Тайны багряной воды

Примечание Автора: в главе будет музыка, пройдите по ссылке, когда она встретится, а потом выключите трек после окончание курсива. - Эй, очнись! – кричал Ято. Тело Ики Хиери лежало у него на руках, но она не выглядела спящей, как когда душа выходит наружу. Его сердце безумно бухало в груди, а ее пульс едва ли прощупывался. Все тело Ято горело из-за тревоги, подначиваемой жарой, а ее руки холодели с каждой секундой. Его кожа покрылась испариной, а она постепенно бледнела, и ее дыхание ослабевало. Бог не мог видеть причину таких перемен, потому что он находился по другую сторону обманчивой иллюзии. Все попытки растолкать подругу проваливались, но Ято лишь с отчаяньем озирался по сторонам, не стараясь найти выхода из положения. «Не уберег. Снова не сдержал обещание» - мучила его горькая мысль. Хиери упала так неожиданно и необъяснимо, словно произошло самое ужасное. Страх за девушку вскружил ему голову, упорно мешая взять встревоженное сознание под контроль. Все идеи и догадки уходили от Ято, и он не мог ничего предпринять. Это и называется паникой. «Успокойся!» - попытался вразумить Бога шинки, но сам мальчишка был чрезвычайно напуган, и не известно, сколько же мужества ему потребовалось, чтобы не прогнуться под натиском чувств. Однако именно голос Юкинэ отрезвил Ято и заставил его действовать. Он, оглядев Хиери, окончательно вытянул ее из воды, потому что это не могло быть совпадением. Однако все осталось по-прежнему. Тогда Бог вскочил и, все еще ведомый своей интуицией, сам вошел в купель. Тут-то обман и разверзся перед ним. Пелена пала с глаз, открывая истинную суть вещей и того, где они находились. - Ты это видишь? – спросил он Юки. «Да». Озеро, полное крови, кипело под ними, а все вокруг: земля и небеса, деревья и трава, валуны и здания - окрасилось в рубиновые тона. Ято чувствовал, как его существо пытаются утянуть вглубь; чувствовал, как нежно кровь ласкает его кожу и как она старается подарить покой и забвение. Но он боролся. Образ девушки, что осталась позади, не давал ему потерять себя вновь. «Паршиво, эта жидкость может моментально погубить шинки». Бог, даже не задумываясь, откинул клинки на берег и продолжил двигаться вперед. - Юкинэ, - он вернул ему человеческую форму. – Не смей приближаться к воде, это из-за нее тогда мне было плохо! Паренек, уже собравшийся кинуться следом, так и застыл на месте: он слышал Ято, но не видел ни его, ни крови, ни огромного аякаши. Вода приобрела свой обычный вид, как и окружающий его мир, и только бесчувственное тело девушки напоминало Юкинэ о том, что здесь было несколько секунд назад. Такова была мощь призрака и его проклятия. - Хиери, - произнес мальчик вслух. Ее имя всегда успокаивало шинки. Он положил голову подруги к себе на колени, взгляд Юкинэ остекленел, но он не мог позволить себе отчаяться. «Я верю, Ято. Верю в тебя».

***

Yann Tiersen – Naval https://vk.com/audios227175777? performer=1&q=Yann%20Tiersen%20naval

