Шиворот-навыворот

- Да что такое, еще всего десять минут осталось! - светлый Бейбарсов с беспокойством смотрел на место, где должен был появиться некромаг. – И чего он там возится? - Значит, так надо, - Таня даже не думала, что у неё может быть такой жесткий тон. – Глеб просто так не стал бы задерживаться. - Да знаю я, - уныло вздохнул светлый. – Просто беспокоюсь… Мало ли, что там могло произойти… - Вот и беспокойся про себя, а людям нервы не мотай, - темная Таня осуждающе посмотрела на возлюбленного. – И так ты, растяпа, забыл эти свои хронокапсулы, да еще и вместо себя некромага отправил. - Я ж не нарочно! – обиженно воскликнул светлый, с укором глядя на подругу. – Сама же знаешь! - Все нормально, - успокоила двойников Таня, которая, честно говоря, изрядно нервничала. – Уверена, что все будет в порядке. Это же Глеб! Значит, он со всем справится. - Ты так в него веришь? – внезапно спросила её темная. Гроттер сначала смутилась, но тут вдруг неожиданно подумала, что, и вправду, верит в Бейбарсова. Верит безоговорочно и непоколебимо, как ни в кого другого. - Да, - спокойно ответила девушка темной ведьме. – Не знаю, как объяснить. Но Бейбарсов, несмотря на вагон недостатков, надежен как скала. Темная довольно хмыкнула, заодно взглянув на своего возлюбленного. Судя по всему, она тоже доверяла своему магу, хотя, если судить по их общению, решение многих бытовых проблем предпочитала брать на себя. Зато в остальном верила в него также безоговорочно. - Что-то эта скала не торопится обратно, - обеспокоенно произнес светлый, мельком улыбнувшись. Он тоже был рад, что его темный двойник, наконец-то, тоже будет счастлив, если конечно сам все не испортит. – Ну что там такого могло случиться? Неужели… Внезапный ужас, отразившийся на лице Глеба, заставил девушек немедленно подобраться. Темная Таня, сузив глаза, схватила возлюбленного за рукав: - Говори, что ты там надумал? Или ты опять что-то важное забыл сказать? Светлая Гроттер закусила губу от тревожных ощущений. - Ну, не то чтобы… - промямлил светлый, виновато вздыхая. – Просто… В этот момент возле скалы появилось серое облачко телепорта, а в нем – крайне недовольный и выражающийся очень нехорошими словами некромаг. Картина была тем нелепее, что в руках злой до чрезвычайности Глеб держал огромного плюшевого медведя с ярко-красным бантом на шее. Впрочем, увидев девушек, Бейбарсов тотчас же замолк, но при виде злого некромага светлый Глеб ойкнул, безуспешно пытаясь спрятаться за каким-то маленьким барханчиком песка. Таня с трудом подавила вздох ужаса. Бейбарсов выглядел так, как будто его пропустили через лопухоидную мясорубку. - Бейбарсов, что с тобой? – Гроттер никогда не думала, что может так переживать. – Ты, вообще, жив? - Ну, если бы я не был некромагом, то не поручился бы за это, - Глеб осторожно дотронулся до скулы, на которой цвел огромный лиловый кровоподтек. Все лицо и руки прибывшего были сильно исцарапаны, плечо вывихнуто, а ткань джинсов от колена и донизу пропитана кровью. – И, пока я еще жив, очень хочется расспросить хозяина этой проклятой комнаты какую пакость он навесил на дверь своей трижды проклятой комнаты и когда успел это сделать? Что-то я не припомню, чтобы там было что-то похожее, когда я там был в прошлый раз. - Ну, забыл я, забыл, - забормотал светлый Бейбарсов, виновато подняв руки. – Совсем из головы вылетело, что ночью у меня в комнате действует самовозобновляющееся охранное заклинание. Если меня больше суток не бывает дома, то оно автоматически накладывает щиты, чтобы в комнату никто посторонний не вошел. Я его сам придумал, «Кошки и собаки» называется. - Похоже, - согласилась темная Таня, оценивающе оглядывая покусанного, потрепанного и поцарапанного Глеба и переводя укоризненный взгляд на непутевого возлюбленного. – Но с