Это все сон?!

- Господин следователь, сделайте, наконец, что-нибудь! - умоляла трясущая мужчину за руку девушка восемнадцати лет, находясь в двух секундах от истерики, - Скажите, вы что-нибудь нашли? - Гражданочка, успокойтесь пожалуйста и не мешайте мне работать. Скоро будет опрос. Лучше подготовьтесь к нему и ожидайте остальных. И выйдите отсюда, ради Бога! - не выдержал коронер лет тридцати пяти, начиная потихоньку выходить из себя. Когда девушку выпроводили из помещения, она нервно фыркнула и, пересилив себя, покинула тёмный страшный кабинет. Выйдя в коридор, она обнаружила свою подругу. Ту трясло от осознания всех тех вещей, картинки которых проносились у нее перед глазами. Не проронив ни слова, Мамока села рядом с подругой и попробовала осмыслить все, что происходило буквально несколько часов назад. Каждая минута длилась невыносимо долго, будто издеваясь над девушками: они дожидались приглашения уже около двух часов. Из этого состояния их вывел расторопный топот двух человек, их же сбившееся дыхание и последующий крик: - Что с Хигари?! *** - Итак, это все, кто максимально близок к Такимуре? - сидя на кресле в своём кабинете, спросил следователь, окинув взглядом четырёх подростков и одного ребёнка. Главарём группы школьников решила выступить низкого роста брюнетка с большими формами, как самая старшая из них. Поспешно кивнув, она сжала кулаки. Она была обижена и огорчена из-за того, что родители пострадавшей не соизволили прийти. - Хорошо, тогда... Начнём с тебя, - мужчина указал на мальчика, - Как тебя зовут, и кем ты приходился потерпевшей? Мальчик сглотнул, на его глаза навернулись слёзы, а сам он сжался, жутко боясь отвечать страшному дяде. Еще бы, ведь прокурор Нагаримо Шикануке выглядел довольно пугающе, славясь своими шрамами на лице и жуткими карими глазами, в полумраке казавшиеся насыщенно-чёрными. Ребёнок пытался что-то промямлить, но не смог, и поэтому мнимый главарь решила ответить за него. - Нофу Такимура. Он её младший брат, - сама волнуясь не меньше, сказала она, успокаивающе сжимая руку мальчика. Пока мужчина записывал полученную информацию в протокол, она решилась ещё на один вопрос: - Скажите, а почему вы говорите в прошедшем времени? Не отвлекаясь от конспектирования, Нагаримо ответил в грозном тоне так, чтобы его поняли с первого раза, даже не поднимая глаз: - Милочка, задавать вопросы здесь – моя задача. На первый раз прощаю. А вот насчет прошедшего времени… Ещё не известно, выживет ли ваша подруга или нет… Абсолютно синхронно сердца всех пяти присутствующих пропустили сильный удар - молодые люди не знали, как реагировать на это известие. Хотя нет: у кого-то выступили слёзы, кого-то затрясло, кто-то закусил губу и сжал руку своей девушки. Наконец закончив записывать короткую фразу, следователь продолжил ознакомление с близкими жертвы, попытку убийства которой можно считать одной из самых загадочных. - Дальше. Имена и кем приходились ей? - указав ручкой на пару, сидевшую с краю всего ряда, спросил он. - Сёри Имоцуката и Сёрито Альбирона, - дал ответ за двоих шестнадцатилетний парень, поддерживая свою девушку одной рукой за плечо, - И мы её друзья. Каждую реплику следователь Шикануке записывал в толстую, но пока еще пустую папку, после чего продолжил задавать вопросы. - Ты, - указал он на блондинку с испуганными заплаканными глазами, - Имя и кем приходилась? - Икари Новаки, - сквозь слезы промямлила она, вытерев рукой лицо, - Подруга... - И наконец..., - выжидающе сказал мужчина, пристально глядя на самую старшую девушку. - Мамока, подруга Хигари и по совместительству соседка, - уверенно произнесла она, стараясь скрыть дрожь в голосе. - Так, ваши данные я записал. Теперь выйдите в коридор все, кроме мальца. Я буду вызывать вас по одиночке, - заявил Нагаримо, выпроводив всех из кабинета и оставив ребёнка сидеть на месте. *** - Ну что, Нофу, обещаешь ли ты говорить только правду? И учти, любая ложь может помешать расследованию, - начал Шикануке, строго глядя на