Безграничный путник: Возвращение в Эквестрию

Я шел по оживлённой улицы, вокруг пестрила толпа пони, они глазели на меня, а я на них. Мой чересчур, даже для этого мира, вызывающий вид приковывал крайне много внимание. В том числе и внимание жеребцов. Да и самому мне было не особо, кажется с гормонами своего тела я все-таки перебрал, или это специфика столь сексуального облика? хм... возможно... Но скорее? я просто слишком сильно стремился к честности спора и накачал сам себе до предела. Селестия посмотрев на свой зад, быстро повернула голову обратно и тряхнула ей, все таки она прекрасно знала кто она и какого пола, и вид крупа, столь близкого, был сейчас не очень кстати. Встряхнувшись и выдохнув, она пошла по городу. Внимания к себе она тоже привлекла и немалое. Вскоре на неё пялилось уже толпа цветастых пони и ей от этого конечно же было крайне не комфортно. Особенно если учесть, что кобылок тут все же больше. Я не спеша прошёлся по оживлённой улицы. Я уже рефлекторно покачивал ляжками, крутил крупом, помахивал хвостом и окидывал всех милым взглядом. Поначалу я проделывал это специально, но теперь, это уже было рефлексом тела. Некоторые пони поглядывали на меня с открытым ртом и мне это явно нравилось. Селестия шла следом. Решив что сутулиться не стоит, зажимается и бежать тоже не подобает, она распрямилась, показав всю мускульную массу тела и улыбнулась какой-то поняши. Тело тут же запомнило это действие и теперь она уже бесконтрольно шла дыша во всю грудь, показывая стальную мускулатуру тела и широко улыбалась, восхищая поняш. Неожиданно, я почувствовал желание промочить горло и быстро зашмыгнул в кафе. Уселся за столик, подмигнул какому-то жеребцу, сидящему в углу, и пропустил стаканчик другой, квасу. Потом я вышел из кафе, снова подмигнув тому жеребцу и пошел дальше по улицы, все также играя прелестями. Принцесса уже не шла по той же улицы, она давно забыла о фразе «держимся вместе» и о переговорах в ментале. Вообще-то сейчас это было вряд ли возможно. Даже я был отрезан от Луны и если б заснул, о да, я б заснул, то принцесса ночи попала бы в сон белой единорожки. Поняв, что принцессы нет сзади я почувствовал некую свободу, будь то раньше её не было, и быстро свернул на улицу ведущею в центр. Селестия напротив, бродила где-то по окраинам и уже мало контролировала происходящие, но по-прежнему хорошо всё осознавала. Впрочем, так оно и задумано, чтоб тело двигалось с рефлексами, но сознание все видело и чувствовало. Даже то, что она была на окраине, был мой план. Она шла как настоящий, натренированный жеребец и к ней испытывали искренний интерес местные кобылки. Слух о большущем жеребце со знаком плуга быстро разошёлся и к ней подскочили две кобылки, с кьютимарками морковки. Только у одной из них был пучок, а у другой только две, зато крупные. Убедившись в кьютимарке принцессы, они начали налегать на неё, говоря что на ферме срочно нужна помощь. Селестия быстро сообразив, что необходимо помочь кобылкам, ведь она все-таки их принцесса, хоть и в чужом теле, последовала за ними галопом. Я пришел в центр города. Тут стоял фонтан и в отражении воды я увидел того самого жеребца из кафе. Я повернулся к нему, мило улыбнулся и пошел вокруг фонтана. Жеребец подошел ко мне и хотел что-то сказать, но я запрокинул голову и окинул его презрительным взглядом. Потом пошел от фонтана прочь, проведя хвостом по подбородку жеребца. Он аж фыркнул, потом плюнул чуть ли не в фонтан и ушел. Селестия прискакала на ферму. Как выяснилось, необходимо пахать, а у неё как раз кьютимарка плуга. Не успела принцесса опомниться и отнекаться, как на неё уже накинули ярмо и запрягли в плуг, сказав что заплатим. Они даже дали принцессе деньги вперед, чтоб ей было неудобно отказываться. Отойдя от фонтана, я начал окидывать толпу пони оценивающим взглядом, ища новую жертву. Этой жертвой стал единорог, явно ученый и крайне грамотный. Я прошел мимо него, посмотрев призывающим взглядом и с приподнятым хвостом, оставляя шлейф феромонов. Хоть аватарка принцессы была идеальной, а соответственно кьютимарка подлинной, да и физической силы тоже было немерено, но перепахав земли фермы, Селестия весьма вспотела и слегка устала. Хозяйки фермы, которые оказались сестрами, позвали её за стол, для восстановления сил и избавления от голода и жажды. Единорог совершенно не отреагировал на моё