Обещаю, будет весело

Все самые безумные поступки в их жизни Фрэнк оправдывал тем, что «будет весело». Сесть на последний автобус без денег на обратную дорогу и ехать до конечной, потом до самого утра добираясь домой на чем Бог пошлет. Незаконно пробраться на крышу самого высокого здания в городе, ведь «весело же, и вообще, нас все знают, нам всё простят». Подойти к ребенку в парке с самым невинным видом: "Девочка, извини, можно одолжить твою скакалку? Этот дядя, - кивок в сторону Джерарда, - проспорил мне, и теперь должен 15 раз прыгнуть крестиком". Писать и говорить сумасшедшие вещи, а потом с интересом наблюдать за реакцией шокированной публики. Приставать к нему на сцене, потом, весело фыркая и язвительно комментируя, читать про себя статьи. До одури танцевать и петь под дождем в один из редких выходных дней, и пусть потом горло болит и не получается дышать носом, зато тогда было весело. А вообще-то, с этого все и началось. Много лет назад, когда Джерард еще был студентом художественной школы, и каждый день возвращался домой на другой конец города в самый час пик, сорок минут проявляя сущие чудеса выживания, героизма и мужества среди обозленных и взвинченных после рабочего дня людей. Много лет назад, чудом втиснувшись на заднюю площадку автобуса, Джерард даже не подозревал о том, чем закончится для него этот день. Где-то в самом начале автобуса с кондуктором громко ругалась дамочка лет пятидесяти, постепенно к ней подключились ее соседки, и скандал набирал обороты. Уэй постучался лбом о поручень, тяжело вздохнув. - Эй, красавчик! - услышал он откуда-то совсем рядом, но не обратил внимания, даже не подумав, что это ему. - Да посмотри же на меня! Джерард все-таки поднял голову, все еще не понимая, кого зовут. Каким-то чудом заняв одиночное сидение в углу, на него смотрел, улыбаясь, парень примерно его лет. - Иди сюда, - позвал он и похлопал себя по коленям. - Садись. Джерард едва не поперхнулся воздухом. Глаза парнишки напротив были светло-карими, хитрющими, и в них было обещание чего угодно: от постели до виселицы. Увидев замешательство Уэя парень улыбнулся еще шире. - Брось. Ехать долго, а ты такой маленький, замнут еще, - Джерард на такое заявление фыркнул, потому что назвать его маленьким было никак нельзя. - Иди уже сюда, будет весело, вот увидишь, - парень подмигнул, приглашающе кивнув головой. - Джи-Джи, - за несколько месяцев их знакомства Джерард уже уяснил, что, когда голос Айеро становится таким хитрющим, жди либо приключений, либо неприятностей. - Джи, у меня идея, от которой ты не сможешь отказаться. - Ограбить банк? - Я планировал это на следующий месяц, - озадаченно нахмурился Фрэнк. - Взломать Пентагон? - Когда-нибудь — обязательно. Но нет, Джи. - Что-то незаконное? - Да подожди же ты! - взорвался Фрэнк. - Слушай, Уэй, у тебя ведь брат на басу играет? Джерард подозрительно покосился на друга и медленно кивнул. - Я играю на гитаре, у меня есть еще один друг гитарист, а еще я знаю классного барабанщика. А ты поешь, - после паузы припечатал Айеро. - А еще я знаю, что ты пишешь стихи. - Ты ведь тоже. - Речь не обо мне. Джерард открыл рот, дабы возмутиться, но Фрэнк без обиняков закрыл его рукой. - Слушай, а давай группу соберем? Глаза Уэя расширились, стали большими-большими, он замахал руками и что-то возмущенно замычал Фрэнку в ладонь. - Чего? - нахмурился Фрэнк. Джерард укусил его за палец, и парень отдернул руку. - Я говорю: ты сошел с ума, Айеро! Фрэнк снова улыбнулся той самой обезоруживающей улыбкой, которая просто наповал сражала всех окружающих, и каждый, кто попадал под влияние этой улыбки, готов был отдать этому парню все имущество, выдать всю информацию и вообще отдать себя в рабство. - Ладно тебе, Джи-Джи, - Айеро толкнул его плечом. - Это будет весело. - Скажи мне, что мы вытворяем на сцене? - Не знаю, но... - Только не говори, что «это весело», - попросил Джерард. - И не собирался. Хотел сказать, что, чем бы это не было, мне это нравится. И нашим фанам, кажется, тоже. Слышишь? Они стояли за кулисами, готовясь с минуты на минуту выйти на сцену, к зрителям, которые уже ждали их. - Фрэнк. Айеро обернулся к нему, и глаза его были непривычно яркими и возбужденными даже для предконцертной лихорадки. - Поцелуй меня сегодня. Сейчас. На глазах у всех. - Фрэнк... - Поцелуешь? - Только если ты мне скажешь, что это значит для тебя. Фрэнк улыбнулся самыми уголками губ. Тени и свет сценических софит прыгали по его лицу так, что понять его выражение было невозможно, но глаза были непривычно серьезными для того Фрэнки Айеро, с которым Джерард уже больше трех лет играл в одной группе. - Ребята, выходим! - А для тебя? - спросил Фрэнк. Джерард хотел было что-то ответить, но их уже толкали к сцене, потому что выход и так задерживался. - Ребята, потом, все потом, на сцену, сейчас же!!! А на сцене, тем же вечером, стоило лишь Джерарду едва прикоснуться к его губам, Фрэнк оторвался от него и тихо проговорил, но Уэй, который ловил каждое его слово, расслышал все даже за оглушительным шумом толпы: - Это значит для меня целый гребаный и мир и даже больше. Это значит для меня всё, Джи, - а потом он потянул Джерарда за волосы на себя, не намекая даже, а прямо говоря о том, что прерванный поцелуй пора продолжить. *** - Давай поженимся. - Зачем? - Ну, не знаю. Будет весело. Джерард обернулся на Фрэнка. Тот сидел, закинув ноги на стол и отложив гитару, с самым невинным видом, на который только был способен. - Весело? - переспросил Уэй, иронично приподняв брови. - Очень. Ты только представь это себе, - важно кивнул Фрэнк, а потом его глаза загорелись, он подался вперед, и стал похож на того сумасшедшего парня, который пригласил Джерарда сесть к нему на колени в переполненном автобусе десять лет назад. - Нет, ты только представь: свадьба, папарацци, ты в белом костюме, торт, кольца, все дела. - Какой к черту торт, Айеро? - Вот именно! - Фрэнк поднял палец. - Айеро! Представляешь статью в Википедии? «Состав группы: супруги Фрэнк и Джерард Айеро». - Минуточку, - нахмурился Джерард. - А с чего ты взял, что я возьму твою фамилию? - Потому что тебе идет моя фамилия. Джерард картинно вздохнул. - Ну вот все не как у людей. Нет бы там романтический ужин, кольцо в коробочке, речь какая-нибудь типа «Джерард, любимый, мы с тобой уже столько лет вместе, и после всего, что мы вместе пережили, потеряли и достигли, я хотел тебя спросить, не согласишься ли ты стать моим мужем?» - Фрэнк на этих словах театрально возвел глаза к потолку. - А у нас ведь как? «Джи, давай поженимся, это будет весело». - Уэй, - перебил его Фрэнк. - Так ты согласен? Джерард посмотрел на него одним из взглядов категории «только мы двое знаем, что значат эти гляделки, вам этого не понять, смертные» и показал язык. - Да.