Открыть вселенную

жизнь – ужасно непредсказуемая штука. Она всё время преподносит нам сюрпризы. Алексей Пехов "Ветер полыни"

POV Шон

            Если у тебя что-то болит, значит ты жив. Но что делать, если болит всё тело, причём так, что шевелиться не хочется? Повиноваться желанию и остаться в постели? Как бы не так. По крайней мере, проснувшись сегодня утром, я, выслушавший длительное ментальное вливание, которое можно свести к двум словам: «сам дурак», - выбрался из-под тёплого одеяла, дабы приступить к делам насущным.       Так, а что там у нас, собственно говоря, насущное? Демоны на границах эльфийского леса? Масса вопросов к демиургу? Злые императоры с какими-то отварами для моего пострадавшего организма? Пустяки какие. Люди, успокойтесь. Внутри меня живёт голодный дракон. Вот он-то действительно страшен. И даже не пытайся твердить, гад чешуйчатый, что не из-за тебя я проснулся ни свет ни заря лишь для того, чтобы понять одну истину. Кормить нормально нас пока не станут. Да, между прочим, не пытайся меня винить. Сам тоже хорош. Оба хороши. Нет, не так. Втроём накосячили. Стоит и птичку помянуть, раз уж голос подал.       Вот только моё позитивное настроение продлилось ровно до того момента, когда, покончив с рутинными делами, коих было не мало даже в воскресный день, в гостиной не появились Бель и Ти с Аром. Отчего-то сразу вспомнились причины, из-за которых мы сейчас собирались посетить нашу покровительницу. Причины отнюдь не радужные. И ведь до мелочей вспомнились. Впрочем, как всегда. Что поделать. Память-то драконья.       Долина озера Полумесяца, как всегда, дарила ощущение покоя и умиротворения. Чувство дома.       Здесь я всегда ощущал себя любимым ребёнком, вернувшимся под крыло родной матери. Хотя, именно так, по сути, и было. Еще в конце паломничества Шар’риоран назвала меня любимым сыном. Не знаю как для кого, но для меня, до появления Бель с эльфами, покровительница была единственной родной душой. Еще в далёком детстве любознательный мальчишка с неусыпной жаждой к знаниям и всему новому был предоставлен самому себе. А как иначе, если родители такие же тронутые, а отец вообще постоянно перевоплощается тролль знает в кого, пропадая в неведомых далях? Хотя, не смотря на эти минусы, Алена я видел куда чаще, чем свою мать. Драконицей она была свободолюбивой. Жила, не признавая никаких уз. Даже уз материнства. Лишь через несколько лет после моего рождения, в ней проснулось что-то такое-эдакое, но, увы, на тот момент прекрасно понимающий, что мать может бросить его снова, мальчик уже не привязался к ней так, как к отцу. Ален же простил и, не сразу, конечно, принял. Вот тогда-то я и покинул отчий дом. Конечно, на родителей зла я не держу, мы даже общаемся иногда, но жить с ними под одной крышей как-то не тянет.       Куда податься потерявший цель Шон не знал. В нём осталось лишь одно. Желание познавать, доставшееся, наверное, от отца и мечта о крыльях. Именно они и толкнули меня на опасный шаг. Я решился пройти паломничество.       Было сложно. Действительно сложно. Наверное, Мать осознанно выматывала меня, заставляя полностью переосмыслить свою Жизнь и взгляды на неё, понять, принять и простить, что я и сделал. И обрёл свой первый дом. Дом, где на пороге, с ехидным смешком и готовыми шутками ждёт горячо любимая бабушка.        «И ты здравствуй, - раздалось в голове обиженное. – Бабушка, значит?»       Я рассмеялся.       А она, выходит, как всегда мысли мои слушала.        «Слушала, конечно, сын. – Сейчас мать была серьёзна. – Заканчивал бы ты с ретроспективами. Они тебя до добра не доведут. А с родителями, кстати, свидишься скоро».        «Зачем? – тут же нахохлился внутри ворон».       Дух рассмеялась.        «Узнаешь. Всё своим чередом. Готовь лабораторию».        «И проекты для восстановления замка тоже? – вмешалась в разговор слышавшая последние реплики Бель».        «Там как пойдёт, - загадочно протянула Мать, потешаясь. – А вообще, вы ведь пришли сюда для того, чтобы спросить меня о чём-то».       Я кивнул.       Сама ведь знает. Так зачем спрашивает?        «А почему ты задаёшь вопросы, даже если уже прочёл мысли собеседника?»        «Чтобы не выказывать большую силу. Полная осведомлённость не всегда располагает к доверию».       Ответом на мою отповедь стала мягкая улыбка.        «Молодец. Вот и у меня резоны те же. Что ж, раздевайтесь, тогда и поговорим».       Мы переглянулись.        «Раздеваться, в смысле?»       