Астарты

Эд, он же теперь Колинс После посещения торговых лавок я почувствовал тоску по дому. Притом даже сам не мог разобраться в себе, отчего это произошло. Вот нахлынула и все. Дома Иш потащил меня купаться, а потом мы занялись сексом. И в этот момент с моего языка сорвалось имя моей невесты, бывшей невесты. Иш спросил о ней, я рассказал о наших, хотя, даже больше ее планах, о свадьбе. Потом мы разошлись, а через час он явился ко мне с каким-то решительным взглядом. Надел на палец кольцо, забрал знак принадлежности ему и вытолкнул в порт. Когда все улеглось, я с ужасом понял - я дома. Вокруг ходили военные, с моей странной одеждой я начал привлекать внимание. Один из постовых подошел ко мне и поинтересовался, чем может помочь. Я наугад попросил провести меня к адмиралу, и, видя колебания постового, назвал свой личный код. Адмирал долго сверлил меня глазами, а затем начал орать. Я переждал эту бурю и рассказал свою версию. - Адмирал, вам же мой штурман наверняка рассказал о нашем полете за женой резидента федерации. За нами устремилась погоня, и уйти не смогли бы. Как очутился этот юноша на моем корабле, я не знаю, он предложил помощь. Вы же понимаете, что я готов был пойти даже в ад, только бы выполнить ваш приказ. За помощь у меня взяли обещание, что я отслужу в их мире, - тут я замялся, мне совсем не хотелось говорить правду, - телохранителем их правителя. Адмирал моей истории не поверил, но успокоился и спросил, готов ли я приступить к службе. А что мне оставалось. Сам не знал, что будет дальше, а так хоть будет жилье и кормежка. - Адмирал, а сколько я отсутствовал? - Ты не знаешь? Почти семь лет. Я удивленно заморгал глазами, на Ишатре прошло где-то полтора года. Значит, наше время движется по-разному. - Разрешите приступить к службе? - Разрешаю, и, Колинс, ты можешь вернуться капитаном на свой "Пегас". Не так давно они попали в заварушку, и действующий командир погиб. Меня провели к кораблю, я смотрел на обшивку когда-то родного "Пегаса" и замечал новые вмятины и царапины. - Что ж, дружище, - обратился к кораблю, - ты тоже стареешь. - Капитан? - меня сзади окликнул знакомый голос. Повернувшись, уже знал, что глаза увидят Власа, моего штурмана. - Колинс, - меня обхватили его лапищи, - где тебя столько лет носило? - Влас, давай зайдем внутрь, и я все расскажу, - да и надо бы переодеться. - Откуда ты в этих шмотках? И ни капли не постарел, - тараторил улыбающийся друг, да, именно другом он тогда мне был. Следующие несколько дней прошли в суете, мне пришлось возобновлять допуск к управлению кораблем, сдавать зачеты по физической подготовке, показатели теперь вывели на первое место списка. Объясняться с командой и выслушивать рассказы об их приключениях. Кора позвонила на третьи сутки, высказала все, что нагорело, и обрадовала известием о своем замужестве и ожидаемом ребенке. Все это суета, а как только ночь наступала, приходила тоска. Такая черная беспросветная тоска, только сейчас осознал, что потерял не только дом и друзей, я потерял свою любовь, свою душу. С каждой ночью мне было сложнее ее переживать, начал пить и курить какую-то травку, пытаясь приглушить эту боль. Каждую свободную минуту проводил возле зеркала, скуля, как побитая собака. - Иш, прости меня. Я люблю тебя, вернись. Никто никогда мне не отвечал. Команда начала замечать странности моего поведения, пришлось идти в медкрыло и соврать, что мучает бессонница. Наш корабельный врач прописал таблетки, но они не дали возможности отключиться от всего. Я очень похудел, черные круги под глазами уже нельзя было скрыть. Так прошли два года. В один из серых дней, я решил пойти в гейклуб. Сидел за стойкой и надирался выпивкой. Ко мне подходили время от времени юноши, флиртовали, приглашали провести вечер. Я всех гнал, пока не подсел парень примерно одного возраста с Ишем, у него были такие же длинные черные волосы и темные глаза: - Пить одному неинтересно. Может, позволишь мне составить тебе компанию? Неопределенно