Миссия : " Затерянная деревня. Мир тумана "

Помещение было очень темным. Под ногами все время попадались куски досок и какие-то осколки разбитой посуды. Слабый свет впереди мерцал за старыми и почти рассыпавшимися занавесками. Он немного мешал, так как, посмотрев на него, Канда долго привыкал к темноте и не раз спотыкался. Когда зрение опять адаптировалось к мраку, японец заметил, что вдоль стен в этом храме тянутся решетки. Они формировали некое подобие клеток. В некоторых местах прутья были разломаны, будто оттуда что-то вырвалось. Мечник отвлекся и едва не полетел кубарем на пол. Только чудом он смог переступить балку, с которой во все стороны торчали острые гвозди. Прозрачные занавески едва не рассыпались от прикосновений, являя взору экзорциста небольшой алтарь. Каменное возвышение было небольшим и напоминало стол. Прямо за алтарем Юу заметил довольно таки странное построение. Квадратная колона стояла за алтарем и поднималась в высоту, скрываясь во мраке. Она была довольно широкой и объемной. Сложно было угадать ее предназначение. Канда окинул взглядом сам алтарь. На нем стоял единственный источник света в этом мрачном храме – подсвечник с тремя горящими ровным пламенем свечками. Он освещал кроваво-красную шелковую ткань, укрывающую весь алтарь. Прямо посередине была застелена белая ткань, на которой лежал кусок самой обычной веревки. Кое-где ее покрывали бурые пятна. - Кровь… - едва слышно констатировал экзорцист и прищурил глаза, всматриваясь в то, что лежало вокруг веревки. Небольшие фарфоровые чаши с непонятным порошком, несколько стальных игл, а так же свитки, исписанные мелким почерком. Прямо к стенке странной постройки крепились деревянные полки. На них стояли чаши с благовониями и была прикреплена небольшая деревянная табличка с вырезанными иероглифами. Японец пробежал глазами по тексту. « Высшая мера покаяния – это повиновение богам, судьбе и воле старейшин. Все люди смертны… Все избранные Небесами должны взлететь, раскинув крылья судьбы и спасения над нами. Великая милость стать одним из многих, кто защищает деревню. Тьма не вырвется на волю, пока чистые и святые души предстают пред бездной смерти. Возносите их к небесам и молитесь за них в покаянии » - вот что удалось прочитать мечнику. Он лишь скептически хмыкнул. Глупая писанина для глупых деревенских людишек. Отличный способ, прикрываясь волей богов, руководить этим напуганным стадом. Юу протянул руку к небольшой деревянной статуэтке. Она стояла на полке рядом с табличкой. Это была девушка, которая низко склонила голову и сложила руки на груди. На ее затылке сидела большая малиновая бабочка. - Да что за хрень? – японец презрительно скривился. – У них тут культ поклонения моли, или как? Только его пальцы коснулись деревянной поверхности, как по всему храму раздался громкий вскрик. Мечник инстинктивно развернулся, готовясь к нападению. Глаза, привыкшие к свету, плохо видели в темноте. Оставалось надеяться лишь на слух. - Лави! Что произошло?! – послышался взволнованный голос Шпенделя и лепет Линали. - Ай…. Ногааа… - Кроль практически взвыл. «Гвозди» - мрачно подумал Канда и раздраженно вздохнул. Это было очень плохо. Рана будет мешать Лави двигаться, и это может сыграть плохую шутку в случае опасности. - Бака Усаги! Ты что, под ноги не смотришь?! – рявкнул Гроза ЧО. – Если ты будешь нас тормозить – я лично тебя прирежу! - Канда! – Линали предложение явно не понравилось. – Прекрати нести чушь! Ему нужно помочь! - Так помогайте! Я тут-то причем?! – мечник даже смотреть на это ничтожество слепое не собирался. Через некоторое время в свете свечей появились три силуэта. Лави прыгал на левой ноге, держась за плечо Шпенделя. Тот придерживал кроля за талию и что-то говорил. Линали обеспокоенно поглядывала на искалеченного друга, иногда поддерживая его за локоть. - О, Юу! – сразу же заулыбался пострадавший. – А я там балку с гвоздями нашел... ногой. - Лучше бы головой… - мрачно отозвался самурай. – И что теперь с тобой делать? - Любить, кормить и лелеять! - не растерялся ученик Книгочея. - Мне больше нравится вариант – убить, расчленить и закопать, - мечник демонстративно провел пальцами по лезвию Мугена. - БаКанда! Прекрати! – серые глаза смотрели угрожающе. – Ему нужно помочь. А твои тупые шуточки сейчас совершенно не к месту! - Я и не шутил, Шпендель, - в темных раскосых глазах полыхнули яростные искры. – Хотя, ты будешь первым на очереди… - Эм… ребята… - тихо позвала Линали. Два сильнейших экзорциста и заклятых врага синхронно повернулись к девушке. Та сидела