десятилетнего мальчика. Тот кивнул и поднял глаза на мужчину, - Итак, какие у вас отношения в семье? Есть ли конфликты, недопонимания, или же все гладко и царит идиллия? - Ну… Мама и папа очень добры ко мне… Любящие и понимающие, - начал ребёнок, нервно перебирая пальцами, - Они меня очень любят и лелеют... - А с сестрой также обращаются? Или может лучше? Или наоборот? - заинтересованно уточнил коронер, покусывая кончик ручки. - Нет… Когда сестра рядом, они становятся сами не свои..., - помотал головой Нофу, сжав маленькие кулачки, - Как будто её нет… Они совсем её не замечают... Ни Хигари с ними не разговаривает, ни мама с папой с ней. Даже когда она татуировки сделала... - Татуировки? Какие и где? Она же ещё не достигла совершеннолетия. В тату-салон бы её не пустили. - Я не знаю, где сестре их кололи. Она с нами ничем не делится. Может, Мамока-сан или Сёри-сан знают. Я видел, где татуировки у сестры. Их всего три: на задней стороны шеи с объемным дьявольским числом, на левой лопатке друг с другом переплетающиеся волк и змея и на левой половине тела, начиная от груди и заканчивая щекой, что-то похожее на огненное пламя, только перевёрнутое и нарисованное. - И ты хочешь сказать, что Такимура сделала их в подпольном салоне, да к тому же ваши родители никак на это не отреагировали? - удивленно переспросил следователь, записывая полученные сведения. - Да, - испуганно сглотнул мальчик, - Она даже когда волосы покрасила, никто ей и слова не сказал. Она просто, как это говорится...? Покрасила несколько прядей в красный, хотя это запрещено уставом школы, в которой она учится. Но даже там ей ничего не сделали... - Странно... В какой она школе училась? - Простите, но я не знаю... Я знаю только, что она всегда, когда приходила домой, очень сильно била стены или деревья, и поэтому у нее всегда были разбиты руки, как у бандита. *** - Что вы можете сказать о характере потерпевшей? Может, были особые привычки или что-то, отличавшее её от других сверстников? - пригласив пару встречающихся подростков к себе, начал расспрашивать коронер. Сёри все еще была не в состоянии отвечать, поэтому её парень решил излагать все, что знает. - Не знаю, как Хигари ведёт себя в школе, но когда мы втроём проводим время, она выглядит очень дружелюбной и хорошей. Хигари ни разу нас не предала, не обидела и не соврала нам. Насколько нам известно, с нами и с Мамокой-сан она показывает свои настоящие эмоции... - Настоящие эмоции? То есть она, скажем так, носит маску? - уточнил следователь, занося все его слова в протокол. - Да..., - подала голос Сёри, - У нас нет друг от друга секретов, поэтому, мы всё о ней знаем... Мы как-то видели её в школе... И Хигари... Она носит маску пустого человека, но... - Иногда нам кажется, что она вообще не человек, - закончил мысль девушки Сёрито, опустив глаза, - Однажды, увидев её в ярости, в этом можно не сомневаться... - А поподробней? - Несколько месяцев назад мы гуляли по городу втроём. На дворе были вечерние сумерки. Мы с Сёри стояли возле магазина, ожидая, когда Хигари вернется оттуда. Но... К нам подошли два пьяных и довольно крупных мужчины... - И начали к нам лезть, - шмыгнув носом, перебила его Имоцуката, - И мы были не в силах с ними справиться. Хотя Сёрито задерживал их, чтобы я смогла убежать, но... Я не смогла. - И тогда из магазина вышла Хигари. Мы впервые увидели её в таком состоянии... Я не вру: её серые глаза будто налились кровью и стали красными, а волосы поднялись дыбом, как у кошки в бешенстве... - Из-за того, что его душили, Сёрито не мог нормально понимать происходящее, а я была переброшена через плечо одним из тех мужчин. Мне было страшно, когда он достал нож и опустил меня на землю. Я тогда закрыла глаза и уши, молясь, чтобы всё быстрее закончилось... - Мы пришли в себя только тогда, когда нас встряхнула Хигари, а рядом оказалась полиция и медики... - Я помню её окровавленные руки, глубокую царапину на щеке и порванную одежду. Но тем не менее, она справилась. После этого