Мне показалось, что заливистый смех матери раздался не в наших мыслях, а в самой долине, пронесясь с ветром, запутавшись в листве и пустив по воде причудливую рябь.        «Ну о чём ты думаешь, девочка. У вас пока потомства достаточно, так что до портков. А там посмотрим. Кто знает, может вы сами своего мага в телепорт сослать удумаете».       Щёки Бель залила краска. Я же хихикнул. Сразу вспомнилось безобразие в кабинете Ара, которое мне случайно не посчастливилось посетить. Почему не посчастливилось? Да потому, что от повелителя, а точнее от его любимых эльфийских игрушек я бегал долго. И, нет, это не я в самый неподходящий захожу, а они щиты нормальные ставить не умеют. В общем, случай был запоминающийся, особенно для сиятельной императрицы. Знали бы подданные… эх, какими бы тогда присказками мир полниться стал…       Видимо поняв, что именно я вспомнил, Бель клацнула зубами – и принялась раздеваться.       Через три минуты картина была та еще. Практически голая императрица расслабленно покачивалась на воде в окружении трёх мужчин, один из которых, кстати, мужем ей не был.       Хотя, смешного или предосудительного в том, что мы делали, лично я не находил. Возможность искупаться в водах озера – это дар, дающий силы. Дар матери, которым просто нельзя не воспользоваться.       Входя в воду, я прекрасно знал, что то, с чем еще не до конца справилась магия, регенерирует, исчезнут, затянувшись, рубцы и шрамы. Даже воспоминания затянутся. Сознание омоется вместе со мной, оставив дурное и тёмное в священных водах.        «Что ж, начнём разговор, - раздалось в сознании, когда мы четверо, погрузившиеся в блаженную негу, полузабылись и расслабились».        «Мы хотели… - начала было Бель, но мать перебила».        «Нет, не ты, Нара, и не твои мужья. Вопросы у твоего мага. Спрашивай, Шон».       Сощурив глаза, я принялся наблюдать за медленно плывущим в небе облаком, с виду похожим на причудливо изогнутую змею. Созерцание природы всегда помогает мне сосредоточиться. Вот и сейчас, помолчав всего пару секунд, я заговорил.        «Наши догадки насчёт демонов Инферно правильны?»       Лёгкий ветерок пробежался по лицу.        «Как всегда, Шон. Только зря ты попался на их пути. Если бы не Снежная, мы бы тебя потеряли».        «Снежная – это Тим? – изогнул брови я, опуская ступни на мягкий песок».       Дух, настроение которой постоянно менялось, рассмеялась.        «А эта вредина так вам и не сказала».        «Что?»        «Так её имя, Шон. Спроси своего дракона. Он-то должен знать».       Я послушался.       Ответом мне стало напряженное сопение.       Знает, гад хвостатый, но молчит. Что ж, по крайней мере, первую часть имени драконицы Мири я знаю. Снежная. А что, подходит. И крайне предсказуемо, кстати.        «Не ломай голову. Рано или поздно она расколется. Лучше продолжи начатый разговор».        «Что ж, не стану ходить вокруг да около. Что нам делать, Мать? – повиновался я, вновь ложась на воду».       Но ответом было молчание.        «Ты не хочешь говорить со мной?»        «Нет. Отчасти я знаю, что вам делать, но это не для тебя. Этот разговор для Тимиредис. Она должна прийти сюда».       Резко дёрнувшись, я ушел ко дну. Вверх поплыли пузырьки воздуха, выпущенные при выдохе.        «Паломничество?! Для этого еще слишком…»        «Нет, не рано, Шон. Ты недооцениваешь Снежную. Она окрепла в достаточной степени, чтобы справиться».       - Значит, Мири должна начать поиск, - обречённо и почему-то вслух прошептал я, когда голова показалась над поверхностью.        «Да, Шон. Тимиредис тер Ансаби должна пройти паломничество вместе со своим братом. Если тот не окреп, одна. Я буду говорить с ней, как говорила с тобой и Бель. Но лишь здесь. Передай Снежной, что у всех нас есть время до середины следующего лета. Я жду её. И верю в её силы».       Она больше не говорила. Да и я знал, что это последнее слово, а посему не спрашивал. Вместо этого, повернувшись лицом к берегу, медленно поплыл, рассекая руками тёплую, слегка пузырящуюся воду.       За время беседы с матерью я не заметил, как Астер с мужьями покинула воду и теперь ждала меня в кольце двойных объятий. По тому, как смотрели её зелёные глаза я понял, что ни слова императрица не слышала.       - Что она сказала тебе, Шон? - наконец, устав томиться в ожидании, поинтересовалась Кибела, но увидев выражение моего лица вскочила с места, тут же переформулировав текст. – Что случилось?       Я тяжело упал на траву, даже не пытаясь подтащить к себе лежащую невдалеке одежду, и бросил несколько слов, от которых лицо подруги стало столь же мрачным, как и моё.

