Сикаэси, Vendetta, Месть

      Выходной — это так прекрасно. Можно, например, зайти в суши-бар Ямамото-сана и поесть, поболтать, узнать то, что нужно. «Так, я, пожалуй, надену синие джинсы, белую майку, розовую кофточку и бежевые балетки. И возьму с собой черную сумочку. Идеально! Теперь можно идти». Тсуна радостно улыбалась, идя по городу к своей цели, по пути зайдя в магазин и купив себе и Фууте конфет.        Зайдя в суши-бар, она осмотрелась. В помещении сидело несколько человек, Тсуеши-сан делал суши за прилавком. Всё как обычно. Она пошла к стойке и села на стул.       — Здравствуйте, Тсуеши-сан.       — А, здравствуй, Тсу-чан, здравствуй. Я смотрю, ты веселая.       — А почему я должна быть не веселой?       — Я думал, что ты будешь грустить из-за смерти своей подруги, ну, и что друзья в Италию улетели.       Тсуна вздрогнула, услышав эти слова, и её радостная улыбка превратилась в чуть-чуть печальную.       — Уже полгода прошло с тех пор, как они уехали, а со смерти Киоко чуть больше двух с половиной месяцев. Сначала я очень грустила, а потом поняла, что нужно жить дальше. Ведь Киоко вряд ли была бы рада, если бы я впала в депрессию и не выходила из комнаты.        — Да, это точно. Плохое в жизни случается и нужно уметь это переживать, ведь жизнь продолжается.        — Раз мы поговорили, можно мне заказать зеленый чай, макидзуси, осидзуси.        — С тебя 850 йен. — Произнес Тсуеши.       Тсунаеши достала кошелек, деньги из него, отдала их ему и стала ждать, пока заказ будет готов. Тсуеши-сан интересный, добрый и хороший человек, но он очень дорог Дождю и поэтому надо его как-нибудь убить. Вот только как? Отравить? Нет, не выход, начнут что-то подозревать. Убить? Он мастер стиля Шигури Соен Рю.        Думая, Савада направилась домой. И вдруг её осенило, она же Небо. Небо — это объединение всех видов пламени, значит у неё должны быть и другие виды пламени, хоть и слабые. Значит их нужно отыскать в себе. А поможет ей в этом медитация.       Она мучилась три дня и наконец почувствовала незнакомое пламя. Внутри неё разгорался маленький огонёк. Она тут же начала подпитывать его своей решимостью, пусть она и для мщения, но все же решимость. И огонёк начал становиться всё больше, вскоре он начал соединяться с пламенем Неба, и Тсуна почувствовала, что пробудила пламя Дождя.       «И что мне с ним делать, ведь это пламя успокаивает и всё. Если подумать, может попробовать успокоить Тсуеши-сана до смерти? Нужно попробовать на ком-нибудь живом, но сначала нужно научиться пользоваться этим пламенем, выпускать его. Но этим займусь завтра, мне нужен отдых, да и сейчас почти ночь, пора ложиться спать».       Ещё неделя ей понадобилась на освоения пламени и, то она научилась освобождать и направлять на кого-нибудь, не о каком контроле и речи не шло. Она могла легко убить, а вот успокоить, усыпить, довести до комы, ей не хватало контроля, концентрации. И её это злило, очень злило. Не убить, а просто довести до комы получилось один раз, и то чудом. Но даже так она была более-менее довольна своими успехами, ведь ей как раз нужно убить Тсуеши-сана. А потренироваться можно и потом.        Как же все удачно складывалось, мама ушла к подруге и обещала вернуться завтра днем, Фуута уже лег спать. Ей ничего не стоило выйти ночью из дома и пойти суши-бару. Как она и думала, отец Дождя был дома. Сосредоточившись, она начала выпускать из себя пламя Дождя, пытаясь направить его именно на суши-бар. Пламя обрушилась цунами, через пять минут пламя кончилось, и она осмотрела свою работу. Она убила несколько деревьев и животных, находящихся рядом, и задела кого-то в парке. Случайная жертва её расстроила, но в принципе тот, кого она желала убить, был мёртв, если верить её гипер-интуиции, а она в неё верила. Развернувшись, она пела детскую песенку и шла домой.       На похоронах Ямомото Тсуеши было не очень многу народу. Тсунаёши плакала, как и Нана. Нане было страшно, неожиданный инфаркт случился ночью, когда она ночевала у подруги, и она знала, что Тсу-чан выходила этой ночью куда-то. Но было известно, что после смерти жены у Ямомото-сана было проблемы с сердцем, а уход сына и была причина инфаркта. Он просто не выдержал одиночества — говорили врачи.       Ямомото Такеши на похороны своего отца не пришёл, телефона, на который ему звонили, не существовало никогда, если верить словам оператора.