Мерлин: Возвращение короля

      Моргана вступила на порог дома. Она рассеянно поздоровалась с дворецким. Мар так давно здесь не была, что теперь этот дом казался огромным, пустым, чужим воспоминанием. Сейчас она не могла вспомнить ни единой счастливой минуты в этом доме. Даже если в мыслях ее возникала приятная, ласковая улыбка матери, она тут же омрачалась ее смертью. Как только она находила в себе силы думать о веселых играх с Моргаузой, ее душила безжалостная реальность. И теперь последняя, совсем тоненькая ниточка решила порваться. На глаза навернулись слезы, когда она вспомнила, как дрожащими руками выключала свой мобильник, и как за пару секунд до этого ей позвонили сообщить, что ее отца нашли мертвым в его же комнате.       — Моего отца…— прошептала вслух Мар, когда она уже была у дверей его комнаты.       И тут что-то в ней щелкнуло. Жалость к самой себе стала отступать. Мысли заполнили всякие вопросы. Знал ли он, что она ему не дочь? Кем она была для него? Если бы он узнал о ее магии, она бы кончила так же, как ее сестра? И кто, в конце концов, ее отец?       Моргана начала понимать, что не хочет входить в эту комнату, где сейчас собрались всевозможные родственники, деловые партнеры и прочие снобы. Где безжизненно лежал совершенно чужой ей человек.       «Он и раньше был чужим, — неожиданно подумала Мар. — Он знал».       Моргана направилась в другую комнату. Эта была отдельная комната, где любила бывать ее мать. Там она хранила все любимые вещи. Войдя в комнату, Мар все так же четко ощутила запах ее духов, как тогда. Это было так давно… Тогда она мечтала иметь такую же коллекцию сладких, нежных запахов.       Она помнила, что где-то наверху, на шкафу, была шкатулочка. Она хранила ее вдали ото всех, запирала на ключ, и Мар подозревала, что ее отец даже не подозревал о ее существование. Мар нашла ее. Она была заперта, как всегда. Маленький тайничок, странно, что она раньше не вспомнила о нем. Теперь, Моргана без труда отворила маленький замочек. В шкатулке было всего несколько предметов: лепестки засохших цветов, маленький, бледно-розовый флакончик духов, и несколько листочков бумаги. Мар осторожно сняла цветы и достала оттуда бумаги. Она не вела дневника, но, как, оказалось, часто записывала свои мысли и чувства.       «Конечно, что еще ей оставалось замужем с таким холодным человеком…»       Мар читала эти маленькие записки. В них она узнала обо всех самых возможных событиях в жизни своей матери: как ее родители заставили ее выйти замуж, как она задыхалась в этом огромном доме, как родила двух дочерей. В них даже писалось о том, что ее вторая дочь, к счастью, была от любимого ею мужчины. Но имени она не упомянула. Наконец, Мар наткнулась на письмо. Писать письма уже в те времена было довольно странно. Мар прочитала то, что было написано на конверте.

***

      — У меня с самого начало было плохое предчувствие, — начал Утер, проснувшись. — И когда они схватили меня, мои догадки подтвердились.       — Кто они? — спросил Артур.       — Те, что жаждали моей смерти, — задумчиво уклонился Утер. — У меня много врагов.       «Еще бы» — язвительно подумал Мерлин.       — А как ты попал домой? — спросил младший Пендрагон.       — Это долгая история… Я сумел сбежать и прятался долгое время. Я не мог доверять никому, даже своей жене. И в подвале на меня напали. Какая-то магическая тварь. Но ты спас меня, мой сын, — Утер нежно посмотрел на Артура.       Мерлин скрепя зубами оставил их наедине в медпункте. За дверьми ждал Гаюс.       — Гаюс, ты же знаешь, это не может быть Утер.       — После всего через что мы прошли, я готов поверить во все, что угодно.       — Но…       — Не беспокойся. Я уже придумал, как нам проверить его.       — И как же? — заинтересованно посмотрел на лекаря маг.       И тут в коридоре появилась женщина в костюме медсестры. Лица Мерлин не видел, так как она стояла к нему спиной. Ее появление весьма оживило коридор, ученики, особенно мужского пола, с нескрываемым любопытством наблюдали за ней. Кто-то жаловался на головную боль.       — Кто это? — спросил Мерлин у дяди.— Решил нанять сексуальную помощницу?       Гаюс приподняв одну бровь, недовольно уставился на Мерлина, затем позвал:       — Ирэн!       — Так вот кто это… Это часть твоего плана?       Но Гаюс его проигнорировал.       — Здравствуй Мерлин, — Ирэн подошла к ним.       — Может, ты мне хоть что-то объяснишь? — с надеждой спросил Мерлин.       — Скажем так, если это настоящий Утер, я это пойму.       — И это все? — разочарованно спросил Мерлин.       Ирэн вошла в медпункт. Мерлин с досадой смотрел на Гаюса, нервно потопывая ногой и сложив руки крестиком. Пока через минуту не показалась Ирэн.       — Это не он, — заключила она.       — Ты это по его глазам поняла? — закипал Мерлин, которому надоели все эти секретики.       — Мерлин, — недовольно пробурчал Гаюс.       — Все в порядке, — прервала его Ирэн. — Он все равно узнает. К тому же это то, о чем следует знать защитнику Камелота и моего сына.