на полу рядом с Историком-младшим и смотрела на его окровавленную ступню. - Насквозь прошло… - Ли достала из сумки на поясе бинт и оторвала от него кусок, начиная осторожно вытирать текущую кровь. – Рана очень нехорошая… слишком много крови. Лави, пальцами пошевелить можешь? - Могу, - ученик Книгочея улыбнулся, но сразу же слегка поморщился. – Вот только болит, зараза. Обладательница Черных сапог только покачала головой и внимательнее осмотрела рану. Стопа была продырявлена насквозь. Отверстие от гвоздя имело рваные, слегка завернутые наружу края. Ярко-алая кровь окрашивала разорванную плоть, заполняя рану до краев. - А теперь я обработаю ее. Будет немного щипаться, но терпи, - девушка достала маленький пузырек с темной густой жидкостью. - Это хоть не изобретение Комуи? – рыжик недоверчиво покосился на странный медикамент. - Это изобретение Матроны, - Линали быстрым движением вылила смесь прямо в ранку. Лицо Историка вытянулось, и он взвыл, начиная болтать ногой. Жидкость в ране пенилась и шипела, от чего пострадавший экзорцист завыл еще громче. - Тч! Тупая крольчатина, на тебя смотреть противно. Терпи! – скривился Канда. – Ты сам виноват в случившемся. Нужно было смотреть под ноги, а не рот до ушей разевать. - Юу, ты злой, - жалобно захныкал Историк. - Не смей называть меня по имени, а то я тебе и вторую ногу продырявлю. Мугеном. - Ага, и будешь носить его на руках до конца миссии, - Линали тихо фыркнула и начала бинтовать пострадавшую конечность. - Тч! – японец презрительно фыркнул и отвернулся от раздражающих личностей. - Эх, никто меня не любит… - наигранно трагическим голосом произнес Историк-младший и поднял грустные глаза на китаянку. Девушка едва заметно вздохнула и отвесила рыжику легкого подзатыльника. - Поднимайся, зевака. - Я не зевака, просто оступился! – сразу же начал возмущаться экзорцист, медленно поднимаясь на ноги. Не успел Лави сделать и нескольких осторожных шагов, как что-то громко треснуло. Левая нога провалилась в неглубокую дыру, а сам парень едва сумел предотвратить падение, опираясь на больную ногу и тихо шипя от не совсем приятных ощущений. - Да уж… Я много в своей жизни придурков видел, но ты, Усаги, все рекорды бьешь, - глаза Канды горели ехидством. Однако Историк не реагировал. Он кое-как выбрался и осторожно опустился на колени, засовывая руку в дыру на полу. Несколько мгновений и взгляды экзорцистов прикипели к небольшой записной книге в черной обложке. - Вот это да… Лави, ты тайник нашел, - Аллен подошел ближе и коснулся пальцами находки. – И что это? - Сейчас посмотрим, - ученик Книгочея раскрыл книгу и начал быстро перечитывать текст. – Интересно… Это что-то на подобии дневника некого фольклориста. - Кого? – белесые брови поднялись вверх. - Это человек, который собирает мифы и легенды. Похоже, что эта вещь принадлежала именно ему. Здесь говориться о начале путешествия в Деревню богов. Фольклорист хотел узнать о запретном ритуале, который проводили местные жители, - Лави читал одну страничку секунды за три, чем вызвал изумленные взгляды Линали и Аллена. –Тааак… похоже, что его не допустили к тайне исполнения ритуала и старались всячески оградить от информации… - Вот он - будущий Историк, - едва слышно сказал седовласый, продолжая неверяще смотреть на рыжика. Тот был очень серьезен и сосредоточен. - … Фольклорист говорит о том, что ему удалось пообщаться с избранной. Это девушка по имени Саэ. Она принимает участие в запретном ритуале. Когда он спрашивал Саэ о том, что будет с ней после ритуала, девушка сказала, что она станет одной из стражей деревни. Саэ рада, что ей выпала большая честь. Их беседу прервал Мастер церемонии. Он был очень недоволен тем, что Саэ общалась с чужаком без его разрешения. Мастер запретил им общаться. Фольклорист поклялся, что докопается до правды любым путем… - Саэ… - задумчиво произнесла Линали. – Постой, Лави! Мы нашли дневник этой девочки в комнате на втором этаже. Китаянка порылась в сумке и достала белый блокнот. И протянула его Историку. - Посмотри, что там написано. Лави открыл находку и пробежался взглядом по страницам. Его глаза удивленно распахнулись. - Это и есть та самая Саэ. У нее была сестра – Ияэ. Они обе стали избранными для… Хм, здесь стоят пропуски. Упущено слово. Саэ пишет, что об этом запрещено говорить. У них с сестрой одна судьба на двоих. Они примут покаяние и закроют… Опять пропуск. Если ритуал не произойдет - … кто-то разгневается и накажет жителей. Стоп… - ученик Книгочея поднял взгляд. – Здесь вырвано много страниц. - Бред какой-то. Тч, - фыркнул