Картинки так быстро сменяли друг друга, что поначалу было сложно вникнуть в ту историю, что они рассказывали. Вот перед ней мелькает улыбающаяся женщина, в глазах которой блестят слезы. Вокруг много людей, и все они кричат и указывают на тебя, а потом на эту женщину, из-за чего она снова плачет, и что-то на периферии сознания шепчет: «Мама». Тебя крепко обнимают, и родное тепло дарит счастье, но потом внезапно кутают в жесткую и мешковатую одежду, лицо закрыто под этой тканью так, что не видно света, который так жжет. Становится страшно. Тебя несут на руках, ты плачешь и слышишь вопли вокруг, но женщина лишь сильнее прижимает тебя к себе и ускоряет свой шаг. А потом ты забываешь, как выглядит солнце. Помнятся только холодные звездные ночи, которым нет конца, слезы мамы и эта ненавистная вода, в которой ты горишь. Женщина улыбается тебе как прежде все реже, все чаще смотрит пугающе и странно и шепчет что-то, чего ты не можешь понять. Ты скучаешь и просишь выпустить к другим людям, к папе, но она бьет тебя наотмашь, а потом снова обнимает и плачет. Плачет вместе с тобой. И появляются другие дети, твои ровесники, но в их глазах есть что-то знакомое. Что-то, что есть и в глазах мамы. Холодное. Они сторонятся тебя, а ты смотришь в отражение и пугаешься. Белая. Белая кожа и белые волосы, голубоватые глаза с алыми крапинками. Другая, непохожая на них. И снова плачешь, не можешь понять, почему так отличаешься, а потом вновь горишь в этой горячей воде до алых волдырей. До ломоты в костях, погружаешься с головой и больше не можешь стерпеть боль, кричишь. И снова перерыв. Долгий, даже думаешь, что это конец, думаешь, что мама сдалась, и больше не будет мучить тебя. Думаешь, что все станет как прежде, но… Однажды видишь, что та вода окрасилась в алый. Те дети мертвенно бледны, как и ты, а из порезов на их шеях хлещет кровь, обагряющая кипящий источник и камни вокруг. В глазах щиплет, ты не можешь пошевелиться и безмолвно наблюдаешь, захлебываясь ужасом. А мама уже не кричит, не плачет, а смеется и что-то говорит, не весело, а страшно. И подходит к тебе. В ее руке что-то блестит, но ты не бежишь, потому что веришь и любишь ее до конца. И удар - больно, но ты терпишь, ведь не первый раз уже. Вот только голова странно кружится, и ты падаешь. Из раны тоже течет кровь, но сознание упорно не теряешь, смотришь и ждешь, хоть и шевельнуться не можешь. Вдруг рядом падает она с такой же раной, а ты даже кричать не способна, потому что кровь хлещет все быстрее, и картинка расплывается. Мама закрывает глаза первая и улыбается тебе как прежде. Ты видишь, будто что-то странное перетекает из ее крови в воду, а потом приходит темнота. Долгожданная и ненавистная. И ты закрываешь глаза навсегда. Крепкое объятие и невесомость. Стремительный, резкий подъем и неосознанное сопротивление тела. В голове все мешается, хочется продлить ту истому как можно больше, хочется забыться там. Отвлечься от боли, от смутных чувств и чужих воспоминаний. Хочется спать. Хочется покоя и тишины. Но тут все это вытесняет собой нечто очень важное. Запах. Такой сильный, такой близкий, такой манящий и приятный, что хочется непременно попробовать. Но, не просто съев, а растянув это удовольствие как можно дольше. Мокрое касание языка – она не разобрала, следующий укус – будто бы что-то соленое, с легким привкусом… Но тут сонливость окончательно побеждает на самом интересном месте. Тело расслабляется в его надежных руках, становится абсолютно беззащитным и невинным, лишь непроизвольное облизывание приоткрытых губ напоминает Ято о внезапном порыве подруги. А он так и стоит на каком-то валуне, глядит на нее с изумлением и даже сказать ничего не может - до такой степени Бог был растерян. На плече, в которое она его укусила, очевидный след. А у Ято руки заняты, чтобы прикрыть его. Так и пришлось ему прыгать по камням к берегу, у которого ждет Юкинэ вместе с настоящим телом девушки-духа. Последняя, как только они приблизились, вернулась в свою оболочку, так и не приходя в сознание. Хорошо, что Бог успел поправить кимоно до того, как мальчик обратил внимание на укус. Хотя, пожалуй, он был слишком рад возвращению друзей целыми и невредимыми, чтобы глядеть на такие нюансы. Вот так и закончились их поиски ужасного аякаши.

***

Хиери очнулась в слезах из-за того, что ей снова снилось прошлое девочки-призрака. «Альбинос, - пришло неожиданное осознание, - Она родилась альбиносом». Эта была печальная легенда рекана, что они все так искали. Это была история тех времен, когда боялись и ненавидели все неизвестное и неизученное. Это была эпоха, когда чужая жизнь ничего не стоила. - Хиери, успокойся! Мы рядом, не плачь! Девушка раскрыла глаза, крепко прижала к себе подруг, что оказались рядом. Сейчас они не понимают, что с ней творится, но им и не нужно этого знать. Правда слишком ужасна. Единственное, что в этот момент нужно было Хиери, - это поддержка. Яма нежно гладила подругу по спине, Ами что-то горячо нашептывала, девушка успокаивалась, и рыдания постепенно утихали. Все трое находились сейчас в холле. По-видимому, мальчики не успели донести ее до номера, столкнувшись с подругами, и им пришлось усадить Хиери за стол, где она и проснулась. Подумав о них, Ики случайно заметила друзей, прятавшихся в тени садовых деревьев. Оба смотрели на нее обеспокоено, видимо, им тоже хотелось быть рядом. Она с трудом уняла остатки слез, выдавила улыбку, давая понять, что с ней все хорошо, а потом силуэты Ято и Юкинэ медленно растворились в глубине внутреннего двора. - Что произошло? Хиери почувствовала, что если начнет рассказывать им долгожданную историю, то снова расплачется. Она зажала рот руками, закачала головой и, видимо, подруги увидели в ее глазах что-то, что заставило их унять свое любопытство. - Не хочешь – не говори, мы поймем, - уверенно произнесла Ами, обнимая девушку еще крепче. Ики была им очень благодарна за это, но тут кое-что встревожило ее: - Который сейчас час? - Скоро ужин. Мы нашли тебя здесь спящую примерно после полудня, но не смогли растолкать. А из прислуги лишь пара женщин, так что донести тебя до номера мы тоже не смогли. Глаза Хиери округлились, и она неожиданно выдала: - Пожалуйста, пообещайте мне, что ни в коем случае больше не будете посещать купальню! - Совсем-совсем? – не поняла Яма. - Душ – сколько угодно, но не озеро, - сказала Ики еще серьезнее. - Хорошо, - кивнули обе, почему-то им хотелось верить Хиери без всяких объяснений. Время уходило. Безжалостно утекало. И ей действительно некогда было любезничать с ними, пусть они и были ее лучшими подругами. Ики поднялась, тело заныло, но она терпела: - Я, кажется, еще хочу спать. Проводите меня до номера. Яма и Ами кивнули, и все трое отправились наверх. Как только дверь за Хиери закрылась, она оставила свое тело и вышла через балкон во двор; туда, где последний раз видела Ято и Юкинэ. Она должна была поговорить с ними.