действие. Это меня немного взбесило. Я решил добиться его. Подойдя с боку я поставил копыта ему на спину и хотел даже обнять. Но единорог выскользнул из под моих копыт, сказал, без каких либо эмоций: - «Я семьянин» - и ушел. Это меня еще больше взбесило. Но преследовать его я не стал, а переключил внимание на сидящего в летнем кафе крепкого пегаса, небесного цвета. Сидя за столом, хозяйки стали не двузначно намекать Селестии на еще одну просьбу. Поначалу Селестия легко игнорировала и даже не замечала это. Ведь внутри она все-таки кобыла. Она продолжала сидеть за столом пить сок и есть морковный пирог. Пегас сидел в кафе и читал какую-то книгу. Я не удосужился узнать её названия, а просто прошел у него за спиной и вильнул хвостом в его направлении. Поток феромонов захлестнул обаяние пегаса, его крылья даже привстали. Пегас оглянулся и увидел меня, я подмигнул ему, повернулся крупом и пошел прочь из кафе, при этом я отвел хвост в бок, оголяя прелести аватарки и активно заигрывал всеми частями тела. Взяв очередную кружку сока, Селестия поняла, что это был уже не сок, а что-то алкогольное. Когда она как раз ставила кружку на стол и хотела задать вопрос о её содержимом, на её лавку подсела одна из поняш. И тут же подсела другая. Они обхватили своими копытами мускулистые передние копыта принцессы. Прижались к её липовому телу и даже как-то стали тереться и ерзать по лавке. Селестия не могла ничего понять, а вот её тело, явно все поняло. Она почувствовала прилив гормонов, как и прилив крови к тому месту, которое есть только у жеребцов. Кобылки тоже заметили ответную реакцию на их ферамоны и действия. Они переглянулись и решили перейти к более активной фазе. Пегас понял сразу и все, он вышел из кафе и неспешно, но быстро догнал меня. Поравнявшись, он обнял маня крылом. Я фыркнул, поднял голову и вылез из крыла. Но пройдя вперед, снова вильнул ему хвостом и оглянулся хлопая глазами. Пегас быстро смекнул и взмыл в небо. Полетав с бешеной скорости он слепил из облаков нечто среднее между большой койкой и домом. Потом спустился за моей аватаркой и молча сделал поклон. Типо: приглашаю вас в мой дом. Я хихикнул и удовлетворительно кивнул. Тот подошёл ко мне подхватил и взмыл в небо. Селестия застыла, она не могла сопротивляться телу и гормонам, но она принцесса Эквестрии! Да еще и кобыла! Она не может вот так, в амбаре с двумя молоденькими кобылками... Но кобылок похоже это совсем не интересовало. Они потерлись об морду аватарки и протянули свои копыта к животу, с располагающимся на нем членом. Почувствовав касание по незнакомому, в плане ощущений, органу, Селестия вздрогнула. А кобылкам такая реакция похоже даже нравилась. Они активно и нежно поводили копытами по уже твердеющему члену. А бедная принцесса все так же сидела и не могла ничего поделать. На облаке-кровати-доме было довольно просторно. Жеребец хорошо утрамбовал, и облако не проседало подомной, но все равно было довольно мягко. Почувствовав под собой что-то более, менее, твердое я прошел вперед, практически задрав хвост на бок. Жеребец прошел следом и тихонько провёл краешком пера по щели аватарки. Хорошее чувство прошло по телу, я резко развернулся и запрокинул жеребца на обе лопатки. Потом слез с него и пошел по облаку. Жеребец соскочил, догнал и опрокинул уже меня на спину. Потом пошли поцелуи и... Нагладив член аватарки-жеребца Селестии, кобылки решили продолжать, одна полезла с поцелуями, а вот другая нагнулась к члену. Как только нежные губки кобылки коснулись кончика члена Селестии, она снова вздрогнула, но потом сосредоточилась на том кто она, собрала все силы и вырвалась из объятий возбужденных пони. Она бежала без оглядки, лишь-бы подальше от возбужденных сестер, хотя сама её аватарка, исполняющая сейчас роль тела, тоже была сильно возбуждена. Она бежала по сумеречному городу, привлекая кучу внимания как телом, так и бегом, да еще и стояком. О солнце ей сейчас не было необходимости думать, на два дня Луна взяла на себя обязанность подъема солнца. Возможна Селестия рассказала ей о споре и Луне тоже было интересно. Пегас был бесподобным, но мне этого явно не хватило. Я потребовал не до конца пришедшего в чувства пегаса спустить меня на землю, после чего начал искать новую жертву. Кажется следующей чуть не стал какой-то чейнджлинг, правда я не мог их видеть и не был в этом уверен. Вдобавок