Роська Хоук и торжество справедливости

Добравшись до дома, Хоук бросил панцирь в холле и рухнул в кресло, не обращая внимания ни на Боудана, ни на Мубарика. По-хорошему нужно было выпить успокоительное, вылезти из доспеха и принять ванну, но ноги и руки будто отказались ему служить. Росса полулежал в кресле, закрыв глаза и стараясь прогнать прочь все мысли — те роились в голове, как черный осиный рой. — Андерс еще в клинике? — будто со стороны услышал он свой голос. — Не возвращались еще, сэр Хоук. Прикажете сходить за ним? А то уж больно вы бледны, как бы не захво… — Нет. Боудан, послушай меня внимательно: со дня на день может произойти что-то… очень плохое. — Росса разлепил веки; пока еще оставалось время, нужно было собраться и отдать необходимые распоряжения. — Если после этого явятся солдаты — неважно, стража или храмовники — не впускай их, а дай мне знать. Потом возьмешь мешок, который я покажу, и быстро в клинику к Андерсу. Пока они будут ломать дверь, я успею подготовиться и… — Ох, да что вы такое говорите, мессер? — запричитал гном. — Что ж это может быть, чтоб вот так обернулось? Неужто поссорились с кем, али господин Андерс кого обидел? — Тебя это не касается, — резко ответил Хоук, но добавил уже мягче: — Извини, Боудан, просто никому не будет легче, если я стану объяснять, в чем дело. Ты, главное, запоминай, и исполни все так, как я говорю, — слуга шмыгнул носом и поклонился. — Если солдаты придут, когда меня нет дома, или меня арестуют… — Во имя Парагонов, да как же?.. — Слушай: тогда пошли в клинику Сэндала, а сам раскидай тут побольше дымовых шашек, бомб-вонючек — словом, всего, что там твой мальчишка наколдовал, и спасайся через подземный ход. Даже если я погибну, не мешкай, слышишь: разбросай тут дрянь и беги! — Да как можно, чтоб я вас оставил, сэр Хоук?! — всхлипнул Боудан. — Это не главное, — сухо продолжал Росса. Рассудок прояснился, он как будто составлял план для очередной операции, а не говорил о собственной жизни. — Вот если вы останетесь здесь с Андерсом, придется попотеть. Нельзя, чтобы его арестовали, понимаешь? А его обязательно арестуют, или даже убьют, если Андерс полезет в драку. В общем, если увидишь, что пахнет жареным, оглуши его и спрячь, понял? — Поднять руку на господина Андерса? — гном ошеломленно приоткрыл рот. — Может случиться и так, — кивнул Хоук. — Оглушите его и тащите в подземелье, а там заприте в маленьком хранилище — помнишь, куда ты мебель складывал? Двери там крепкие, и Андерса никто не услышит. Потом дождись, когда солдаты уберутся, и возвращайся за мешком и завещанием. Нельзя, чтобы Бетани осталась ни с чем, если меня… Боудан не дал ему договорить: обливаясь слезами, он упал на колени рядом с креслом и схватил хозяина за руку. Такое проявление преданности застало Россу врасплох; он нагнулся, помог гному подняться и ласково потрепал его по спине. — Ну что же ты… кто знает, вдруг все обойдется? — А если вам сейчас из города уехать, сэр Хоук? — поспешно вытирая глаза, предложил Боудан. — Если оно, как вы сказали, вот-вот грянет, переждали бы в пещерах вместе с господином Андерсом, а там бы, гляди, и назад воротились. — Нет, дружище, пути назад уже не будет, — горько усмехнулся Хоук. — Если повезет, потом, когда-нибудь, встретимся. Да, и перед тем, как бежать, хватай все ценное, что удобно нести и легко продать. Для Андерса я кое-что отложил, а вам с Сэндалом понадобятся деньги. Кроме того, выплачу тебе жалование за полгода вперед… — А вот об этом и думать не смейте! — неожиданно гневно перебил слуга. — Вы столько для нас сделали, мессер, для меня и моего мальчика, что… Погодите — кажется, в дверь стучат! Оба умолкли и прислушались: да, из прихожей вправду доносился тихий стук. Хоук вытащил меч, сделал гному знак следовать за собой и почти на цыпочках подкрался к двери. Казалось, Мубарик тоже понял, что нужно вести себя тихо: он замер рядом с хозяином, скаля зубы, готовясь броситься на любого противника. Росса прижался спиной к стене и кивнул Боудану. — Кто там? — обычным приветливым тоном спросил гном. Мубарик пригнулся и напрягся, как