POV Тим

      С самого утра на сердце было неспокойно. Я знала, куда именно отправился Шон, и с волнением ждала ответа на один единственный вопрос: Что нам делать?       Видя моё состояние, Ас пытался как-то подбодрить, но, потерпев поражение, отправил меня кормить белок, заявив, что общение с природой поднимает настроение.       Послушная как никогда, я отобрала у жениха миску орехов, которые сейчас и уплетала, лёжа под миндалем. Белки ко мне почему-то не вышли. Ну не пропадать же добру.       Внутри ворочалась и чесалась драконица, по небу плыли замысловатые облака, и всё бы было хорошо, если бы не это сосущее предчувствие. Нет, не подумайте, не чего-то страшного, как минувший кошмар, а скорее какой-то великой пакости лично для меня. В немного горьковатом осеннем ветре чудился ели заметный привкус перемен, чего-то нового и не совсем, чтобы безопасного.       Отложив опустевшую посуду, я встала, скрестила руки за головой, прогибаясь в пояснице и тем самым разминая затекшую от долгого сидения спину. Хотелось найти какую-то книжку для того, чтобы уединиться с ней в укромном уголочке, и почитать всласть. Но желания мои, как всегда, обломали.        «Мири, если ты еще не стала белкой, то беги в гостиную, а если стала, то прыгай и изъясняйся жестами. Шон с императорами вернулся».       Несмотря на шутливый тон, я всем естеством ощутила напряжение Аса и, выронив миску, бросилась в указанном направлении.       Все четверо стояли в гостиной, сиятельные и собранные, впрочем, как всегда. И, как всегда, мой гений выделялся на их фоне, как алая роза в букете полевых цветов. Смотря на меня с какой-то тревогой и грустью, Шон молчал и, как никогда раньше, не походил на самого себя.       Взгляды власть имущих были прикованы ко мне, карие же глаза наставника будто выискивали что-то, не встречаясь конкретно ни с кем.       - Всё так плохо? – наконец не выдержала я, почувствовав, что пантомима несколько затянулась.       Будто бы очнувшись, Шон встряхнулся. Влажные вихры упали на лоб, но маг даже не подумал их смахивать.       - Я бы не сказал.       - Вы говорили с ней?       Это уже нервно накручивающий на палец прядь вороных волос Ас.       - Говорили, - эхом откликнулась четвёрка, а моё терпение лопнуло.       - Что такого могло произойти, что довело вас до подобного замешательства? Конец света? Великий потоп? Извержение вулкана?       - Нет, Мири. Всё гораздо более предсказуемо и тривиально. Мать будет говорить с тобой. Она ждёт тебя, а это значит, что на следующей неделе вы с Асом должны отправиться в паломничество.