Я горжусь тобой, Джек

Ночь. После своего последнего шоу в Файв Пойнтс три Всадника подходят к воротам Центрального парка. Огромные решётчатые створки ворот скованы цепью с внушительным замком. Хэнли подходит первая, светит на цепь фонариком, трогает её. – Заперто, – разочарованно говорит мисс Ривз. Дэниэл тоже светит фонариком и трогает цепь. Привыкший не доверять никому, он предпочитает во всём убеждаться сам. Вдруг из темноты парка раздаётся голос: – Я же говорил, любой замок можно открыть. Его обладатель выходит из сумрака, и его улыбка сияет ярче, чем любой фонарик. Дэниэл не может отвести взгляда от этого удивительного парня. Всё по плану. Он справился. Он сумел. – Ааа! – одобрительно тянет Мерритт. – Молодец, мистер Уайлдер! – хлопает в ладоши девушка. – Отличная работа! – Теперь ты стал взрослым, Джек, – с отеческими интонациями и теплотой в голосе произносит гипнотизёр, пока парень распахивает перед остальными Всадниками ворота. И только Атлас молчит, не в силах сказать ни слова. Он не помнит, когда в последний раз он гордился кем-то, кроме себя, да и было ли вообще такое когда-нибудь в его жизни. Но теперь иллюзионист чувствует гордость за Джека, и он молчит, привыкая к этому новому для себя ощущению. Всадники идут по парку, освещая всё вокруг синим светом своих фонариков. Хэнли и Мерритт ушли немного вперёд – рыженькой движет любопытство, а Маккинни не отстаёт от неё ни на шаг. Джек и Дэниэл идут рядом в полной тишине, сосредоточенно разглядывая деревья по обеим сторонам от дороги. Наконец Джек произносит: – Спасибо, что поверил в меня, Дэнни. Без твоей поддержки я бы не справился. Парень называет его Дэнни, и сердце Атласа замирает. Его много раз называли Дэнни, но Уайлдер произносит его имя как-то по-особенному, мягко и осторожно, так, будто обращается с каким-то хрупким стеклянным предметом. – Я горжусь тобой, Джек, – голос предательски дрожит, и Атлас одёргивает себя: «Ты взрослый мужчина, Дэниэл, держи себя в руках», – но тот всё равно не слушается. – Ты справился. Дальше происходит нечто, совсем уже не понятное прежнему Джею Дэниэлу Атласу, тому самому человеку, которого Мерритт очень точно охарактеризовал словом «говнюк», но предельно ясное и единственно правильное для того человека, которого Джек сейчас назвал Дэнни. Дэнни берёт Джека за руку. Джек в удивлении останавливается, и Дэнни останавливается тоже. Юноша смотрит на него с недоумением и надеждой. Надеждой на что-то большее – это чувство Атлас умел распознавать безошибочно. Дэнни знает, что лучшее, что он может сделать для Джека, – дать ему то, что он хочет, прямо сейчас. Джек знает, что Дэнни хочет этого тоже. Хэнли и Мерритт ушли далеко вперёд и не видят, как целуются два парня, обретшие то, чего они так давно искали и хотели. Им уже плевать на славу, на ФБР, на таинственный орден и на того, кто стоит за этим гениальным планом. Зачем искать дерево Лайонела Шрайка, если они уже нашли друг друга?