Ты - мой дом

Оставшиеся два дня я провела с Джастином относительно спокойно. Я большую часть времени сидела за книгами или гуляла по берегу. Джастин часто уходил, как он говорил, на работу. Я не уточняла, не желая лезть к нему. Мы почти не разговаривали. Я молчала, потому что отходила от всего, что произошло за последние дни, он – потому что ему было неловко за то, что он открылся мне. Если честно, мне тоже было неловко, потому что я не знала, что с этим делать. Проблема была не в том, что Джей был мне безразличен, нет, скорее, наоборот… просто это произошло слишком не вовремя. Он должен понимать… В последний вечер Джастин лег спать очень рано. Я подозреваю, он выпил, но не признался мне, потому что знает, как я к этому отношусь. Перед тем, как опуститься на диван и захрапеть, он сграбастал меня в свои чересчур крепкие объятия и начал бормотать на ухо: - Я тебе очень благодарен, принцесса. Очень-очень. И знаешь… а, впрочем, там все ясно… Не надо. Спасибо, что была рядом. И это… я же тебя завтра провожу, так? Я согласилась, выбралась из объятий, и парень, уже засыпая, выдавил: - Ты можешь тут спать… Я улыбаюсь, сидя возле дивана и уже полчаса наблюдая за тем, как он спит. Джей дышит ровно, его веки едва трепещут, а ресницы чуть подрагивают. Уголки его губ время от времени медленно тянутся вверх, и я хочу верить, что ему снится что-то хорошее. Может ли быть, что ему снюсь я?.. Хмурюсь от этой мысли. Я провожу тут последние часы, и именно сейчас, когда определенно пьяный Джастин храпит, мне хочется быть рядом с ним. Нет, не просто разделить с ним этот чудесный диванчик в последнюю ночь, а сидеть рядом, обмениваться взглядами, может, говорить о чем-нибудь… Теперь я жалею, что молчала почти все эти два дня. Упущенное причиняет боль. Неуверенно присаживаюсь на краешек дивана рядом с ним, запускаю пальцы в его мягкие волосы. - Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты сделал для меня за эту неделю… - вздыхаю. – А ты сделал очень многое, хотя вряд ли понимаешь это. Да и я не в силах подобрать слова, чтобы объяснить. Ты замечательный человек, Джастин, - продолжаю шептать, всматриваясь в плавные черты его красивого лица, - мне невыразимо жаль, что на твою долю выпало столько испытаний. Знаю, ты ненавидишь жалость, но я ничего не могу с собой поделать. Я не могу относиться равнодушно к тому, что происходит с человеком, который мне так дорог. Ты стал мне очень дорог, Джей, и этого не отнять. И я бы рада дать тебе большее, правда. Я бы сделала что угодно, чтобы ты был счастлив… Но я не могу, - мои слова разрезают тихие всхлипы. – Я понимаю, что тебе нужно, но не уверена, что могу дать это тебе. И это больно ранит меня, Джастин, - моя ладонь опускается на его лицо. Я глажу пальцами его мягкие щеки, робко касаюсь кончиками пальцев мужского подбородка. – Я обещаю тебе, что ты меня не потеряешь. Даю тебе слово. Завтра нам придется расстаться, но это не навсегда. Я надеюсь, ты слышишь меня, потому что я говорю совершенно серьезно. Я не оставлю тебя, Джастин Бибер. Поддавшись внезапному порыву, я склоняюсь к его лицу и легонько целую его губы. В следующее мгновение Джастин, не открывая глаз, сонно выдыхает, что-то мычит и вдруг обнимает меня за бедра. Я замираю. Он все слышал? И что же он скажет мне? Перевожу на него испуганный взгляд и расслабляюсь. Парень спит. Теперь его голова покоится на моих ногах, а его руки обнимают меня за бедра. Парень так отчаянно прижимается ко мне, что у меня разрывается сердце. Даже сейчас оставлять его не хочется, хотя впереди еще ночь. Так или иначе, я заставляю себя двигаться. Я бережно обхватываю его голову ладонями и укладываю ее на подушку. Его руки безвольно соскальзывают с моих ног, и я встаю. Вместо того, чтобы пойти спать куда-либо, я хватаю с пола одежду Джастина, бросаю взгляд на парня, спящего на расправленной постели в одних тренировочных штанах, и бегу на один из верхних этажей. Там вытаскиваю из шкафа Джея кое-какие тряпки и бегом спускаюсь вниз. Между прочим, боль в теле наконец исчезла, остался некий дискомфорт, как после усиленной тренировки. Но без синяков и ссадин не обошлось. На берегу я бросаю схваченную добычу на землю и ставлю греться воду. Когда со всем покончено, я, уставшая и еле