Кошачья история

      Негодница-луна постоянно меняет своё положение на иссиня-чёрном небесном потолке. И я чувствую себя, как Люпин в полнолуние. Хотя, луна только растёт, да и я совсем не волк. Я был котом, который гуляет сам по себе. Причём, становился я им вне зависимости от положения небесных тел в космосе.       Я был котом. Старым, облезлым, чёрным котом. Пока меня не подобрала маленькая девочка и не притащила в дом. Её родители были не очень рады новому питомцу, но всё-таки разрешили меня оставить.       Спустя два месяца я узнал, почему разрешили. Девочка умерла от какой-то страшной маггловской болезни. Мне казалось, будто я сам умер — настолько привык к своей маленькой хозяйке. Не ел, не пил, ожидая прихода своей собственной смерти. Но не тут-то было. От родителей крошки Анны, так звали девочку, меня забрала к себе их дальняя родственница, у которой недавно умер кот. Не подумайте ничего плохого, он умер от старости, ибо был самым обыкновенным рыжим котом. Только на третий день своего пребывания в новом доме я понял, что моей новой хозяйкой была Гермиона Грейнджер.       Она рассказала мне обо всём. Обо всех своих тайнах, секретах, мечтах и предпочтениях. Рассказала о дружбе с Поттером, о романе с Уизли, о скрываемой влюблённости. Правда, не назвала имя этого человека. Да и я настаивать не стал, просто мяукнул, вольготно расположившись на её коленях. Хотя, в моём абсолютно не кошачьем сердце, кольнуло что-то, похожее на ревность.       Каждую ночь, ложась с ней рядом в своём кошачьем облике, я думал о том, что хорошо бы сейчас стать человеком, прижаться грудью к её спине, уткнуться носом в копну каштановых волос, обнять и не отпускать до утра.       Я понял, что влюбился в девчонку. В эту вечно встревающую занозу, в невыносимую всезнайку, в ту, которую я мог любить и не думая о том, что мне нужно что-то взамен.       — Северус? — позвала она однажды, и я вздрогнул. — Можно я назову тебя так?       Она произнесла это с такой просьбой в голосе и взяла меня на руки, что я смог лишь довольно мяукнуть.       — Я решила, наконец, всё рассказать тебе, — сказала она и почесала меня за ушком. Выслушав рассказ так, как это может сделать только кот, я несколько обрадовался. Тот укол ревности был лишь попыткой моей души показать мне, что и я способен любить. И всё оказалось проще простого: девчонка любила меня в человеческом обличье. Грозного Хранителя Подземелий и Мастера Зелий Северуса Снейпа…       Спустя неделю я уже не сомневался в том, что люблю эту маленькую гриффиндорку. Каждую ночь, как только она засыпала, я превращался в человека и ложился с ней рядом. Под утро я снова становился котом, целуя Гермиону в шею в знак своеобразного прощания. Но в одну из ночей, после того, как полдня банально бегал за мышкой, я заснул. Проснувшись утром, я увидел золотисто-карие глаза, а над ухом, обжигая кожу горячим дыханием, раздался мягкий и нежный голос Гермионы:       — Я догадалась об этом, когда ты чуть не подпрыгнул, услышав своё имя, мой котик.       С тех пор прошла уже пара лет. Растущая луна, означающая зарождение новой жизни, бледным фонарём освещает землю. Мы с моей кошечкой — Гермионой пока ещё не знаем, что скоро на свет появится маленький котёнок, похожий на нас обоих. Мы сидим на подоконнике, сцепившись хвостами, и ластимся друг к другу. Я больше не облезлый кот, который гуляет сам по себе. Я умею любить и быть любимым. И я счастлив.