некромагом будешь разбираться сам. Светлый только вздохнул, про себя благодаря Древнира, что некромаг сейчас отвлекся и не смотрит на него. Потому что Таня уже подбежала к Бейбарсову и осматривала его царапины, нежно касаясь кончиками пальцев его лица. - Сейчас заживляющее прочитаю, - пробормотала она, призывая саму себя к спокойствию. Это некромаг, а на нем всего лишь царапины. Но беспокойство проходило медленно, оставляя за собой затихающую стылую тревогу и облегчение от того, что ничего не случилось, а Бейбарсов жив и почти в порядке. Глеб молча стоял, наслаждаясь прикосновениями. Жаль, что вот сейчас все царапины заживут и все закончится. Разве что… - Тань, ты пойдешь со мной прогуляться вечером? - Бейбарсов спросил тихо, почему-то не сомневаясь в ответе. – Прости за банальщину, но приглашать любимую девушку на свидание по-другому не научились даже некромаги. - Вряд ли, - ответила Таня, с удовольствием глядя на то, как мгновенно помрачнело лицо некромага. – И я объясню почему. Вряд ли у нас вечером будет время для свиданий, потому что вечером прилетает Сарданапал и тебе предстоит с ним серьезный разговор. - О чем? – Глеб прикинулся ничего не понимающим хмырем, чувствуя, как отлегло от сердца. Значит, дело не в том, что она вообще не хочет с ним иметь ничего общего. А с Сарданапалом, действительно, следует поговорить. Одно дело – принять к себе на учебу светлого мага, и совсем другое – некромага, вернувшего себе магию. Да еще и такого, с которым были такие проблемы в прошлом. Сарданапал ему еще припомнит и Гуню, и Зеркало Тантала, и дуэль с Валялкиным, и Таню… - Бейбарсов, не строй из себя идиота! – Гроттер сердито тряхнула головой. – Сам же все понимаешь. И вообще – ты же собираешься учиться здесь дальше… со мной? Последние слова были сказаны тихо, но твердо, что добавило положительных эмоций некромагу. - С тобой – собираюсь, - Глеб многозначительно посмотрел на в который раз смутившуюся и крайне недовольную этим Таню. – Но не забывай, что я год пропустил. Надо мною срочно нужно взять шефство, и, желательно, круглосуточное, чтобы я чего-нибудь не натворил. Ты же сама знаешь, что нет ничего хуже, чем некромаг без присмотра. Бейбарсов говорил с абсолютно серьезным лицом, так, что не знай Таня этого парня, подумала бы, что он совершенно серьезен. - Да ну тебя, Бейбарсов, - отмахнулась она, внезапно почувствовав себя легко и свободно. – За тобой, действительно, глаз да глаз нужен. И, возможно, - Таня сделала паузу, внимательно глядя на притихшего Глеба, - я за тобой и присмотрю. Если найду свободное время, конечно. - Найди, пожалуйста, - Бейбарсов состроил грустную физиономию, - иначе я рискую остаться необразованным и одиноким. А одинокие маги – это беда для всего мира. Им все время хочется разрушать, вместо того, чтобы любить. Ты же не допустишь этого, правда? Таня только возмущенно фыркнула, мысленно ругая Бейбарсова. Вот истукан! Не мог всякие дурацкие разговоры оставить на потом, а то неудобно, как их двойники на них смотрят. И если светлый Глеб был по сути своей добродушным, хотя и довольно коварным парнем, то темная Гроттер явно вредничала и собиралась ляпнуть что-то совсем неприличное. - Ладно, нам пора! – светлый Глеб, видимо, тоже что-то почувствовала, потому что упреждающе сжал пальцы темной ведьмы в своих. – Спасибо, что помог, а то пришлось бы сидеть здесь неизвестно сколько и думать, как быть дальше. Ну и, это… в общем, извини, что обманул. Просто не знал, как еще от Тани и себя внимание Магщества отвлечь. А сейчас… - А сейчас мы вернемся и будем прикидывать, что делать с этим твоим Зеркалом и Магществом, - перебила его темная. – И только попробуй еще раз попытаться сбежать. Знаешь, что я с тобой сделаю? - Догадываюсь, - уныло вздохнул светлый, впрочем, тут же улыбаясь: было видно, что