Подарки и что следует после их вручения.

- Кто сегодня именинница? - восклицаю я, едва завидев ее в комнате управления. Она, хоть еще и не одета, все равно прекрасна. Нежно-розовая пижамка, спутанные локоны лежащие на маленьких плечах... Хотя, наверное без пижамы она еще красивее. Глупый старик! Что ты себе позволяешь?  - Я, - сонно протягивает моя Невозможная девушка, когда я обнимаю ее. По-дружески, конечно. Большее девятисотлетнему старику и не светит. А хотелось бы. - Так... Как там у вас... После сердечных поздравлений следует открывать подарки? - Да, - улыбается. - Только сначала я должна одеться, ладно? "Не стоит, - восклицаю я в сердцах, но произношу лишь обыденное "конечно". Меряю шагами комнату управления ТАРДИС. Двадцать шесть, двадцать семь... Сколько можно одеваться? Клара, такими темпами ты откроешь подарки только на следующий день рождения. Двадцать восемь, двадцать девять... О, Боже. - Тридцать, - ошарашенно говорю я, а сам не могу оторвать глаз от мисс Освальд. Как это там называют? Маленькое черное платье, точно. Оно сидит на ней великолепно. Чудесные волосы спускаются на плечи, переливаясь синеватыми оттенками из-за освещения. В густоте локонов поблескивают небольшие сережки, те самые, которые мы купили на ярмарке в XIX веке*. Тушь выделяет и без того длинные ресницы, глаза полны радости, а на губах играет веселая улыбка.  - Прекрасно, - все, что я могу выдавить из себя ограничивается лишь этим словом. - Что прекрасно? - В глазах пляшут огоньки. Она поняла, что я имел ввиду, но хочет услышать более развернутый комплимент.  - Ты прекрасна, - "я люблю тебя", - платье тебе очень идет. - Спасибо, - улыбается. Неловкая пауза. Думаю, она ждет что-то от меня. - Ну, пора открывать подарки! - Хватаю ее за руку и увожу в коридоры моей старушки. Вот он, момент истины. Сколько дней я уговаривал ТАРДИС сделать эту комнату! Надеюсь, мисс Невозможность понравится. Открываю дверь. - С днем рождения! Перед глазами Клары открывается небольшая кухня, где есть все необходимое, чтобы наконец-то научиться делать суфле. И... Книжечка с рецептами ее мамы. По щекам девушки скатилась слеза умиления.  - О, Доктор... - тихо говорит она, обнимая меня. - Спасибо. Это превзошло все мои ожидания. Все, что происходило дальше, я помню очень мутно. Рукой я поднимаю ее подбородок и слегка наклоняюсь. Медленно, словно боясь спугнуть, касаюсь ее губ своими. Она широко распахивает глаза от удивления, но потом вновь закрывает их, отвечая на поцелуй. Запускает руки мне в волосы, слегка кусая мою нижнюю губу. Мои руки гуляют по ее телу. Наши языки танцуют безумный, опьяняющий танец. Начинаю поглаживать ее грудь, чувствуя через тонкую ткань платья, как набухают нежные соски. Тонкие пальчики расстегивают мою рубашку. Судорожно нащупываю застежку на ее спине, попутно целуя шею. Мысли в голове смешиваются, когда она выгибается навстречу моим ласкам. Тихий стон в ответ на то, что я легко целую ее грудь. Она прижимает меня ближе, прося больше. Слишком боюсь все испортить, но бежать уже некуда. Черное платье падает рядом с молочной рубашкой. Вдруг она легко отталкивает меня.  - Н.. Не здесь, - восстанавливает дыхание. - Это же кухня. - Не поздновато ли вы об этом подумали, мисс принципиальность? - приоткрываю губы, чтобы поцеловать, но она опять возражает, хоть и сначала потянулась ко мне. - Я настаиваю, - улыбается, поворачиваясь спиной и наклоняясь за платьем. Маленькая соблазнительница! Думаю, ее надо будет наказать за то, что так бессовестно прервала меня.