перед прыжком. — Привет, это Меррил! — прозвучал приглушенный голос. — Я не вовремя? Если так, прошу прощения, я зайду попозже… — но Боудан уже звенел ключами. Росса выглянул из-за двери: на пороге действительно стояла Меррил с извечной корзиной в руках и с посохом за спиной. — Давай, давай, — замахал рукой Хоук. Застенчиво улыбаясь, эльфийка шагнула внутрь и с недоумением уставилась на них. — Я что-то пропустила? Что-то произошло? У вас такой вид, как будто ждете в гости дракона, — Меррил мелодично рассмеялась, но тут же осеклась. — Ой, кажется, я неудачно пошутила, извините. — Ничего страшного, — вздохнул Росса, вкладывая меч обратно в ножны. — Мы просто немного нервничаем в последнее время, но это ничего не… — Да, ты прав, — перебила его долийка. — Фенрис тоже волнуется, и Варрик, и Андерс. По-моему, это все из-за церкви. Извините, но я очень странно чувствую себя там: как будто внутри горы, но все такое хрупкое — того и гляди, что-нибудь упадет на голову. Тут я согласна со Справедливостью — в мире людей все слишком слабое, и холодное, и… — Постой, не торопись, — Хоук и раньше не всегда поспевал за ходом ее мыслей, а сейчас и вовсе растерялся. — Почему ты решила, что причина — церковь? И что это за откровения Справедливости? — Догадаться совсем несложно, — Меррил пожала плечами и легонько оттолкнула Мубарика от корзинки, — в городе все про нее говорят. Ты знаешь, церковь откроют послезавтра! Справедливость обрадовался этой новости — правда, я не совсем поняла, почему. — Хоук продолжал таращиться на нее ошалевшим взглядом, и эльфийка смущенно добавила: — Я только что была в клинике и говорила с ними обоими, но в основном с духом. Это было очень увлекательно, а еще… — С духом? И он… не напал на тебя? — Защитник не верил своим ушам. — Конечно, нет! Мы выпили чаю и побеседовали — то есть, я пила, а Справедливость рассказывал, как они с Андерсом… Такие подробности были уже не для слуг: Хоук поблагодарил Боудана за помощь и, придерживая Меррил за локоть, повел ее в кабинет. — Я была у Фенриса, когда ты приходил, — на ходу объясняла эльфийка. — Ой, здравствуй, Аришок! Какой у вас все-таки странный кот… Да, и Фенрис сказал, что я могу не волноваться насчет нашего плана, но я считаю неправильным, что вы все старались, а я бездельничала, поэтому решила сразу поговорить со Справедливостью. — Но как тебе это удалось? — в волнении Росса снова забегал из угла в угол. Меррил позволила себе сесть; устроив корзину на коленях, она вертела головой, с интересом следя за ним. — Ты обманула его, использовала какое-то заклинание — и Андерс не сопротивлялся? Долийка захлопала глазами. — Ничего подобного. Я просто спросила Андерса, можно ли мне побеседовать с духом. Ну, сначала он сомневался, но потом Справедливость появился сам собой. Думаю, ему стало любопытно. Вы же никогда не пытались поговорить с ним по-человечески? Понять, чего он хочет. Хоук остановился и пристально взглянул на Меррил. Худенькая, хрупкая, похожая на воробышка, она тонула в глубоком кресле, болтая ногами и теребя ручку плетенки. Но между тем от эльфийки исходила неведомая Защитнику сила и спокойствие — некая непостижимая мудрость, иной взгляд на привычные, казалось бы, вещи. Как можно по-человечески общаться с духом, готовым убить десятки невинных людей? Возможно ли вот так, просто, достучаться до одержимого? Его, Хоука, учили бояться таких вещей, а Меррил они, напротив, казались естественными, и это одновременно пугало и вселяло странную надежду. — Ты так смотришь, как будто у меня дерево на лбу выросло, — хихикнула эльфийка. — Хочешь узнать, что рассказал Справедливость? — Д-да, пожалуй… — пробормотал Росса; он сел и стал расстегивать поножи, чтобы чем-то занять дрожавшие руки. — Значит, дух не обидел тебя? — Нет, — помотала головой Меррил, — он был очень любезен. Сначала я, разумеется, произнесла положенные фразы почтения — без них нельзя обращаться к духам. Справедливость удивился: он думал, все уже забыли эти правила. Бедняга, он столько пробыл в теле Андерса, что сам путается в элементарных вещах. — Что ты имеешь в