Люблю тебя, прости.

26 июля. 20__ год. 11:00. Санкт-Петербург. Квартира семьи Ионовых. "Родная, прости за все. Прости. Отныне и навеки. Люблю тебя. Береги малыша. Еще раз прости. Твой Вася" Именно такую записку, написанную неровным подчерком, сразу видно - писалось второпях, получила жена капитан-лейтенанта Ионова. Записку принесли два сослуживца ее мужа. Пришли и принесли. Записку и ужасное известие. Капитан-лейтенант Ионов, боец подразделения Смерч, вернулся домой грузом 200. Женщина кивнула и без слов, со слезами на глазах, пропустила бойцов в квартиру. - Как это произошло, Сереж? - тихо прошептала она. Высокий мужчина горько вздохнул. Стоящая рядом с ним девушка, не в силах выдержать взгляд вдовы, опустила глаза. - Это огромная потеря для всех нас, Василис... 25 июля, 20__ год. 14:47. Кавказские горы. Группа Смерч продвигалась на северо-восток Кавказских гор. Палило солнце, на ближайшие пять километров в округе не было водоемов. Командир упрямо вел группу вперед. - Коот, - протянул Физик. - Ты уверен в том, что мы идем правильным путем? - Командир, - на сей раз Бизон. - Здесь нет дороги, по которой могли проехать боевики с заложниками. - Мы идем по короткому пути, - сквозь зубы бросил Ионов. - Центр уверен, что так мы сможем их обогнать. Дальше группа продвигалась молча. Атмосфера была гнетущей, в воздухе парило ощущение скорой беды. Связь с Центром пропала около двух часов назад, Багира только смогла сообщить, что двигаться им надо на северо-восток, через перевал. Дорога, по которой боевики везли заложников, была единственной в этом районе и делала огромный крюк, длиной в пятьдесят километров. Если ребята пойдут через перевал, они смогут перехватить их недалеко от деревни, через которую проходит дорога. Бойцы шли уже несколько часов. 25 июля. 20__ год. 20:10. Кавказкие горы. Они действительно перехватили их у деревни. Завязалась перестрелка, осложнявшаяся тем, что боевики прикрывались заложниками. - Мы не справимся командир, - голос Муры в наушнике Кота был еле слышен. - Центр выслал помощь. Они будут здесь часа через три. - Мы не продержимся столько. Патроны на исходе. - Знаю. Нам остается лишь... - неожиданно голос командира замолк. 25 июля. 20__ год. 21:00. Санкт-Петербург. КТЦ. - Смерч, ответьте центру. Смерч, ответьте центру, это Багира... Ну, нет связи, хоть ты лопни! - зло воскликнула капитан 3-го ранга Кошкина, стукнув кулаком по столу. Булатов и Пригов стояли за ее спиной, напряженно вглядываясь в экран компьютера. - Ладно, - Пригов потер глаза. - Пойду доложу наверх. Там тоже требуют. Мне сразу обо всем докладывать! Иван молча стоял за креслом жены. Слишком уж страшной была эта тишина в эфире. Слишком уж было мутным это задание. Все слишком. Батя положил ладонь на плечо Багиры. Та слегка сжала его пальцы. - Все будет хорошо, родная. Все будет хорошо. - Хочется тебе верить, Бать, очень хочется. 26 июля. 20__ год. Полночь. Санкт-Петербург. КТЦ. Наконец, слегка нарушаемый помехами, в наушнике Багиры раздался голос Бизона. - Центр, прием, вызывает Смерч. - Бизон! - радостно воскликнула женщина. - Как вы? Помощь на месте? - Да, помощь прибыла около часа назад. Боевиков разбили, заложники освобождены, с ними работают врачи, - казалось Бизон оттягивает что-то очень важное. - Тарасов, - наклонился к микрофону Пригов. - Не юли. В чем проблема? Она же есть, я чувствую. Мужчина тяжело вздохнул. Помолчал. И совсем тихо-тихо прошептал: - У нас один двухсотый. Кот Тишина оглушила. КТЦ замер. По щеке Кошкиной покатилась первая слеза. 26 июля. 20__ год. 11:56. Санкт-Петербург. Квартира семьи Ионовых. Василиса только что выпроводила Физика и Уму. На протяжении всей беседы девушка держала вдову за руку, слегка сжимая. Немая поддержка выражалась в каждом ее жесте. Женщина прошлась по квартире. Еще раз прочитала записку на маленьком листочке бумаги, заляпанную кровью. Больно. Очень больно. Василиса положила руку на еще плоский живот. Она не будет одна, нет. С ней всегда будет частичка Василия. Его ребенок, которого она носит под сердцем. Часы били полдень.