угрозы его половины разобраться с ним не произвели на него сильного впечатления, а даже наоборот, польстили. - Ладно, нам действительно пора, - темная Таня улыбнулась некромагу и светлой близняшке, которые стояли рядом, почти соприкасаясь плечами. – Спасибо за помощь. Может, еще встретимся когда-нибудь. - Больно надо, - пробурчал некромаг вполголоса. Таня слегка толкнула его локтем. Хоть это и невоспитанно, но сам Бейбарсов тоже ведет себя далеко не идеально. - Все может быть, - Гроттер с симпатией смотрела на странную пару из другого мира. – Можно тебя на пару слов? Она решительно отвела в сторону удивленную темную. - Глеб знает? – без обиняков спросила светлая Таня. - Насчет чего? – темная, судя по всему, быстро поняла о чем разговор, но попыталась сделать изумленный вид. - Камнеломка, - Гроттер мгновенно пресекла притворство ведьмы. - Давно догадалась? – темная с опаской оглянулась на парней, однако те, как им не любопытно было узнать, о чем говорят девушки, до прямого подслушивания все же не доходили. - Да почти сразу же, - светлая пожала плечами. – Когда вспомнила, что при помощи её можно безопасно определить пол ребенка, даже если срок еще совсем маленький. А когда узнала, что вы с Глебом… ну… встречаетесь, - Таня слегка смутилась, - то уже точно была уверена. Так твой Глеб знает о ребенке? - Пока нет, - сдалась темная, впрочем, совершенно не стесняясь. Наоборот, глаза её заблестели, а по лицу расплылась совершенно счастливая улыбка. – Вот сейчас со всеми проблемами разберемся, а потом уже скажу. А то он как наседка будет кудахтать и шагу ступить не даст. Сама же знаешь, как они любят строить из себя начальников. - Это точно, - согласилась Таня с темной, а потом, помолчав, не выдержала: - А кто у вас будет? - Не скажу, сама подумай! – засмеялась ведьма. – А, если не догадаешься, поймешь, когда своего родите. У нас же все наоборот. Вот и посмотришь. - Мне это точно не грозит, особенно, если я все-таки останусь с ним, - Таня разом помрачнела, бросая быстрый взгляд на некромага, который тотчас же, почувствовав взгляд любимой девушки, обеспокоенно вскинул голову, вопросительно глядя на Гроттер. Таня успокаивающе улыбнулась, однако, повернувшись снова к темной, сразу посерьезнела. – Сама же знаешь, у некромагов детей не бывает. - Ну и? – темная язвительно смотрела на светлую. – И какое сейчас это имеет отношение к твоему Бейбарсову и его детородным способностям? - Он некромаг, если ты не заметила, - сухо ответила Таня, изрядно разозлившись. – И… он не мой, сколько раз тебе говорить! - Твой, твой… причем, давно уже, хватит выступать, - отмахнулась от Тани близняшка. – А насчет детей… знаешь, глядя на вас, светлых, всегда поражалась вашей наивности и неумению логично мыслить. - Это почему еще? - А потому! – темная укоризненно вздохнула. – Мой обалдуй, когда твоему магию возвращал, какой ритуал провел? - Кажется, ритуал Разделения, - Таня припомнила все, что по этому поводу рассказал ей светлый самозванец, когда она приперла его к стенке. – Но какое это имеет значение… - Нет, ты точно совсем не соображаешь, - темная досадливо тряхнула головой. – Он же своей светлой энергии ему влил половину, значит, когда он уровень своей магии подтягивал до искомой, его некромагия воспользовалась светлой силой как основой. А значит… - Получается, что он уже и не совсем некромаг? – подхватила Таня, чувствуя, как радостно бьется сердце. Неужели, все не так безнадежно и у них с Бейбарсовым, действительно, есть шанс на нормальную семью… если она, конечно, решит с ним встречаться. - Ну, некромагия – это, скорее, не вид магии, а то, в каком направлении человек живет и думает, - не совсем понятно произнесла светлая. - Но вот то, что теперь твой Бейбарсов, скорее всего, сможет стать папочкой, это точно! Таня молчала, сраженная