нас увезли в больницу, хотя Хигари совершенно не хотела ехать туда. Но мы её заставили... - Она всегда нас защищает, оберегает и охраняет от всего, чего только возможно... Да и не только нас. Как-то нам довелось услышать историю о том, как она кинулась в речку за случайно упавшей туда Икари... Вроде, её туда толкнули..., - подытожил Альбирона, вспомнив ещё одну историю. - А, насчет этого. Я помню ещё кое-что…, - задумалась Имоцуката, - Хигари ненавидят в школе... Пытаются всячески унизить, оскорбить и даже избить... - Мы думаем, это из-за того, что она не вписывается в стереотипы одноклассников. Даже был случай, когда её вызвали на публичную драку, чтобы отстоять свои вкусы и просто опустить её. - Она ведь слушает тяжелую музыку. И иногда даже поет её. Возможно, банальная зависть спровоцировала одноклассников на такое поведение..., - пожав плечами, предположила девушка и переглянулась со своим парнем. - Это всё, что бы вы хотели мне рассказать? - закончив записывать, уточнил детектив. - Да, - хором ответили подростки. - Тогда последний вопрос. Ваш возраст, и из какой вы школы? - устало выдохнув, мужчина откинулся на спинку кресла. - Нам по шестнадцать лет, - начала Сёри. - И мы из школы «Кирун Кангае» в городе Сакураи, - закончил за неё парень. - Ясно, не местные... Можете быть свободны и позовите Мамоку Ноке сюда, - махнув рукой, детектив выпроводил подростков из своего кабинета. *** - Мамока Ноке, значит? Возраст и где учишься? – как только следователь закончил расспрашивать парочку влюблённых, то пригласил к себе лучшую подругу пострадавшей. - Восемнадцать лет, класс 3-В старшей школы «Куро Боуро», - уверенно ответила брюнетка, сидя ровно и поджимая колени. - Школа «Чёрного урагана»? - удивился следователь. Об этой школе шли дурные сплетни, что только осложняло работу, но, тем не менее, он продолжил, - В каком классе училась Такимура? - В том же, где я и Икари. Класс 3-В. - Что ты можешь сказать о татуировках потерпевшей? Ты знаешь, где она их сделала? - после записи, мужчина вернулся к трепещущей теме. - Я их только видела и хочу сказать, что они профессионально сделаны. Но где, понятия не имею. Хигари никому не говорила, - помотав головой, ответила Мамока. - Понятно. Теперь расскажи мне всё, что знаешь. Начни с того, как она вела себя, скажем, за два дня до нападения, - предложил Шикануке, приготовившись записывать. - Ну... Я не знаю, с чего начать..., - нахмурившись, задумалась брюнетка. - Я тебе даже помогу. Вот это я нашел в её сумке, - порывшись в ящиках, следователь предъявил черную тетрадь с нарисованным на обложке скелетом, играющем на гитаре, - Я пробовал это прочитать, но ни слова не понял. Может, у тебя выйдет. Школьница недоуменно захлопала ресницами, тупо уставившись на тетрадь. Её это очень насторожило, ведь Хигари никогда дневника не вела. Однако, любопытство пересилило, и брюнетка аккуратно взяла в руки промокшую тетрадь. Открыв на первой странице, Ноке принялась разбирать размашистый запутанный почерк подруги, ведь та писала совершенно неразборчиво. Но Мамока была бы плохой подругой, если бы не смогла различать слова. - Читай вслух, - велел следователь, увидев заинтересованный взгляд опрашиваемой. Та кивнула и принялась читать. - Интересно, почему люди смеются и презирают тех людей, кто отличается от них? Ведь быть немного другим – значит быть личностью. Почему-то мне иногда кажется, что все шишки падают на меня… Если я одиночка с неформальными вкусами и внешностью, черпающая философские мысли из книг, значит я уже не нормальная? Что за стереотип? Я живу в том обществе, где таких, как я, презирают. Люди, живущие в таком ареале, обычно бесчувственные, не понимающие ничего, кроме удовлетворения своих гнусных потребностей, издеваясь над другими. Как я их называю - «умственно-отсталые дегенераты», курящие, пьющие, даже не читающие книги, смотрящие безвылазно телевизор, просиживающие жизнь в Интернете... Я, конечно, не люблю жаловаться, просто у меня сейчас суицидальное