчас, Чхве точно уверен, спал на его диване в его гостиной. Из-за забитого носа он не мог почувствовать ни единого запаха, да и вкуса еды в полной мере. Теперь получается, что он даже не слышал течку Джиёна буквально у себя под боком. Сынхён лежал на кровати ещё минут пять, пытаясь разогнать кровь по жилам, а потом кое-как поплёлся в гостиную, на запах шоколада, который с каждым шагом альфы становился всё ярче. К Джиёну он уже дополз раком.

***

Квон проснулся от укуса в шею. Как чуть позже оказалось, укусил его никто иной, как Сынхён, потому что, кроме него, в этой квартире больше некому. - Ты чё, больной?! - закричал он, прижимая ладонью кровоточащее место укуса. Омега подорвался со своего спального места и, обижено осмотрев комнату, недалеко от дивана обнаружил стоящего в коленно-локтевой позе взлохмаченного Сынхёна. - Не бойся: я сам боюсь, - протараторил он и продолжил сверлить Квона своими выпученными глазами. Джиён немного притих, став свидетелем такой резкой и кардинальной перемены в поведении альфы. Тот, стоя на коленях и опираясь на локти, да ещё и задом кверху, был похож на дикое животное готовящееся к нападению. Его лохматые волосы и чуть мятая пижамная одежда не позволяли Квону долго злиться на это милейшее существо. - Ты чего? - со смешком поинтересовался он. Чхве был до сих пор жутко серьёзен. - Я возбуждён, - пряча половину лица в руки от смущения, промямлил он. Но омега услышал. - И я хочу тебя. Сдерживаюсь из последних сил. Джиён вскинул бровями и слабо улыбнулся. - Так не сдерживайся, - так же смущаясь, сказал он после недолгой паузы и подошёл ближе к альфе.

***

- Мои родные живут в этом городе, и никто меня не обворовывал на вокзале, - тяжело дыша признался Квон. Они с Сынхёном, сцепленные узлом, лежали на полу и восстанавливали дыхание после бурного секса. Чхве сжимал омегу в объятиях и нежно водил пальцами по его шее, от места укуса и до ключиц. - Я знаю, - безмятежно отозвался Чхве. - У меня здесь не пара знакомых, и я очень не хочу уходить. - Я знаю. - Сынхён усмехнулся. - Я поставил тебе метку. - Я знаю, - тихо ответил Джиён, соприкасаясь пальцами с альфой на месте укуса и пряча робкую улыбку.