новостью. Она даже не думала, что сказанное темной так сильно её поразит и обрадует. Хотя, конечно, так далеко загадывать уж точно не стоит, но… сам факт грел душу и очень волновал. - Ладно, ты пока переваривай информацию, - темная откровенно забавлялась, - а мы, пожалуй, отправимся. Вон и наши уже поговорили. Таня посмотрела на парней, которые, судя по всему, тоже говорили о чем-то личном. - Нам пора, - светлый Глеб подошел к девушкам и, кивнув Тане, взял свою ведьму под руку. – Думаю, я свои капсулы усовершенствую, и мы к вам как-нибудь еще заглянем проведать. Не возражаете? - Нет, конечно, - Таня улыбнулась. - Только не так неожиданно и не с такими дурацкими сказками, что ты мне рассказывал, - добавил некромаг. - Постараюсь, - весело прокричал светлый уже из телепорта, куда он утащил свою любимую ведьму. Таня мысленно пожелала им удачи: Глеб еще не знал, что ему предстояло полностью изменить свой образ жизни. Ну, ничего. Его девушка – человек деятельный, да и ребенок тоже настроит рассеянного ученого на нужный лад. В том, что этого ребенка будут любить и лелеять, Таня даже не сомневалась. И вот настал момент, которого Таня боялась и страшно желала одновременно. *** Некромаг смотрел прямо ей в глаза, и Тане казалось, что он видит её насквозь. Мысли о только что пережитых приключениях отступили на второй план. Казалось, что сейчас в мире не было никого, кроме них двоих. Ну, или по крайней мере, были, но так далеко, что думать об этих совершенно чужих людях совсем не хотелось. - Таня, я бы хотел тебя снова спросить… - Глеб как-то нерешительно замолк, слегка нахмурившись и глядя прямо в глаза занервничавшей девушке. Впрочем, тот факт, что Бейбарсов и сам нервничает, а не стоит как замороженная глыба льда, слегка успокоил и принес некое расслабление. Значит, ему тоже не все равно. - Ну… спрашивай, - Таня великодушно сделал царственный жест рукой, от которого ей внезапно стало смешно: ну, какая из неё роковая женщина? Смех, да и только. Стоит лохматая, в джинсах и майке, ненакрашенная, лицо бледное, уставшее, да еще и взгляд какой-то затравленный. Хотя, чего удивляться – он у неё всегда такой, когда Бейбарсов уставится вот так вот на неё и молчит. Страшно, что же он там думает? А вдруг она для него просто игрушка, предмет, который хочется иметь рядом, а наигравшись – поставить на полку, задвинув подальше. Вдруг Бейбарсова греет сама мысль об обладании ею, а не о ней самой? - Таня, я тебя люблю, - просто и спокойно произнес Глеб, словно подслушал все эти мысли, которые испуганными зайцами метались в голове, не давая возможности сосредоточиться. – Скажи, ты не могла бы полюбить меня тоже? Гроттер поразила такая постановка вопроса настолько, что само признание в любви не так ошеломительно на неё подействовало, как вторая часть просьбы. Но через несколько мгновений она поняла, что Бейбарсов сейчас просто дает ей шанс решить все самой, а не ставит её в известность, как обычно. В душе разлилось чувство, похожее на благодарность, но тут же, вместе с удовольствием от слов некромага, Таня почувствовала внезапную обиду. Нет, ну вот почему у неё такой паршивый характер? Только что возмущалась излишне властным характером Бейбарсова и требовала свободы, и сразу же – обида от того, что он предоставляет ей право решать, а не берет ответственность на себя. Таня вздохнула, механически наматывая на палец отросшую прядь волос. И вот что ей теперь делать? Как объяснить Бейбарсову, что весь этот год она только о нем и думала, не спала ночами, даже в его Нижний Новгород ездила, чтобы посмотреть, как он там, только так и не решилась подойти? Но Глеб напряженно ожидал ответа, и Таня решилась. - Бейбарсов, я не могу тебя полюбить, - глубоко вздохнув, произнесла она, и тут же со страхом увидела, как темнеет лицо некромага, и