***

      Мерлин только сейчас заметил, что у него начала болеть голова. Он пытался понять и по полочкам разложить все услышанное, но не очень получалось.       «Мать Артура жива… Игрэйн жива… Это Утер ее заключил в ту тюрьму… Но, черт, она жива!»       Вернее о том, что ее убил дракон, как и ожидалось, отклонилась. Человек в медпункте это не Утер, ведь он даже свою жену не узнал. К тому же она решила здесь работать. Еще было много вопросов. Главный звучал так: если в медпункте лежит не Утер, тогда кто? Мерлин с помощью Ирэн попробовал на нем заклинание правды. И никаких результатов. Утер упрямо твердил, что его зовут Утер и повторял свою грустную историю, но вот на вопрос, как зовут его жену упрямо отвечал, что не знает. Но это не значило, что он говорит ему правду. Просто он верил в то, что ему вдолбили в голову. В голову Мерлина приходил лишь один подозреваемый. Кукловод. Но эта версия была слишком сырой. К тому же, возможно, кукловод заставил кого-то невинного играть роль Утера. Наверняка на нем были какие-то чары маскировки, которые создали иллюзию Утера. Во всяком случае, это была возможность поймать кукловода. Хоть какая-то нить. Мерлин следил за ним несколько часов, пока Гаюс его не выпроводил с обещанием проследить за Утером.       Мерлин стоял у дверей Маргарет. Он не мог вспомнить, как сюда добрался. Ведь его комната в совершенно другом месте. Он уже хотел развернуться, когда вдруг вспомнил о кошмарах Мар. Заклинанием он открыл дверь и зашел внутрь. На столе он заметил записку:       «Вернусь завтра. Не волнуйся. Кейт».       Мерлин положил ее на место и направился в комнату Мар. Когда-то она жили здесь вместе. Мерлин краешком глаза окинул постель Мар и на миг улыбнулся, забыв, зачем пришел. Но затем все, же вспомнил. Он осмотрел кровать Мар и его догадки подтвердились. Под ней висело несколько корней. Корни мандрагоры были тоненькими и маленькими, так что Моргана не могла их заметить, но черный сгусток энергии начинал давить, как только ты к ним приближался. Мерлин сорвал их и нейтрализовал, превратив в пыль. В тот самый миг дверь открылась и показалась Мар. Она выглядела уставшей и измученной. Но заметив Мерлина, слегка просветлела.       — Мерлин, что ты тут делаешь? — спросила она.       — Соскучился.       «По крайней мере, это правда».       — Знал бы ты, как ты мне сейчас нужен.       Моргана рассказала обо всем случившемся за сегодня.       — Почему ты мне не позвонила раньше, — спросил Мерлин. — Когда узнала о…       Он замялся.       — Смерти отца? — закончила за него Мар. — Не волнуйся за меня.       — Как я могу не волноваться? Почему ты все держишь в себе?! — на эмоциях Мелрин начал говорить все громче, — Как я могу не волноваться, когда ты мне нечего не рассказываешь? Когда не говоришь со мной о своих чувствах. Когда скрываешься за маской, как будто мы чужие!       — Когда мне с тобой говорить?! — тек же громко ответила вопросом на вопрос Мар. — Я тебя практически не вижу. Ты всегда занят! Будто бы у тебя есть миссия! Будто бы ты супермен и спасаешь планету! Но ты нужен мне здесь и сейчас!       Мар сорвалась, и из глаз потекли слезы. Мерлин взял ее руку и протянул ее к себе. Она несколько минут рыдала на плече волшебника, затем слезы кончились.       Она вынула из кармана письмо и протянула Мерлину.       — Не посланное письмо моему настоящему возлюбленному. От Грейс, — прочитал вслух Мерлин. — Что это?       — Письмо моей матери моему настоящему отцу. Я не смогла его открыть.       — Мар… Может, это уже не нужно?       Мар задумалась. В голове Мерлина были не лучшие варианты ее ответа. Скорее всего, она откажется его слушать и прочитает его. И, конечно, тогда она вспомнит. Или даже если не вспомнит, то изменится навсегда. Кто знает, может она снова перейдет на сторону зла. Снова захочет убить тех, кого раньше любила, и уже не найдет в себе сил любить его.       — Да. Наверное, ты прав, — неожиданно ответила Мар. — Я побоялась открывать его сейчас. Я не уверена, что хочу знать, что там написано. И… Я прочитала записку Кейт. Ее не будет сегодня.       Мар начала приближаться к Мерлину, парализуя того взглядом. И тогда головная боль ослабела, вместо нее появилось жуткое желание.       — Мар… — еле слышно прошептал он на ее ухо, склонив голову, когда она была очень близко к нему.       Затем Мерлин запустил руку в ее волосы и нежно развернул ее лицо к себе. В ее взгляде Мерлин читал все то, о чем мечтал уже не один день. И теперь, когда это происходило наяву, он не мог избавиться от чувства нереальности, какого-то налета волшебства, осадка сказки. Будто все это происходило не с ним. Их лица находились настолько близко, что лишь миллиметры разделяли их, не давая коснуться друг друга носами. Она сдалась первая. Ее губы неожиданно резко вцепились в его. Почувствовав вкус клубники, он понял, что именно с ним все это и происходит. Его ответ был таким же страстным и неожиданно дерзким. Его язык проник к ней в рот, а ее руки стали расстегивать его сорочку. Пуговицы не подчинялись ей, как и собственные руки. Тогда она просто вырвала их.       — Никогда не любила эту сорочку, — еле внятно сказала она.       Мерлин усмехнулся и, проводя руками по ее талии начал раздевать ее, снимая ее кофточку. Она помогла ему, и, в конце концов, им удалось избавиться от верхней части одежды. Они еще никогда не были так близки. Никогда не испытывали такого возбуждения, наслаждения, а это был не предел. Их тела прикасались друг, к другу возбуждая, требуя большего. И когда Моргана расстегивая джинсы, толкнула волшебника на свою кровать, при этом не на секунду не отстраняя от себя его губы, это большее начало свершаться.       Когда на них не осталось нечего, они начали внимательно изучать друг друга, каждый уголочек сокрытого ранее. Теперь даже лица друг друга, казались открытием. Мерлин провел указательным пальцем по ее лбу, затем носу, очертил губы. Он проводил губами по ее животу и плыл вверх по течению к ее груди. Она водила пальцем по его плечам, при этом исследуя его шею губами. От его прикосновений ей становилось все жарче, и она знала, что-то же самое происходит с ним. Но прикосновений им было мало. Им хотелось еще большего. Мерлин вдохнул ее запах. Она пахла фиалками, а волосы лимонам. Он пах свежими травами и ее любимым одеколоном. Оба хотели продолжения, финала, но вместе с тем хотели растянуть все до бесконечности. В порыве возбуждения Мар случайно взорвала лампочку, в комнате стало темно. Тьма окутало все, но им казалось, что они видят друг друга яснее, чем когда-либо. Мерлин прижимал ее к себе. Он наткнулся на ее соски. Она взвизгнула. Ее голос эхом пронесся по комнате. Она, вцепившись в его волосы, понимала, что не продержится долго. Его руки обхватили ее сзади и нежно притягивали к себе. В темноте, каждое прикосновение было сильнее, мощнее… Она закрыла глаза. Все равно было темно. В этот момент он прижал ее к кровати. Ее сердце учащенно застучало. Моргана вцепилась в него в ожидании. Он все настойчивее погружался в бездну.       — Ты в порядке? — неожиданно спросил Мерлин.       — Да… Только не останавливайся, — с заплетающимся от удовольствия лицом ответила Мар.       Он послушался. Он знал, что Мар не встречалась ни с кем до него. Он был первым. И чувствовал свою ответственность. Когда сил терпеть у обоих уже совсем не было, он резко вошел в нее. Она вскрикнула. Сначала от боли, затем от наслаждения.

***

      В этот день Мерлин, наконец, позволил себе заснуть. Камень остался в его брюках, рядом было лишь лицо Морганы. Она была последней картинкой, перед тем, как он заснул.       Проснувшись, где-то к четырем часам ночи, от странного сна, он нашел себя в комнате Мар, на ее постели, но ее рядом не было. В попытках понять, где она могла быть в такой час, он встал и оделся. На столе Мар, он нашел распечатанный конверт матери Мар.