я чистил город от них, значит он новенький. Чейнджлинг был сильно привлечён моим возбуждением и лукавыми чувствами, но все-таки сумел сдержаться от соблазна и чуть ли не пинками прогнать от себя. Ему было кране плохо и больно отгонять еду, он был голоден, а значит не имел источника еды, однако видимо уже точно решил, что станет нормальным и не купится на куклу. После такого разочарования, я бродил по городу ища что-то большое и толстое. Селестия пробежала полгорода. Она устала и запыхалась, её кровь сейчас была совсем не там где должна и это её ни как не радовало. Воспоминание о произошедшем, даже о своём родном теле, все только усугубляли. Она уже даже как-то подумывала, что зря ушла, но быстро давила эти мысли. Она зашла в какой-то темный переулок и стала сидеть там, чтобы не привлекать внимания к своему телу и совершенно неуместному стояку. Через некоторое время, я нашел того самого земнопони из кафе. Он стоял возле как видимо своего дома и смотрел на меня. Я обошёл его с другой стороны, потиревшись об его бок и пнул переднем копытом дверь. Дверь открылась, я посмотрел на него, поводил хвостом по его спине и вошел в дом, вперед него, задрав хвост в бок. Земнопони проводил меня ошарашенным взглядом, феромоны наполнили его нос, он фыркунул и проследовал следом. Селестия сидела в темном переулке, она замерзла но все еще не могла успокоиться. Сейчас она с легкостью согласилась бы на поражение. Она даже была согласна на любое наказание, если я не стану никому ничего рассказывать, а уж тем более вытягивать память аватарки, как было обговорено в качестве ставки в пари: выигравший получит память аватарки проигравшего в свое полное распоряжение. То есть может хоть сам любоваться, хоть всем показать. Земнопони закрыл дверь и обернулся. Я уже стоял к нему мордой и хлопал глазами. Через пару секунд гляделок мы слились в поцелуи, а через минуту уже были на койке у окна в какой-то переулок. Начались сексуальные ублажения друг друга. Принцесса наконец начала успокаивается, ей уже не было та холодно, но все еще было крайне одиноко. Она даже решила начать засыпать, но её потревожили странные звуки. Она встала, осмотрелась, и быстро нашла отрытое окно из которого доносились столь возбуждающие стоны. Эти звуки сейчас были ей отвратительны, они снова зажигали не нужный огонь в подстволке живота. Она встала на задние ноги, передние поставила на карниз и заглянула в окно. И вот когда момент вожделения уже практически настал. Моя сексуальная аватарка сидела на жеребце и уже была готова с наслаждением надеться на его член, я увидел в окне морду аватарки принцессы. Я частично прочистил свои мысли, но все еще сидел в такой позе. - Принцесса? - Принц? Она заглянула вглубь комнаты и посмотрела на лежавшего подо мной жеребца. Жеребец был сильно возбужден и даже толком не заметил этого. Мысли которые предстали перед сознанием принцессы, сильно возбудили аватарку . -А что это ты тут делаешь? - приводя мысли в порядок и тяня резину сказал я. -Лучше спросить чем ты тут занимаешься... -Да так... не чем - я слез с жеребца и подошел к окну. Из возбужденной щели моей аватарки капнула смачная капля сока, жеребец понял, что что-то не так и посмотрел на меня, а я смотрел на принцессу - идем отсюда... Я телепортировал Селестию и себя за пределы города. Но потом понял что это не хорошо. Увидел твердый член аватарки Селестии, отчего моя аватарка тоже начала плыть, но собравшись с мыслями, я заметил куда она косится. Быстренько вернулся в комнату, к еще не опомнившемуся жеребцу, я телепортировал его на ферму. В в этот момент в амбаре на ферме сидела крайне грустная кремовая земнопони с кьютимаркой морковки. Она уныло крутила в копыте крупную морковь. Телепортированный жеребец был напрочь в шоке от происходящего и начал крутится на одном месте. Кобылка быстро услышала шум и упала на бок от удивления. С нижнего ракурса она заметила здоровый, твердый член жеребца, рассудок кобылы помутился, она сглотнула слюну и кинулась на не опомнившегося земнопони. Сбив его с ног она с вожделением налезла на его толстый член, видимо она сама уже давно была возбуждена. При переброске жеребца, я туда не телепортировался. Хотя я оставил себе возможность телепортации, я не стал тратить лишнею энергию, только проследил чтобы все пошло гладко и он доставлен по назначению. А после вернулся к Селестии.