Не ждала меня, няня?..

Катание на коньках оказалось весьма забавным делом. Когда мы подошли к крытому катку, Огонек немного скривился и его передернуло. Я тогда не обратила на это внимание, но когда мы взяли напрокат коньки, оказалось, что он даже не умеет их шнуровать. Ну, ладно там шнуровать не умеет. Но когда он ступил на лед и проехал всего несколько метров, то остановился. Я тогда подумала, что он вполне может кататься сам и, отвернувшись от него, поехала дальше. Но спустя буквально несколько секунд, когда я обернулась, чтобы посмотреть где он там, Стас уже лежал на спине и откровенно хохотал. - Огонек не умеет кататься на коньках? - спросила я, подъехав к нему поближе и вопросительно выгнув бровь. - Не умеет, - сквозь смех проговорил парень. - Поможешь встать? Немного помедлив, я протянула ему руку. Когда он поднялся, все еще стоял нетвёрдо. - Если хочешь, мы можем уйти. - Ты ведь хотела покататься. Дай мне руку, а то я отсюда наверняка не уйду без перелома чего-нибудь. Наше так называемое катание со стороны наверняка выглядело забавно. Стас еле передвигал коньками и периодически спотыкался об зубчики. Если бы он не держался за меня, то наверняка сломал бы себе что-нибудь, как и говорил. Нам повезло, что на катке было не так много людей, и было где развернуться. Когда сеанс закончился, мы направились в кафе. Оно располагалась буквально в двух шагах от катка, и называлось "Гриль хаус", хотя никакого гриля я тут не наблюдала. Наверняка это фамилия директора заведения, хотя звучала она довольно-таки странно. "Гриль хаус" был выдержан в бежевом и горчичном цвете. На стенах многочисленные фотографии с видом на модные столицы мира, столики покрыты черными скатертями, сильно выделяющимися на общем фоне, а вместо стульев были уютные мягкие диванчики на два человека. В помещении было много людей, но свободные столики все равно оставались. Мы со Стасом расположились за столиком около окна, выходящего на улицу. Солнце уже садилось, и вид был потрясающим: солнце оранжевого цвета, вокруг которого по небу будто разлились и перемешались красные, белые и желтые краски. Со второго этажа было прекрасно видно близлежащий парк, по которому размеренным шагом гуляли женщины с колясками, бегали дети и спокойно, держась за руки, на лавочках сидели парочки. От пейзажа за окном меня оторвал голос Стаса: - Александра, ты в этом мире? Что ты будешь? - Повернувшись, я увидела официанта, стоявшего около нас. - Эм... мороженое с фруктами, пожалуйста. - Мне тоже самое. Пока мы ждали официанта, Стас рассказывал о названиях комнат, и почему они так называются. Например, комната "Ванильное сердце" называлась так, потому что была выдержана лишь в ванильном цвете. Картины на стенах представляли собой нечто выдуманное, или фотографии лимонного пирога и ванильного мороженого. Мы разговаривали долго, чуть больше часа. Поговорив о комнатах, мы начали болтать о том, что кому больше нравится: жанры фильмов, любимые актеры и актрисы, книги, которые запали в душу, и о писателях, которые научили рассуждать и думать. Кроме мороженого мы заказали по бутылке колы, а потом пошли к машине. Когда мы вышли из торгового центра, было уже совсем темно и, что было странно, фонари на дороге не горели. Единственное, что освещало нам путь - мощные фары Шевроле. На входе к дому нас встретил Жоан. Он будто нас поджидал. Во всем доме был включен свет, буквально во всех комнатах. - Мсье, мы вас давно ждем. У меня для вас очень плохая новость.