настроение. Хочу хоть кому-нибудь выговориться… Я, честно, не помню, с чего началась моя история, но постараюсь воссоединить все по кусочкам... Если кто-нибудь и разберёт мой почерк и поймет, что здесь написано, то это будет даже здорово. Пусть хоть кто-нибудь узнает меня настоящую. Даже мои друзья полностью ничего обо мне не знают. Итак, вернусь к рассказу. Последнее, что я помню, были снова насмешливые взгляды и пробитая насквозь рука. Редко, но все-таки Мамока вытаскивает меня прогуляться. В тот раз мы ходили в магазин, но сейчас не об этом. На обратном пути мы встретили наших бывших одноклассников. Как бы сказать, у меня не было желания останавливаться, но Мамока потащила меня к ним. У меня тогда был наушник в ухе, и большинство слов я не слышала. Почти всю «встречу» я стояла, полностью отдавшись музыке и смотря в одну точку. Тогда в меня полетел первый камушек с последующим криком: «Не залипай, идиотка!» Трудно, однако, сохранять спокойствие, когда ты по темпераменту холерик. Но, нацепив маску безразличия, я придерживалась правила: «Выдержка – лучший способ выжить в мире идиотов». Почему я просто не ушла оттуда или не применила силу? По непонятной мне причине оставить Мамоку я не могла. Но скорее всего, она бы обиделась, хотя на самом деле я боялась, что они что-нибудь с ней сделают. Мало ли, что у них на уме. Ну а бить… Во-первых, это последнее дело, во-вторых, их было слишком много, ну а в-третьих, они пугаются и сразу убегают. «Если вы её разозлите, то вам всем здесь хана», - вот те издевательские слова подруги до сих пор у меня эхом в голове отдаются. Но все же я стояла и терпела все их выходки. В меня летели издевательские слова, камушки, семечки, каштаны. Да всё, чтобы разозлить меня. Я не понимаю этих людей. Почему надо обязательно стебаться над человеком, который отличается от них? Глупо. «- Почему она не придёт? - А зачем она вам? - Над ней весело издеваться», - вот это я тоже недавно случайно услышала. Весело им… А обо мне они подумали? Хотя, о чём я? Люди же думают только о себе, не так ли? Их совершенно не заботит ничего, кроме чувства удовлетворения. А я… Я с ужасом осознаю, что у меня всё-таки доброе сердце, даже если я двуличная. Да, я очень тщательно прячу собственные эмоции и полностью отдаюсь своим Альтер-эго. Кстати о них…, - пока Мамока это читала, её сердце сжималось в знакомом чувстве вины. Периодически закусывая губу, она продолжила, желая, чтобы слезы не навернулись на её глаза, - У меня есть два эго, живущих в моей пустой душе и использующие мое тело по собственной выгоде. Они могут выходить, когда захочется. В следствии этого, я могу в секунду переключаться с радостного и жизнерадостного человека на машину-убийцу. Я до тринадцати лет ни с кем не общалась и даже придумала себе две внутренние личности. Назвала их Акира и Рей и дала им фамилию Тугуруми. А точнее, они сами так представились. Акира, как я поняла, милая девчушка, делающая все, ради благополучия других. Она добрая, жизнерадостная и заботливая. А Рей – полная её противоположность. Совершенно флегматичная, серьёзная, в гневе способная убить. Вот ей я и бываю чаще всего. Зло же сильнее. Проблем с ними, в основном, нет. Люди называют меня двуличной, видя перемены моего настроения и разное отношение к одним и тем же ситуациям. Да они понятия не имеют, чего мне стоит сохранять их внутри... Со всеми этими издевками, которые начались с трех лет, я совершенно наплевала на себя и своё тело. Ну сделают больно и что? Странно, но на мне всё заживает несколько быстрее, чем на других - это касается не только физических ран, но и душевных. Сказали гадость – наплевать; всё равно не могу держать в себе обиду больше двадцати минут. Не разговаривают – тем лучше; я вообще от этого удовольствие получаю. Презирают – а вот это уже смешно. Мне больше всего интересно, за что, мать их? Кстати о матери… До трёх лет я всегда была с родителями. Они любили меня, и мы жили счастливо. Пока не родился брат… Нофу. После его рождения