махнул рукой, продолжаю пить. Он сел по соседству и заказал себе выпивку. - Что же тебя так расстроило? - допытывался незнакомец, но я, только недовольно скорчив мину, отвернулся. Говорить не хотелось. - Тогда, может, просто поднимемся наверх? Почему бы и нет? Секса у меня не было почти два года. Женщины не привлекают, может, стоит попробовать? Я поманил рукой официанта: - Счет, и комнату на два часа. Парня это удовлетворило, он одним махом допил алкоголь и поднялся вместе со мной на четвертый этаж. Мы вошли в комнату: одна большая кровать, пара стульев и стол - вот и весь убогий интерьер. - Как ты хочешь сверху, снизу? - парень прошел вглубь, раздеваясь. - Снизу. Он удивленно меня осмотрел. Да, весовые категории у нас разные. Я быстро разделся и лег на кровать. С меня не сводили заинтересованных глаз. - Как скажешь, - парень подошел и лег рядом. Руками начал ласкать мою грудь, живот, но все эти механические ласки просто раздражали. Губы казались безвкусными, наверное, андроид, вот черт. - Ты не человек? - спросил, отстраняясь от его поцелуев. - Какая разница, - он вдруг резко перевернул меня, заломив руку, прижался своим стояком к моей заднице. Алкоголь в крови не дал возможность сразу оказать сопротивление, а теперь из этого захвата сложно вывернуться. На меня опять опустилась апатия. Он резко вошел, от боли в голове зашумело, прошло много времени с момента последнего моего секса с Ишем, тело забыло, что значит быть снизу. Он начал двигаться жестко и быстро, моя кровь немного смягчила его движения, но, ничего, кроме раздирающей боли в заднице, я не чувствовал. - Что, шлюха, развлечься захотелось, оттрахать тебя некому? - он больно укусил меня за шею. Не могу вообще понять, почему я не сопротивляюсь, почему терплю, как будто наказывая себя. А я наказывал за то, что потерял любимого, за то, что еще жив и живу. Он кончил, откатился подальше, вытерся моей рубашкой, оделся и ушел. Я лежал на кровати перемазанный чужой спермой и собственной кровью. Жить не хотелось. Нервы не выдержали, вернувшись на корабль, нашел в трюме небольшой кусок веревки и зашел к себе в каюту. Соорудил петлю, встав на стул, засунул голову в нее. Ни капли сомнений не было. Именно в этот момент принесло Власа. Он вцепился в мои ноги, не дав полностью повиснуть на веревке. Меня сняли, связали и вызвали врача. Хорошо, что нашего врача я смог убедить, что такое больше не повторится. Не хочу в психушку, там будет только хуже. Док прописал являться каждое утро на осмотр и принимать успокоительное. Иш Пришел в себя, слабость, накрывшая тело, не давала даже осмотреться. Рядышком свернулось тельце, судя по всему, Мышки. Видимо, по моему ускорившемуся дыханию он понял, что я очнулся. Перед глазами мелькнули его заплаканные глаза. - Иш, как ты себя чувствуешь? Тебе лучше? Хотелось ответить, успокоить маленького, но отсутствие сил не позволило. Он обнял меня, прижавшись ближе, и зашептал: - Иш, ты нас так перепугал. Мы не знали, чем тебе помочь. Чудо, облазив весь гарем почти на брюхе, сказал, что Эд исчез. Но ты не волнуйся, мы его обязательно найдем и вернем. Только не бросай нас больше. От его тепла и этого голоса я начал постепенно успокаиваться. Да, Мышка прав, я должен был думать не только о себе. Гурий с Крылатым появились несколько часов спустя. Так же, обняв меня со всех сторон, успокаивали и подпитывали силой. Чудо только сидел и с укором смотрел. На следующий день я мог сесть на подушки. Меня ни на минуту не оставляли одного. - Простите. Но пушистик и здесь влез со своими нравоучениями. - Вот видишь, что происходит, когда ты так привязываешься к рабам. - Иш, - Гурий задумчиво жевал нижнюю губу, от такого зрелища начало просыпаться желание. - А ты так за всех будешь переживать или только за Эда, потому что он первый? - За всех, - я притянул его личико и поцеловал в губы. - О, кажется, он приходит в себя, - неугомонный вампир тут же полез тереться об меня. Мой ответ заставил задуматься