Канда. – Может, займемся делом вместо того, чтобы читать бред сопливой девчонки? - Этот бред может помочь понять, что же здесь произошло! – седовласый отреагировал молниеносно. – Тебе так хочется – вали отсюда и иди куда хочешь! - Если я свалю, - японец ухмыльнулся. – Мне придется писать рапорт о том, почему вас троих убили во время моего отсутствия. Ведь один бобовый Стручок только и умеет, что громко лаять, а на деле он слабак без своей ЧС. Джокер Бога напрягся всем телом и с хрустом сжал в кулак руку с Невинностью. - На тебя у меня силы хватит, БаКанда, - холодная улыбка изменила до неузнаваемости мягкие черты лица Аллена. - Опять вы за старое, - вздохнул Лави. – А я тут кое-что интересное нашел. Оказывается, что в это секретное место имеют доступ те, кто отрекся от света, кто не слышит, не видит, и чьи уста утратили способность лгать. Ужас какой-то… Те, чьи сердца живут в молчании… - Что же это за создания такие? – Линали поежилась и подошла ближе к ребятам. - Не знаю, но вот еще кое-что. За три дня до церемонии к фольклористу пришел Мастер и сообщил, что он будет иметь возможность следить за ритуалом. Но для этого он должен пройти ритуал очищения в доме Мастера. Фольклорист согласен, но ему неспокойно и немного страшно. Этим же вечером он должен явиться к Мастеру церемоний, а перед этим провести покаяние в храме Раскаяния. Фольклорист пишет, что он решил оставить там свои записи, так как его душа не может найти покоя. Он чувствует, что произойдет что-то плохое. Это последняя запись. - И судя по тому, что он не вернулся и не забрал свои записи, это плохое все же случилось, - Аллен хмурился. – Что же за ритуал такой? И почему фольклориста вдруг пригласили на него посмотреть? - Нам нужно в дом Мастера церемоний, - Канда напряженно вгляделся в темноту за алтарем. - Знать бы только, где он, - буркнул Шпендель и зябко повел плечами. – Сквозняки какие-то. Холодом веет. Линали поежилась еще больше и едва заметно задрожала. То, что случилось в комнате, опять предстало в сознании девушки во всей своей красе. Холодные, даже ледяные пальцы сжимали ее ладонь. Ли казалось, что этот холод так и остался внутри нее. Прикосновение чего-то чужого, неестественного для этого мира… казалось, что на руке китаянки стоит невидимое клеймо. - Нужна карта… - голос девушки едва слышно дрожал. Она кусала губы. – Давайте пойдем отсюда. - Линали, с тобой все в порядке? – Уолкер обеспокоено посмотрел на Ли-младшую и закинул руку Историка себе на плечи, помогая ему идти. - Да, Аллен-кун, - экзорцистка натянуто улыбнулась и посмотрела на Канду почти умоляющим взглядом. – Пойдем… «Она что-то чувствует, или же просто испугалась?» - подумал японец и кивнул, направляясь следом за Линали. Пока Лави читал, Юу прислушивался к довольно странным звукам за алтарем. Что-то похожее на шепот… Мечник хотел пойти и посмотреть, что же там, но Линали готова была разреветься. Пришлось уходить. Вот что было очень странным – чувство того, что кто-то смотрит в спину, усилилось. Каждая нервная клетка сигналила об опасности, а по спине волнами пробегал холодок. Рядом что-то было. Оно всегда держалось неподалеку, но сейчас подошло очень близко. Темноволосый экзорцист чувствовал нутром, как из этого мрака что-то смотрит в их спины, и это что-то не имеет души… это не человек… Лави проклял балку с гвоздями, пока переступил ее. - Ужас, там осталась лужа моей крови, - прохныкал он, цепляясь за Аллена и ковыляя в сторону едва заметного в темноте дверного проема. - Главное, что там не осталась вся твоя нога, - едва заметно улыбнулся седовласый и переступил порог храма. - Это точно! – Историк тихо фыркнул. – Никогда больше не буду по всяким темным храмам лазить без фонарика… - А ведь это идея, Лави! – Уолкер повеселел. – Давайте найдем хоть какие-то источники света, а то вдруг в следующий раз под чьими-то ногами окажется что-то опаснее ржавых гвоздей? Линали тоже радостно поддержала идею ученика Книгочея и напомнила о том, что найти карту деревни тоже не мешало бы. Опять туман и вечная ночь… Юу скривился от протрухшего запаха, доносившегося со стороны храма. А ведь внутри так не воняло. Вдруг синие глаза широко распахнулись, а чувство тревоги опять заколотило по напряженным нервам. На полпути к ступенькам японец резко развернулся и остолбенел. Прозрачная дымка тумана не могла спрятать белую руку, которая тянулась из приоткрытого дверного проема и лежала на двери, царапая ее. Это продолжалось пару мгновений. Затем рука молниеносно исчезла в темноте, а дверь бесшумно закрылась.