виду? — переспросил Хоук; ему чудилось, что он проваливается в другой мир, где без долийки окажется слепым, глухим и совершенно беспомощным. — Ну, дух жалуется, что Андерс путает его мысли. Забавно, ведь Андерс говорил то же самое про него. Еще ему не нравится, что ты долго отвлекал Андерса от дела, но я не поняла, от какого именно. Правда, теперь дух не держит на тебя зла — зато его беспокоит Себастьян. — Справедливость все так и выложил? — не поверил Росса. — Конечно, он называл вас по-другому, но разобраться не так уж трудно. Например, ты для него «упрямый смертный», а принц Ваэль — «рыцарь, верящий, что демоны не одолеют его». — Меррил всплеснула руками и чуть не уронила корзину. — Он вспоминал свое прошлое среди Серых Стражей, но я не смогла отгадать его друзей: там были «гном-бражник», «угрюмец», еще какие-то эльфы… наверное, я просто с ними не знакома. — Ты говорила о Себастьяне, — напомнил Хоук. — Ах, да! Извини, я отвлеклась. Вообще-то я не вникала в детали, но дух вправду волнуется из-за Ваэля. Похоже, он тоже связан с делом Андерса. Может быть, ты прольешь на это немного света? Но Россе, напротив, казалось, что свет вокруг меркнет, оставляя в воздухе слабый запах дыма и селитры. Если Справедливость сделал правильные выводы насчет принца и закрытия церкви, он мог принять и новые меры «предосторожности». Что, если Андерс все-таки проник в подвал и перепрятал взрывчатку? Вполне возможно, раз Себастьян ничего не нашел… или нашел, но ничего не сказал? Хоук зажмурился: вдруг Ваэль уже собрал все доказательства и лишь ждет момента для их эффектного представления? Обвинив их с Андерсом при Эльтине, командоре Мередит и всем честном народе, он убьет нескольких зайцев одним выстрелом! Что ж, в таком случае Справедливости есть о чем волноваться. — Хоук, все в порядке? — Меррил робко дергала его за рукав. — Ты так глубоко задумался… Мне лучше уйти, или ты дослушаешь? — Так это еще не все? — устало промолвил Росса. Право, сегодняшний день его доконает. — Осталось самое главное — насчет нашего плана. Я не согласна с Фенрисом, что он не сработает. По-моему, все как раз должно получиться. — Мне бы твою веру, — криво улыбнулся Защитник. — Чем же еще поделился наш дух? — Ну, тогда, на собрании, я оказалась права, — и Меррил гордо выпятила худенькую грудь. — Справедливость очень устал от нашего мира и от жизни в теле человека. На самом деле, он желал бы вернуться обратно в Тень, но только после того, как Андерс выполнит задание. Что за задание, он так и не сказал, но… — Тогда будет уже поздно! — воскликнул Хоук. — Как ты не понимаешь: мы затеяли все это, чтобы успеть до того, как дух заставит Андерса… — он до боли прикусил язык. — Неважно. Прости, я правда не могу все тебе сказать. — Но в Тень можно вернуться лишь двумя способами, — неожиданно твердым голосом продолжала эльфийка. — Нужен либо сложный ритуал, либо… дух освобождается, покинув мертвое тело, — шепотом закончила она. От таких слов Хоуку опять чуть не стало дурно. Вот, значит, в чем причина жертвенного спокойствия Андерса: он жаждет освобождения не меньше, чем Справедливость. Возможно, они даже договорились, или дух обманул его, пообещав… Нет, маг не настолько доверчив, он просто… — Смертельно устал, — пробормотал Защитник себе под нос. «Хорошо, что скоро все закончится», — именно так сказал Андерс. Но даже если он утратил надежду, Росса был готов цепляться за любую соломинку. — О каком ритуале ты говоришь? — спросил он. — Наверное, это очень сложно, и ты не смогла бы его провести? — Я бы так не сказала, — задумчиво протянула Меррил. — Видишь ли, Элувиан — зеркало, которое я чинила — предназначен именно для таких целей… точнее, и для них тоже. С помощью зеркала можно вызвать духа из Тени. Разумно предположить, что это работает и в обратную сторону. — Но ведь ты его разбила, — уточнил Росса. — Ты при мне разбила стекло — мы тогда еще здорово поссорились. Или… погоди, ты что-то недоговариваешь? Долийка спрятала руки за спину и потупилась. — Э-э-э, да, я была страшно зла на тебя, просто ужас как зла, но потом решила, что ты не до