с какой силой он сжимает в побелевших пальцах трость. - Ну что ж, прости, что опять побеспокоил тебя, - Глеб совладал с собой, снова загнав свою боль поглубже: в конце концов, никто не клялся ему в любви и верности. Но услышать вполне однозначную фразу от Тани сейчас было очень больно. – Все же, надеюсь видеть тебя хоть иногда, тем более, я не собираюсь сейчас никуда уезжать. Но обещаю тебя не тревожить… если смогу. Глеб слегка наклонил голову, пряча взгляд. Все-таки, когда тебе отказывает любимый человек, больно бывает даже некромагам. Таня вдруг испугалась, что он сейчас уйдет. Вот опять они друг другу не понимают. Разве могут быть такие разные люди вместе? Наверное, не судьба… «Ну и дурында, - услышала она вдруг слова темной Тани, которые та сказала во время их разговоров. – Если люди ссорятся или считают, что их не понимают, значит, они сами виноваты. Потому что с теми, кто тебе дороже всех, нужно уметь говорить. И нужно уметь заставить их услышать твои слова. А ты пыталась нормально поговорить с Бейбарсовым?» Тогда она промолчала и свела разговор куда-то в сторону, но теперь, кажется, пришло время взглянуть правде в глаза. Нет, не пыталась. Ни разу. Всегда только обвиняла в чем-то, сбегала и предвзято относилась. Да, Бейбарсов не сахар, это даже без вариантов, но и она тоже ни разу серьезно не задумывалась о том, что на самом деле чувствует некромаг, уверив себя с самого начала, что это не любовь. А почему, собственно? Что она, Татьяна Гроттер, знает о любви? Почему она думает о нем самое худшее, даже не попытавшись просто попробовать его понять? Сходить на свидание, погулять по берегу, узнать что-то про него самого? Ведь не пыталась, почти ни разу! А еще смеет в чем-то обвинять Бейбарсова. Он-то, в отличие от неё только и делал, что старался помочь, понять и сделать что-то приятное. Правда, на свой, некромантский манер, но… пытался же! Таня нерешительно взяла расстроенного Глеба за рукав. - Бейбарсов, ты не понял, - почти прошептала она. – Я имела в виду… ну, насчет того, что ты меня… В общем, я не могу полюбить тебя, потому что уже… уже тебя… Глеб, не веря услышанному, резко наклонился к девушке. Лицо его внезапно осветилось такой надеждой, что Тане стало страшно и радостно одновременно. - Таня… - Бейбарсов прошептал прямо в губы девушки, бережно привлекая к себе, стараясь сдерживаться. А потом опять был совершенно умопомрачительный поцелуй, и звезды над головой, и сильные теплые руки, и горячечный шепот признаний… *** - Ты будешь со мной? - Да. Всегда. - Опять врешь? - Нет. Веришь? - Да… наверное… Нет, просто верю. - Можно?.. - Да… не кусайся, ты же не вампир. - Не смейся, малышка… Нет, я просто влюбленный сумасшедший некромаг… моя... Ты же моя? - Ну, в каком-то смысле… если ты не будешь на меня давить и все время стоять над душой. - Постараюсь, но не обещаю, что у меня получится вот так вот сразу. - Ладно, потерплю немного. Но и ты тоже… тоже… - Что? - Да нет, ничего… просто эти твои поклонницы… - Тань, тебе самой не смешно? Разве ты не понимаешь, КАК я тебя люблю? - Надеюсь, что догадываюсь. Мне даже немного страшно. - Малышка, я сейчас открою тебе страшную тайну. - Какую? - Мне самому страшно. - Вот болтун… Глеб, а мы ссориться не будем, правда? - Правда. Мы уже с тобой так ссорились и ругались, что на всю жизнь хватит. Я так больше не хочу. Мы не будем ссориться, Таня. Я буду любить тебя все больше и больше, а ты – прощать мои мелкие недостатки. - Хитрый какой… некромаг, одним словом, что с тебя взять! - Даже не знаю… может, поцелуями долг стребуешь? - Я же говорю – коварный и хладнокровный типус некромагического вида. Ладно, где там мои обещанные поцелуи? - Все только для тебя. Иди ко мне… - Бейбарсов, ты такой… бесстыжий! - Прости, не могу удержаться… Таня! - Да. Я тоже тебя люблю…