Крылатого. - Да, Крылатый тебя тоже это касается, тебя, как и Мышку с Гурием, я люблю. Все еще немного слабый, я ласкал каждого из них. Впервые они отдавались мне с таким желанием и нежностью. Когда оживший я и довольные мои любимые вечером ужинали, решился сказать правду: - Эд не исчез, я его отправил домой. Все замерли, а Чудо взвился: - Ты что, полный придурок? Зачем? - Он начал вспоминать дом и впадать в тоску. Там его ожидала невеста и родные, - к концу фразы у меня почти сел голос. Чудо нахмурился, подхватился с места: - Гурий, а возьми-ка свою кусачку и идем со мной. Они исчезли, а Крылатый, впервые развернув мою голову к себе, поцеловал сам. От такой перемены я улыбнулся и пожелал продолжения. - Вот, я так и знал, - появился хвостатый, - ты действительно идиот. Я недовольно сдвинул брови, кажется, кто-то опять начал забываться. Но пушистика несло дальше. - Ты что, не слышал запаха опиуша? Видимо, в той травяной лавке Эд просыпал его себе на юбку. Запах очень слабый даже с моим обонянием, но, как оказалось, та кусачка, что ты купил Гурию, бывает весьма полезна. Когда пропал первый гарема, я обнюхал, как собака, всю его комнату, запах этот услышал. Но никак не мог понять, что это такое. А теперь, думаю, тебе понятно, что произошло с Эдом? Меня окатило холодом. Я отказался от любимого из-за своей дури. Этот опиуш применялся, когда что-то было забыто и надо вспомнить. Он поднимал из памяти все: знания, запахи, чувства, эмоции. Но это не значило, что подопытный испытывает это все сейчас. Я схватился за голову. - Чудо, и что мне делать? - Быстро напитывайся энергией своего гарема и иди возвращай своего первого. Мне пришлось почти выжать этих троих. Как только хватило сил для переноса, поблагодарив поцелуем каждого, побежал вниз к энергопорту. У них же там сильно отличается временное движение, Эд, дождись меня. Колинс, он же Эд После все этих инъекций и таблеток меня все время тошнит. Сижу на полу, прижавшись щекой к раме зеркала, как обычно, веду разговор: - А сегодня, Иш, мне укололи совершенно другое, я чувствую, что голова кружится. Сколько команда еще будет молчать? Я не знаю. Как только нашему доку надоест проводить на мне свои эксперименты, он сдаст меня в психушку, а там даже такого зеркала не будет, не будет надежды. - Эд. Я вскочил на ноги, как ошпаренный. Из зеркала на меня смотрел Иш. Это, наверное, уже галлюцинации. - Эд, прости меня. Точно глюки, чего бы ему просить у меня прощения? Не он же меня назвал во время секса женским именем. Стою и любуюсь своей галлюцинацией, надо сказать доку, пускай уколет побольше той дряни, хотя бы так буду видеть Иша. - Эд, ну скажи же хоть что-нибудь. - С галлюцинациями не разговаривают, на них только смотрят. - Не знаю, что такое эта твоя "галлюцинация", но у меня кончается энергия. Дай мне руку. Протягиваю руку, как полный псих, улыбаясь. Сейчас пальцы коснуться холодного зеркала, и все исчезнет. Но рука коснулась теплой ладони. Иш, обхватив мою протянутую руку, шагнул из зеркала ко мне в комнату и крепко обнял. Я стоял в его объятиях и боялся дышать. А он гладил меня и о чем-то шептал на ухо. Больше такого издевательства психика не выдержала, темнота накрыла меня. Открыл глаза, лежу на полу, Иш рядом, целует мое лицо, гладит по голове, что-то говорит. - Иш, прости, я не знаю, что тогда на меня нашло. Люблю тебя настолько, что сил жить без тебя больше нет. - Я уйду отсюда только с тобой. И не тебе надо просить прощение, а мне. Ты помнишь, мы ходили в травяную лавку, так вот, тебе на юбку высыпались семена специфической травки. Она заставляет окунуться в прошлое. А я подумал, что ты тоскуешь по дому, и отпустил тебя. Эд, любимый, мне плохо, совсем плохо, вернись, пожалуйста. Лежал и любовался Ишем, он все же пришел за мной, он любит. - Иш, пошли домой. - Немного позже, я потратил почти все силы, идя за тобой. Ты можешь мне в этом помочь, - его рука поползла к паху, я болезненно сморщился. Иш внимательно всматривался