конца меня понял, и я… — Создателя ради, Меррил! — Это не то, что ты думаешь! — порывисто возразила она. — Вы даже не стали меня слушать! Зато теперь я могу помочь Андерсу, или ты этого не хочешь? — Да это единственное, чего я хочу! — воскликнул в ответ Хоук. — Но меньше всего мне нужно, чтобы мои друзья рисковали ради этого жизнью и рассудком! Представляешь, чем все может кончиться, если ты допустишь ошибку? А что скажет Хранительница — она же ясно дала понять, что думает о твоих опытах! — Теперь все будет по-другому! — заявила Меррил. — Хранительница Меретари поможет нам, вот увидишь: дух возвратится в Тень, и все будут жить долго и счастливо! «На развалинах киркволлской церкви», — мысленно добавил Хоук. Меррил сжала кулачки и от волнения стала почти пунцовой. Он выдохнул и виновато взглянул на эльфийку. — Извини, что накричал на тебя. Я понимаю, ты очень хочешь помочь, но… не забывай об условиях Справедливости. Если Андерс не сделает то, что от него требуется, дух не оставит его в покое. — Кто знает: дух может и передумать, — заметила она. — В любом случае, не будет никакого вреда, если я поговорю с Хранительницей и подготовлю все для ритуала. Или ты мне не веришь? Росса глухо застонал. Как нужно было поступить: сказать правду и оттолкнуть Меррил, лишив Андерса малейшего шанса на спасение? Или снова лгать и притворяться, подвергая опасности столько народа? Создатель, когда же их испытаниям придет конец?! — Нет, ты права, нельзя терять времени, — через силу признал он; долийка радостно заулыбалась. — Отправляйся в клан сегодня же и жди нас, а я постараюсь, чтобы… тут ничего не сорвалось. Есть еще, по меньшей мере, день в запасе, но мне нужно завершить кое-какие дела. — Дополнить завещание он успеет, а вот как готовить оружие, если Андерс завтра останется дома? Видимо, придется заняться этим еще до рассвета. — Можешь на меня положиться, — торжественно промолвила Меррил. — Ты же знаешь, я всегда хотела быть полезной и… сделать что-то хорошее. Я не подведу вас, обещаю! — Хоук кивнул, и эльфийка вышла из кабинета, только что не подпрыгивая от нетерпения. Теперь он мог хотя бы снять проклятую броню. Бросая части доспеха на пол, Росса поплелся в спальню и упал поперек кровати лицом вниз. Казалось, каждый его шаг, каждое решение приводили к новым бедам, сплетавшимся в один душащий комок. Он доверял Андерсу, но любимый обманывал его; он не доверял Меррил, и теперь от нее, возможно, зависело их будущее. Мама была права: он, Хоук, не умел жить спокойно, окружив себя надежными, «правильными» людьми. Но был бы он счастлив на ферме в Лотеринге, не случись там мор? Что бы делали Андерс, Авелин, Варрик, Изабелла, что стало бы с Киркволлом, драконами и кунари, если бы он не явился сюда, шатаясь от голода и морской болезни? Все было бы совсем по-другому и, вероятно, не так печально… — Рось, ты спишь? — кто-то потормошил его за плечо, и Хоук очнулся. Рядом сидел Андерс; в последнее время он еще больше похудел и в своих черных перьях напоминал какую-то птицу. — Боудан сказал, тебе было плохо, — обеспокоенно продолжал маг. — Так не годится, ты совсем себя не щадишь. Думаю, все поймут, если пропустишь завтрашнее празднество: тебе надо хоть немного отдохнуть, а там будет целая толпа. — Какое празднество? — Росса сел и принялся массировать виски. Рука Андерса легла ему на затылок, и голову окутало тепло целебной магии. — В календаре вроде ничего не значится. Ну что за город: лишь бы веселиться, деньги на ветер бросать. — На этот раз хоть повод нашелся — торжественное открытие церкви, — будничным, даже скучающим тоном ответил маг. — Я заходил к Лирен, там только и разговоров, что об угощении для бедных; мол, сестры-церковницы будут раздавать бесплатный суп. Интересно, сами они стали бы его есть? Я как-то пробовал это варево, и… — Но я слышал, что открытие только послезавтра, — выдавил Хоук; он зарылся носом Андерсу в перья, не в силах смотреть тому в лицо. — Пришлось перенести: то ли Эльтина настояла, то ли Себастьян — я толком не понял. Впрочем, так даже лучше, — и он ласково взъерошил Россе волосы.