всех как будто подменили. Родители охладели настолько, что забыли обо мне напрочь. Они только выполняли свой долг: кормили, обували и одевали. Всё. Чтоб я не мешалась, меня отдали в садик в три с половиной года, в шесть - в школу, а следующем году я поступлю в университет. Каждое лето у меня было проведено в колонии под названием «Детский Исправительный Лагерь» в нашем городе. Да и там я была посмешищем… Мне никогда причину, видимо, не понять… Больше там ничего написано не было. Буквально на этом обрывалась писанина, оставив после себя несколько капель засохшей крови. Сглотнув, Мамока поняла... Ведь, получается, Хигари не врала насчет раздвоения души? - Эй, Ноке, - воззвал к ней детектив, помахав рукой перед её глазами, - Ты чего зависла? - Она не была больна... Это всё происходило на самом деле. Она плакала ночью из-за этих двоих... Она не шутила..., - начав разговаривать сама с собой, девушка невидящим взглядом уставилась вперед. - Да приди в себя! - крикнул Нагаримо так, что наверняка в коридоре услышали, и сильно встряхнул девушку, - О чем ты говоришь? Что за болезнь? Кто эти Акира и Рей? Что происходило? - Детектив Шикануке-сан, можно мне воды? - испуганно попросила школьница, держась за сердце, часто сглатывая. В горле пересохло, а перед глазами всё плыло. Осознание – страшная вещь. Мужчина не сказал ни слова, подошел к кулеру, налил в пластиковый стаканчик воды и отнес его опрашиваемой. Та резко за него схватилась и быстро осушила. Ей стало заметно лучше: цвет лица пришёл в норму, и темень перед глазами пропала, не говоря о засухе во рту. - А теперь по порядку, - выдохнув, следователь зашел за стол и плюхнулся на кресло. Слушать все эти сказки ему, порядком поднадоело, но записать показания он обязан был, - Отвечай на все мои вопросы. - На осмотре у психиатра, на который ходили все учащиеся «Черного урагана», Хигари вела себя как обычно - отстранено. Врач после всех тестов, проверок и исследований, а также рассказов учителей, поставил диагноз, что у Хигари не только диссоциальное расстройство личности, но и шизофрения. Её даже хотели в лечебное учреждение отправить, но директор запретил, что, вероятно, и спасло её, - отдышавшись, рассказала Мамока. - То есть, ты не отрицаешь, что пострадавшая имела склонности к психическим отклонениям? - Я не знаю... Но, если взять во внимание записи в дневнике... Всё возможно..., - пожала плечами девушка. Она уж очень не хотела этого говорить, однако врать следователю нельзя было. - Теперь про них. Ты знаешь, что это за выдуманные личности? - после новой записи в деле, продолжил опрос Шикануке. - Ну... Не то, чтобы знаю... Как-то мы вдвоем решили выпить у неё дома. В общем, она по пьяни рассказала мне про девушек с именами Акира и Рей..., - совершенно наплевав на то, что им еще нельзя пить, рассказала Мамока. - Ты помнишь, что именно она говорила? - нахмурившись, уточнил следователь. - Не совсем..., - помотав головой, выдохнула девушка, - Мы же выпившие были, и большую часть я не помню. Но я помню её слова: «Мамока, я тебе расскажу тайну. Ты же замечала, что у меня резко иногда может меняться настроение? А еще то, что я одним ударом могу сломать стол? Или то, что мои раны быстро заживают? Короче, в моем теле живут две другие девчонки. Акира и Рей. Это все благодаря им...». Ну или как-то так. А еще в ту ночь она мне это ещё и доказала. Мы обе просто порезали кожу на руке. Так действительно, у Хигари будто регенерация ускоренная: к утру даже намёка на порез не было. А у меня зажило через четыре дня, - удивлённо и одновременно воодушевлённо рассказывала брюнетка, показав белый след на коже от пореза, - А еще она говорила, что почти не чувствует жара и холода. Я помню, как Хигари могла в футболке пойти гулять, когда на улице снег шёл. Или в джемпере, когда палило солнце. И она не болела инфекционными заболеваниями. Я видела её медицинскую карточку, и там были в основном только записи хирурга, психиатра и стоматолога. - Не может быть, - не