И грянул гром

      На Олухе, вот уже который день, безостановочно лил дождь. И не просто дождь. А Дождь, ЛИВЕНЬ.       В связи с этой ситуацией Стоик любил приговаривать: — Это Один гневается на нас. Грядет что-то великое.       Вода уже залила большинство равнин, что не позволяло овцам утолить свой голод, жуя зеленую травку.       Поэтому, ответственный и грозный вождь племени Лохматых Хулиганов, Стоик Обширный, справедливо рассудил, что овцы тоже люди, поэтому должны есть по-человечески. Но так как не одна овца не пожелала даже прикасаться к баранине холодного копчения, — в самом деле, не каннибалы же, — Стоик начал разрабатывать новый план.       По плану вождя, каждый день группа из трех человек, преимущественно детей, должна была отправляться на близлежащие пастбища и, наугад ища под сантиметрами воды траву, должна была рвать эту самую траву, там же перебирать ее и нести овцам в загоны.       Овцы с радостью принимали дары. И, очевидно осознавая свою важность для племени, начали задирать морды и придираться к каждой травинке. Вскоре всем это надоело, и большинство просто отказалось таскать траву, если овцы, наконец, не перестанут вести себя, как звери.       Овцы приняли мятеж с присущим им спокойствием и безразличием. Однако запасы еды у гордых овец заканчивались. Викинги решили, что неплохо было бы и покормить животных. И путем игры «Ночная Фурия-Змеевик-Громмель»* определили того, кто пойдет кормить овец. Этим несчастным оказался Задирака. И, конечно, ничего особенного не ожидающий от безобидных животных, викинг пошел туда без всякого оружия. В итоге, Торстон оказался подвергнут нападению разгневанных, но умело это скрывающих, овец. И тем самым получил отгул на неделю.       Все, конечно, сразу осознали, как повезло парню, и тоже попытались спровоцировать овец, но те были слишком хитры и быстро прознали, какими причинами было вызвано такое поведение со стороны викингов. — Умные овцы, — сквозь зубы процедила Забияка, с остервенением ковыряясь в своей тарелке.       Рыбьеног и Сморкала угрюмо кивнули, Астрид вяло пожала плечами. — Тора на них нет, — ворчливо объявил Иккинг. — Вот-вот, — согласно закивали за соседними столиками.       И тут двери в столовую с грохотом распахнулись. На пороге, уперев руки в бока, стоял Плевака. Его глаза метали молнии. Всю фигуру окутывала аура праведного гнева. — Почему вы, спиногрызы, — громыхнул он, — до сих пор еще не принялись за работу?       Викинги без слов поднялись со своих мест и отправились на унылое пастбище. Дождь до сих пор не прекращал, теперь грозя затопить все дома в округе. Овцы, не без возмущения самих овец и викингов, были вынужденно переселены в хижины Лохматых Хулиганов.       Теперь еда для овец предполагала еще и доставку на дом, за которую «разносчикам» была положена одна дохлая рыбешка.       И все это придумал, разумеется, Стоик Обширный. И вот, вдохновленный успехом операции, вождь племени придумал организовать еще и агентство по поиску пропавших предметов. Хоть Плевака и разубеждал его, говоря, что тролли нипочем не отдадут украденные носки, Стоик был непреклонен.       И на службу опять созвали младшее поколение викингов. Те сразу поняли, на какое дело идут и со слезами на глазах принялись расписывать Стоику прелести сбора мокрой травы. Вождь чуть не прослезился и великодушно заявил: — Ну что ж, раз вам так нравится ваша нынешняя работа, вы, пожалуй, можете работать на двух сразу.       Уходя от Стоика, ребята готовы были поклясться, что слышали злорадное блеяние овец.