в меня. - Эд, ты с кем-то был? Меня затрясло, если ему расскажу, он уйдет, и тогда… - Эд, - меня, слегка встряхнули, - что это? Он прикоснулся к еще не зажившему укусу на шее, обвел след от веревки. Врать не стал, рассказал все, как было. Зажмурился, со страхом ожидая, когда его руки оттолкнут меня. - Эд, посмотри на меня, - меня подняли за подбородок, ласковые губы коснулись моих губ в нежном поцелуе. - Тело вылечу, и такого больше не повторится. Покажи того, кто с тобой это сделал. - Иш, зачем? Это уже не важно, к тому же, я сам туда пришел. - Ты принадлежишь мне. А каждого, кто прикасается к моей собственности, буду жестоко карать. Эд, не перечь. Просто вспомни его лицо, остальное сделаю сам. Я попытался вспомнить себя, сидящего за столиком. Но память сыграла злую шутку и развернула картинку, когда андроид меня жестко трахал. Руки Иша, застывшие на моих висках, резко похолодели, он прошептал злым голосом пару фраз и поцеловал меня теплыми губами, заставляя вынырнуть из воспоминания. - Вот, теперь ЭТО больше не существует. Оно даже было живое наполовину. Его руки скользили по телу, заживляя и убирая боль. - Иш, когда мы сможем вернуться домой? - Вот немного отдохну, и отправимся. От близости любимого желание начало просыпаться. Я придвинулся, целуя в еще зло сомкнутые губы. Опускаясь к шее, прикасаюсь к ней горячим кончиком языка, чертя мокрую дорожку. Иш внимательно наблюдал. Руками снимаю просторную рубаху с любимого, она зеленого цвета. Я так соскучился по его запаху, втягиваю в себя, заставляя собственную кровь взбурлить в венах. Руками прикасаюсь к нежной коже, втягиваю один сосок себе в рот. Чувствую, как сердце Иша бьется под моей рукой, он обнимает меня, защищая и пряча от всего мира. Но сегодня ведущим буду я. - Иш, позволь мне… Он улыбается и откидывается на пол. Я хочу зацеловать его всего, вспомнить каждый изгиб тела, каждую ямочку - все, что моя память могла позабыть. На мои ласки тело Иша отвечает желанием, а в живот упирается вставший его член. Опускаюсь ниже, ласкаю языком, у меня не получится помучить, так как он меня мучит. Но кое-чему я таки научился. Сначала щекочу самый краешек головки, затем облизываю его весь, рукой ласкаю яички, их у астартов три. Впускаю истекающий смазкой член себе в рот, сначала неглубоко, затем все глубже и глубже. Ишу это нравится, он согнул ноги в коленях и раздвинул их, чтобы быть еще ближе. Уже не контролируя себя, сосу с упоением, и мне все равно, что могут подумать, если услышат из-за двери, главное, нам хорошо. Рукой скольжу по члену, пытаясь попасть в ритм со своим ртом, делаю это как ты, не спеша, не торопясь. Иш подмахивает мне, загоняя член в самое горло. Нет, не дам тебе кончить быстро, сегодня ты мой. Рукой придерживаю тебе бедра. Не так быстро, любимый. Продолжаю сладкую пытку, убыстряясь и останавливаясь каждый раз, как только чувствовал, что он близок к разрядке. Иш стонал и извивался подо мной как сумасшедший, а потом я отвлекся, наблюдая за ним, кончил Иш мне в рот. Изливался долго и обильно, не все удалось проглотить. Собственный член отозвался болезненным напряжением, я хочу его, хочу своего Иша, до мелькания звезд перед глазами. - Любимый, возьми меня. Иш погладил по щеке и отрицательно покачал головой, а затем отсосал так, что сил не осталось ни на что. Переместились на мою узкую кровать, лежали, обнявшись, уснуть никто не мог, просто смотрели друг другу в глаза. Потом усталость таки взяла вверх. Разбудил меня стук в дверь. - Эй, кеп, тебе на вахту заступать через десять минут. - Иду, Влас, - я осторожно попытался встать. - Даже не думай, - Иш тут же открыл глаза. - Я теперь с тебя глаз не спущу . - Если не приду, все переполошатся и ввалятся сюда. - И никого не найдут, Эд, я готов нас перенести. Осмотрел каюту, надеюсь, никогда больше сюда не вернусь. На столе лежала плитка шоколада, пожалуй, ее возьму для младших. Любимый обнял меня, прошептал заклинание, и мы шагнули в портал. Наконец-то домой.