***

- Я все думаю… - начал шинки, - Ты сказал, что после проклятия аякаши стал бессмертным. Тогда в чем толк от того, что мы нашли его, если все равно не сможем уничтожить? - Бессмертные призраки не так сильны, как кажется на первый взгляд. Он ведь огромный, верно? И с годами он будет только расти, но вред душе он может нанести лишь в одной довольно небольшой части себя. - Это и есть его слабое место? – смекнул Юкинэ. - Да, верно. Вот только шинки, даже священный, его не возьмет. - А разве есть другие варианты? Ответ Ято прервал громкий шелест листвы над их головами, спустя мгновение сверху рухнула Хиери. Девушка была запыхавшейся, и, как обычно, ее юката была растрепана. Юкинэ сразу же переключился на нее, стал интересоваться самочувствием и прочим, а Бог тихонько стоял в сторонке с незаметной улыбкой облегчения. Сейчас было не до проявления бурных эмоций. Он радовался, что все обошлось, но предпочитал скрывать это. - Мало того – неряха, - Ято не смог удержаться и вытянул листочек из ее волос, - Да еще и перебиваешь. Ну, так вот… - Я знаю, что здесь произошло! – кажется, Хиери вообще не слышала его. – Мы сможем одолеть аякаши! - …зачастую, - Бог просто заткнул ей рот и продолжил: - Духи погибших людей не могут упокоиться. Они желают о мести, и большинство переступает черту. Но случается и такое, что некоторые духи не обращаются ко злу, прикрепляясь к месту так же, как и призрак. Они не способны стать шинки, и не могут… Стоп. Что ты сейчас сказала? - Мы можем одолеть аякаши, - повторила она. – Я нашла такого духа. Когда Хиери это сказала, из-за дерева показалась девочка-призрак. У Ято от удивления раскрылся рот, а Юкинэ же опасливо шарахнулся прочь. - Больше не хочу видеть смерть, - протянула она своим мелодичным голоском. - Хиери, я тогда обыскался кого-то подобного. А ты… Ты просто привела ее, наше спасение, к нам, - на слова Бога девушка лишь пожала плечами, а потом перевела взгляд на духа. Выражение ее лица изменилось. - Она уже видела тебя раньше, но не показалась, потому что ты напугал ее, - с грустью сказала Хиери, а потом добавила: - Она сказала, что ты был холодным. Призрак проплыла вверх, прямо к лицу Бога. Ее волнистые белоснежные пряди затрепетали на ветру, печальные глаза смотрели пронзительно, но в них не было враждебности. Она обняла ладошками его скулы и замерла. Ято неуверенно улыбнулся. - Тепло, - произнесла девочка, опуская руки. Потом она подплыла к Юкинэ. Мальчик не смел шевельнуться, слишком уж жуткой казалась ему незнакомка. Но она не стала делать ничего, что могло испугать его еще больше. Девочка робко коснулась его рук, потом заглянула в глаза и смотрела долго и пристально, пока не увидела в них ответного дружелюбия. Тогда она неожиданно приблизилась и обняла мальчика крепко-крепко, и прошептала: - Братик, - он неуверенно обнял ее в ответ. «Всего лишь дух маленькой девочки». И она растворилась, оставив после себя голубоватые искры. - Глядите! – воскликнул Ято. Он полностью, с голову до пят был покрыт чем-то сверкающим. Его одежка, лицо, руки и даже волосы блестели, переливаясь в лучах заходящего солнца мелким бисером, словно тысяча звезд. - Я не давал ей имя, но она как-то смогла это сделать! – Бог был поражен больше, чем Хиери и Юкинэ вместе взятые. – Приди, Секки! Мальчик повиновался, и теперь он в форме катан сверкал так же, как и Ято. - Она хочет положить всему этому конец и вернуться домой, - прошептала Хиери, смахивая слезинку. – Хочет защитить тех, кто способен стереть ошибки прошлого. - Тогда мы сделаем это, – горя решимостью, твердо сказал он. – Я услышал твое желание, девочка-дух. Ты сделала все, что могла, остальное теперь на нас.