поверив, изрек следователь, нервно усмехнувшись, - Это бред какой-то. - Я вам честно говорю! Опросите всех ещё раз или спросите у её лечащих врачей, в конце концов, проверьте всё. Я не вру! - резко поднявшись с кресла, Мамока зло ударила руками по столу, срываясь на крик. - Успокойся, или смирительную рубашку одену, - пригрозил Нагаримо, строго посмотрев на взбесившуюся школьницу. - Извините..., - выдохнула та, присаживаясь обратно, - Такого больше не будет... - Допустим, я тебе поверил. Пропустим прелюдии и вернемся ко вчерашнему утру. Что ты можешь сказать о поведении Такимуры? - успокоив и себя, продолжил расспрашивать Шикануке, потерев переносицу. - Все началось позавчера..., - снова впав в ступор от нахлынувших воспоминаний, прошептала брюнетка... Flashback - Ну давай. Ничего же не будет, - начал уламывать Мамоку один из её знакомых. - Ну, я не знаю. Неправильно это как-то, - а она отмазывалась уже добрые пять минут. - Да, Ками*, что ты не знаешь? Ничего она не сделает. Это же просто розыгрыш, - подключился другой парень. - Мальчики, зачем вам это? - спросила подходившая Икари. - О, Ика, здаров. Ну, мы просто пошутить хотим, - первый почесал затылок и улыбнулся. - Шутка? Это я могу. А над кем? - Да на Такимурой. Просто она и отпора не даст, и злится смешно. - Над Хигари? А что вы хотите? Это достаточно весело? - Конечно. У вас есть фотки, хотя бы её лица? - Ну, разумеется. - Можете скинуть? Завтра увидите, что мы придумали. После того, как получили фотографии, парни еще немного похихикали и ушли. Мамока так и стояла в оцепенении. - Мамо-чан? Что-то не так? - заботливо посмотрела блондинистая дурёха на свою подругу. - Дура, ты понимаешь, что наделала? – взъелась от раздражения меньшая по росту девушка. - Нет. А что? Что-то случилось? - Новаки совсем не понимала, что к чему. - Ничего. Пошли домой, - рассержено фыркнула брюнетка, увлекая подругу за собой. End of Flashback - А теперь поподробней..., - снова заинтересовавшись, попросил мужчина, сложив руки и опустив на них голову. - А что подробней...? На следующий день и началось все это. Может, вам и покажется это бредом, но это в действительности было так... - Вещай, - приготовив ручку к письму, дал команду детектив, приготовившись слушать. - Вы же видели вчерашнюю погоду? Жуть: громыхал гром, сверкали молнии, а небо заволокло чёрными тучами. Мы с Икари пришли в школу за полчаса до звонка и сидели в кабинете. Также, уже пришли и те парни, о которых я рассказывала. Те, которые просили фотографию. Мы сидели и разговаривали. Вдруг ни с того ни с сего ослепительно ярко сверкнула молния. Скорее всего, она ударила где-то неподалеку от школы, издав очень громкий и страшный звук, отчего все ученики подпрыгнули на месте. Страшно было немного. Но самый ужас начался через минуту-две: дверь в кабинет слетела с петель, и в следующее мгновение нервно, но медленно и сдержанно Хигари вошла вовнутрь. Я видела её в гневе два раза, но не близко. Вчера был третий раз, и это было страшно... Вы понимаете, что цвет её радужки был красным! Волосы поднялись будто намагниченные, а ауру, которую она испускала, можно было кожей почувствовать. - Мамока… Икари…, - позвала она нас. Я заметила, что те парни, уговаривавшие нас тогда, победно улыбнулись, - Это что за херня? Хигари ударила по столу ладонью, под которой был плакат. На нём было распечатано, как её имеют четверо мужчин... Стол треснул и сразу же вовсе раскололся на две части. - Это… это не мы… Честно! - Икари начала усиленно махать руками и отпираться. - Они-они. Я видел, как это они вешали плакат, - а парни начали поддакивать. - Что? Зачем вы это сделали? - злость начала постепенно проходить, уступая место истерике, - Я спрашиваю, зачем?! - Ну мы… как бы… пошутить хотели…, - Икари нервно опустила глаза. - Пошутить? Поздравляю, шутка удалась. Вы думаете, раз я не показываю своих чувств, то у меня их нет?! Так?! - Нет, всё не так, - встав с места, я пыталась её образумить, но... - А как?! Что вы мне прикажете