передвигающая ногами, доползаю до дивана, заставляю себя переодеться в футболку и шорты Джастина и падаю рядом с ним. Сейчас я не хочу думать о том, что утром будет роиться в моей голове. Никаких сложностей не существует. Есть лишь это желанное тело рядом со мной, чьи объятия дарят такое спокойствие. Я осознанно двигаюсь к нему, пока наши колени не соприкасаются. Успеваю лишь провести ладонью по его лбу, убирая упавшую челку, как тут Джей, опять что-то нечленораздельно бормоча, обхватывает мою талию и прижимает к груди. Внутри у меня все трепещет и разрывается. Я ахаю, когда он носом зарывается в мои волосы, вдыхает их запах и спокойно выдыхает. Почему все не может быть всегда так просто?.. Его руки дарят покой и умиротворение, и я растворяюсь в них. Утро слишком холодное для июля. Оно в точности повторяет мое настроение, с которым я буквально выползаю из-под спящего Джастина, придавившего меня к дивану. Позволяю себе чмокнуть его в лоб, после чего переодеваюсь в свою одежду и ухожу готовить завтрак. Вероятно, запах омлета с овощами будит Джея. Он потягивается, путаясь в простынях, ворчит и сучит ногами, пытаясь выбраться. - Доброе утро, - мурлычу я, разливая по чашкам чай. Услышав мой голос, Джастин улыбается и с неприкрытой нежностью смотрит на меня. Мне становится неловко. - Доброе, принцесса. Знаешь, что мне снилось? – бодро спрашивает он. - Нет, поделись? Он мечтательно вздыхает. - Мне снилось, что ты меня целовала. Раза два точно, - уточнил парень и странно усмехнулся. Мои руки задрожали, и я поспешила сцепить их между собой. - А еще ты говорила со мной. Мм, ты говорила замечательные вещи, принцесса. Хотя меня не все порадовало, - кареглазый снова вздохнул. Я поставила на табурет тарелку с омлетом. - Завтракай и переодевайся, на улице висит твоя одежда. - Моя одежда? – хмурится Джей. Он встает на ноги и потягивается. На какое-то мгновение я отвлекаюсь на то, как восхитительно перекатываются мышцы под его кожей. – А что она там делает? Вздрагиваю от его голоса. - Я постирала то, в чем ты проводишь меня, - поясняю я. Джастин вздыхает и усаживается на пол возле табурета. Я, заламывая руки, выскальзываю на улицу и сажусь неподалеку от пустой ванны, где несколько дней назад я купала парня. Губы непроизвольно растягиваются в улыбке. Гравий хрустит у меня под ногами. Я подхожу к более крупным камням и усаживаюсь прямо на них, притягиваю ноги к груди и обхватываю колени руками. Я буду скучать по этому забытому людьми и богом месту. Хотя вряд ли оно было забыто богом, если Джастин оказался здесь и смог найти некое подобие покоя в этих стенах. Мой взгляд скользит по очертанию домов, таких далеких и совсем не манящих. Там, далеко-далеко стоит мой дом. Место, куда я сегодня вернусь и оставлю позади этот заброшенный склад, эту ванную на улице, этот запретный рояль, но не Джастина. Я пообещала, что не оставлю его. Я сдержу обещание. Мое сердце переполняет тоска. Я уже тоскую по Джею, хотя он все еще позади меня, доедает завтрак. Я слышу, как он выходит на улицу, медлит несколько секунд и подходит ближе. Раздается шорок ткани, и я представляю, как он переодевается. - Я тронут, - отзывается Джей, и я понимаю, что он закончил. – Серьезно, тронут. Я поднимаюсь на ноги и поворачиваюсь. Боже, до чего он красив. На нем мятые брюки цвета хаки, белая рубашка, рукава которой он закатал по локти, а две верхние пуговицы расстегнул, и темный галстук в белую полоску, который я с удивлением нашла вчера. - Теперь я вроде как красивый и презентабельный, - он усмехается, и я гляжу, как в его карих глазах светятся смешинки. Хмурюсь и подхожу ближе. Удивительно, он такой высокий… Я машинально приподнимаюсь на носочки и поправляю галстук. - Не вроде как. Ты прекрасен, - шепчу я, осознавая, что между нашими лицами несколько дюймов. Джастин с волнением смотрит на меня и сглатывает. Втягивает воздух и на выдохе произносит: - Это ты прекрасна. Мне хочется усмехнуться. Я? Прекрасна? С растрепанными волосами, с царапинами на лице, с все еще не зажившей губой и побитым телом? Я бы усмехнулась, не будь я встревожена не меньше его. Он берет меня за подбородок. На мгновение я зажмуриваюсь, сердце ухает вниз, когда я понимаю его действия. Джей наклоняется и нарочито медленно и нежно