Люди любят своих Богов

Люди любят своих Богов и в тоже время боятся. Они возводят в их честь величественные храмы и приносят им жертвы. Молятся им и совершают ради них геройские подвиги. Люди готовы на многое, чтобы заслужить любовь и благосклонность жителей Олимпа. Именно Олимпа. А Тартара люди боятся так же как и его хозяина Аида. Любое упоминание имени подземного владыки вызывает у них страх и тревогу, ведь все боятся смерти, а в особенности того, что будет после. Никто не хочет ускорить свое путешествие на ту сторону. Но Аид старался не придавать людским почестям такого значения, как его братья и сестры – все равно все души будут у него. Однако одиночество и беспроглядный мрак, непрекращающиеся ни на секунду крики и стоны людских душ, их тянущиеся к поверхности руки и полные отчаяния взгляды накладывали свой отпечаток на старшего из сыновей Кроноса – он становился все более замкнут и нелюдим. Олимпийские празднования вызывали лишь раздражение, любая фраза из уст Зевса и его приближенных порождала поток едкой желчи, а Персефона... Будучи его супругой она должна была разделить с ним власть над царством мертвых, но прелестная дочь Деметры так и не смогла смириться со своей судьбой: большую часть года она проводила наверху с матерью, а находясь рядом с мужем лишь печально вздыхала, смотря в темные воды Стикса в ожидании новой встречи с семьей. Аид давно пожалел, что решился похитить Персефону – с ее приходом стало лишь хуже. Гораздо легче переносить одиночество одному, чем рядом с кем-то. И однажды в размеренное течение жизни правителя Тартара вмешались они - Мойры. Три древних старухи, управляющие судьбами каждого из людей и Богов, предрекли Аиду величие и… падение Зевса. Падение? Зевса? Аид долго смеялся, ведь его младший братишка всегда был всеобщим любимцем: именно его спрятала Рея, именно ему достался трон и именно он разделил мир на три части. Никто не смел перечить грозному повелителю молний. Но все же… Мойры не ошибаются и, возможно, стоит прислушаться к их словам? В голове Аида постепенно зрел план свержения брата, а перед глазами стояла картина побежденных и склонивших пред ним головы Олимпийцев – что может быть слаще? Гордая Афина, воинственный Арес, прекрасная Афродита… Все они, ранее так пренебрежительно относившиеся к нему, покорены. А Зевс? Ему, пожалуй, стоит присоединиться к запертым в Тартаре Титанам. Он же так любит шумные компании. С каждым днем зависть к брату и уверенность в собственных силах крепли в сердце Аида, и он был уже почти готов к воплощению своего замысла, но Мойры явились снова. Теперь они говорили о рождении нового наследника, наследника Зевса, который может все испортить. Это спутало все карты. Аид был в ярости. А через пару дней ему доставили послание от брата – приглашение на праздник в честь рождения Геркулеса. Все обязаны узреть маленького божка и передать свои дары. И Аид прекрасно знал, что подарит племяннику,его дар будет самым неожиданным, а потом воплотит свой план в жизнь. И люди будут по-прежнему любить своих Богов, приносить жертвы и строить храмы, молиться и совершать подвиги.