думать? Какого хрена…? - она успокоила гнев, но я видела вселенскую боль в её глазах, - Я… я верила вам, я… доверяла, помогала, а вы… Такие же, как и все! - она опять закричала, и тогда молния ударила прямо во внутреннем дворике, выбив несколько стекол и барабанные перепонки у некоторых. На крик сбежались учителя. Увидев разъяренную Хигари, они сами не на шутку испугались и отошли к стене. Подойдя к окну, Хигари открыла его и выпрыгнула, не обращая внимания на высоту. Как только она спрыгнула, пошёл жуткий ливень, а учителя побежали вызывать скорую. - То есть, куда она потом побежала, вы не знаете? - обалдев от услышанного и зарывшись руками в волосы, на пике терпения спросил следователь. - Нет... Но как мы потом узнали... Хигари разрушила стенд, на котором висел плакат. А еще она вырубила члена студенческого совета, который показал ей это всё... - Разве семнадцатилетняя девушка способна на такое? - спросил детектив сам у себя, поднимая голову вверх, - Что ещё ты можешь рассказать? - Это, пожалуй, всё..., - выдохнула брюнетка, - Скажите, а вы были на месте преступления? - Был... но это мне ничего не дало. Flashback Высокий, плотного телосложения мужчина со страшными шрамами на лице вышел из серого седана, остановившись возле кареты скорой помощи. Её двери были открыты. - О, детектив Шикануке-сан, - помахала мужчине миловидная женщина в очках, привлекая внимание. Тот подошёл к ней. - Здравствуйте, Юни-сама, - поприветствовал врача он, - Что-нибудь нашли? - Да. Это достаточно интересно и, скажем так, парадоксально..., - восхищенно ответила женщина, перелистывая страницы в папке, - Мы не обнаружили на ней отпечатки пальцев другого человека, никаких колюще-режущих предметов при ней не было, а след... Взгляните. Врач отвела мужчину к кушетке, возле которой несколько лекарей делали все, чтобы кровь из раны перестала вытекать. Подняв мертвенно-холодную голубоватого цвета правую руку пострадавшей, Юни показала детективу след, из которого мелкой струйкой сочилась темная жидкость. Отметила была похожа на царапину, но не от случайного ранения. - Как вы думаете, что это может быть? - Понятия не имею, - удивленно сказал детектив, осмотрев девушку на наличие других повреждений. По виду и не скажешь, что ей семнадцать... Но как ни странно, у нее не было ни большой груди, ни утончённой фигуры, ни округлых красивых бедер. Её легко можно было спутать с мальчиком. Но именно лицо делало её и женственной, и старше. Даже когда она без сознания, Такимура всё равно выглядела серьёзной. Детектив заметил, что и щека Такимуры была в ссадинах и царапинах, а затылок был весь в запёкшейся крови. Видимо, если она и падала, то приземлилась на голову. Фирменный школьный свитер по локоть был в крови на правой руке, а штаны, как и лицо, запачканы грязью. Странно, что школьница носит штаны, а не юбку, как девушка. Куда смотрят её родители и школа? К счастью или нет, больше повреждений не оказалось. End of Flashback -Можешь быть свободна и позови сюда Новаки, - после неожиданного всплеска воспоминаний Нагаримо вымотано развалился на стуле, приказав впустить последнюю рассказчицу. *** Высокая блондинка, дрожа в страхе, зашла в тёмный кабинет и присела в указанное место. - Расскажи-ка мне о внешкольной деятельности своей подруги. Чем она занималась в свободное время от школы? Есть ли у неё хобби, может ходит на какие-то кружки или секции, может на подработку? - сложив замком руки, предположил мужчина, пристально глядя на девушку. - Ну... Хигари в основном сидит дома, запершись в комнате. Но раньше она ходила в спортзал выпускать пар. Иногда, мы с ней подрабатывали в одном ресторане. Я помощницей повара, а Хигари таскала тяжёлые вещи, выносила мусор, развозила заказы. На дополнительные занятия она не ходит, ни в каких клубах не состоит..., - рассказала все, что знала Икари. - Ясно, - записав всю услышанную информацию, выдал Нагаримо, - Это всё? - Да. - Можешь быть свободна и передай всем, что опрос окончен. Расходитесь по домам.