целует меня. Его ладони обрамляют мое пышущее жаром лицо, пока я, обняв его за талию, отвечаю на его поцелуй, вкладывая в него все чувства и эмоции, на которые я способна в этот момент. Его язык проскальзывает в мой рот, и я словно обмякаю, готовая отдать себя ему в рабство, лишь бы это ощущение длилось вечно. Наверное, я могла бы сделать его счастливым. У меня бы хватило сил. Я бы смогла забыть о той боли, которую мне довелось недавно пережить, ради того, чтобы познать разделенное счастье. Но между нами столько «но»… По моим щекам катятся слезы. Я понимаю это, когда Джей отстраняется от моих губ и вытирает слезы подушечками пальцев. Я всматриваюсь в его бездонные глаза и не вижу ничего кроме них. Поэтому я вздрагиваю, когда ощущаю на голове какой-то странный предмет. - Я нашел это в одном из кабинетов, давным-давно. Недавно наткнулся на нее снова и сразу же подумал о тебе. Это, безусловно, не то, что следует дарить такой девушке, как ты, но ты – моя принцесса, и я хочу, чтобы что-нибудь напоминало тебе об этом. Он берет меня за руку и ведет куда-то. Я безропотно следую за ним, с волнением ожидая узнать, о чем парень говорит. Мы подходим к старому замызганному зеркалу, которое висит около двери черного входа, через который мы ходили в «ванную». Я смотрю на свое отражение и едва сдерживаю слезы. На моей голове покоится детская корона с розовыми искусственными камушками и изящными завитушками. Я хочу плакать. Хочу сжаться в комок, прижаться к его груди, оказаться в объятиях, раствориться в нем. Как?.. Как за одну неделю он стал мне настолько дорог и необходим? Я судорожно всхлипываю. Джастин обнимает меня за плечи и выдыхает в ухо: - Моя принцесса. Я вздрагиваю всем телом и поддаюсь новому порыву. Обнимаю его за шею и пылко целую, совсем как тогда в зале с фортепьяно. Я не контролирую свои действия. Мои пальцы сжимают ворот его мятой рубашки, которую мне негде погладить. Мой язык смело проскальзывает в его рот и сплетается с его языком. Мы целуемся страстно, неистово. Мне не хватает воздуха. Когда я начинаю задыхаться, мы отстраняемся друг от друга. Я словно сдуваюсь и обмякаю в его объятиях. Поднимаюсь на носочки и шепчу ему на ухо: - Ты стал моим принцем, Джастин. Он искренне и заразительно улыбается, услышав это, и я улыбаюсь в ответ, вытирая с щек слезы. Мне необходимо успокоиться. Необходимо запрятать эмоции глубже, чтобы ничего не испортить. Я быстро умываю лицо, глубоко вздыхаю и возвращаюсь к Джастину. Он старается не смотреть мне в глаза и любезно протягивает ладонь. Я переплетаю наши пальцы, наслаждаясь его теплым прикосновением. - Показывай дорогу, принцесса, - на выдохе шелестит Джей, и я веду его в сторону дома. Так странно возвращаться. Кажется, прошло столько времени с тех пор, как я пропала или, предположительно, улетела в романтическое путешествие. А в принципе, отчасти мое путешествие вышло романтичным. Я украдкой бросаю взгляд на высокого парня, неуверенно шагающего рядом со мной. Определенно, так и вышло. Теперь же мне необходимо вернуться в реальную жизнь, где меня ждут проблемы и неотвеченные вопросы. Словно читая мои мысли, Джей спрашивает: - Ты планируешь встретиться сегодня с ним? Он не упоминает имя Аарона, но оно все равно звенит в моей голове. От этого не спрятаться. Джастин подбадривающе сжимает мои пальцы. - Если бы я могла, то сделала бы так, чтобы он больше никогда не появлялся в моей жизни, - как можно более ровным голосом говорю я. – Но наш город очень мал для того, чтобы мое желание сбылось. - Если хочешь, с ним поговорю я, - предлагает он. - Нет, не надо, - слишком резко восклицаю я. – Не нужно… но спасибо. Парень пожимает плечами, и мы идем дальше. Со стороны мы, наверное, смотримся, как обычная пара, у которой сегодня что-то не заладилось, ведь лица у нас угрюмые. Однако тот факт, что мы идем рядом, держась за руки, придает мне сил и уверенности. И мне не так страшно шагать по знакомым улицам, по которым еще несколько дней назад идти было жутко. Наверняка я выгляжу глупо с этой детской короной на голове, но именно сейчас у меня рука не поднимется снять украшение. Скоро мы доберемся до моего дома. Так не хочется… Родители наверняка на работе, ведь еще нет обеда. И отпускать руку Джастина я так не хочу.