Новая правая рука Смита

“Надо ж столько наворовать.. вот ничего не делают, только развлекаются, а живут в таких хоромах. А те, кто в полях вкалывает, не разгибая спин, порой хлеба на ужин не имеют”, - Борис с отвращением разглядывал интерьер дома, хотя скорее это строение стоило именовать дворцом. Рейсс тем временем достал бутылку вина. - И как получилось, что такая милая девушка занялась столь неблаговидным делом? - разливая напиток по бокалам, поинтересовался лорд. - Начальник приказал, - и тут Орлов понял, что интерьер отвлек его слишком сильно. - Мой отец, он просит его так называть. Он проигрался в карты, теперь нам нужно возвращать долги. Только договорив, Борис бросил взгляд в сторону Рода, чтобы отметить его реакцию на услышанное. - Бедное дитя, - лорд не заметил подвоха в словах рядового и по-прежнему воспринимал его лишь начинающей проституткой. Он приобнял Бориса за плечи, а затем наклонившись поцеловал того в губы. “Вот же ж...” Но ответить пришлось, через не хочу и тошноту, подступавшую к горлу. - Давай выпьем за нашу встречу, - лорд чуть отстранился, чтобы взять бокалы. Он галантно подал один из них своей гостье, Борис в знак благодарности слегка кивнул головой. Они при полной тишине осушили бокалы, а затем Рейсс подлил еще и себе, и даме. - Прошу, - Род улыбался так слащаво и похотливо, что хотелось заехать ему между глаз. Орлов поднял на него взгляд, создавая видимость удовольствия от происходящего. “Голова кружится... давно я не пил..как не вовремя". - Ой, - вскрикнул Борис, когда раздался звук битого стекла. Он виновато пожал плечами, разглядывая останки своего бокала. - Ничего страшного, я достану новый, - лорд отвернулся к серванту, чтобы восполнить потерю. Однако, не судьба: его остановила резкая боль в затылке, очередной звук битого стекла, а потом Рейсс потерял сознание. Борис отбросил в сторону то, что осталось от бутылки. “Прости, конечно, но как-то не хотелось ждать, когда снотворное подействует”. Орлов пошарил по карманами горе-любовника, достал все имеющиеся ключи, решив, что раз он тут, а Найла с Марло нет, то можно потратить время и сходить до подвала, главное не нарваться на стражу или какую-нибудь прислугу. Сотрудник военпола вышел в коридор и огляделся. Тихо. “Эти гребанные туфли.. Знаю, что миссис Док не скажет мне спасибо, но оставлю их здесь, а то я так далеко не уйду”. Борис скинул обувь и спустился по лестнице вниз. По его представлениям, если в доме есть пленники, то их удерживают именно там. Подвал превзошел все его ожидания: длинные лабиринты коридоров, развилки, перекрестки и повороты. Казалось, что подземелье намного больше чем то, что находится над поверхностью. “Ёперный театр... я ж заблужусь.. а среди моих друзей Ариадна не числится...да и ногам холодно”. Когда Борис уже собрался вернуться наверх и сторожить Рода до явления своих коллег, он услышал какие-то странные звуки: стук и чей-то голос, который звал его. “Эээ....кто здесь может знать мое имя? Пофиг. Пойду посмотрю”. Преодолев метров двести, Орлов остановился у двери, за которой находился источник звука. Полицейский поподбирал ключи, пробуя один за другим из тех, что у него имелись. Борис слегка нервничал, все-таки обстановка пугала, да и нужный ключ никак не находился. Но победа над преградой была одержана, и Орлов осторожно зашел внутрь. Стук доносился из одного из двух гробов с перфорированными крышками, которые лежали на большом деревянном столе. Дырки выполняли роль вентиляции, чтобы пленники не задохнулись. Орлов подошел и сдвинул крышку в сторону, из гроба на него уставился парень, судя по описанию Эрен Джагер. Военполовец достал у него кляп изо рта и развязал руки. - Э...ты кто? - Эрен не признал в спасительнице никого знакомого. - Ты меня звал, - своим обычным голосом ответил Орлов. - Чего? - пленник вылез из места заточения. - Ну...ты кричал мое имя, - пояснил военполовец, сам не совсем догоняя, как такое возможно. - Чё? - Джагер не мог понять, что эта баба со странным голосом от него хочет. - Борис. Меня зовут Борис. Эрен оглядел собеседницу, которая оказалась собеседником. - Военная полиция, район Стохесс, - дополнил Орлов. - Ааааа, - протянул Джагер, будто теперь стало все ясно, хотя на деле ни черта не понятно. Орлов отодвинул крышку и у второго гроба, надеясь увидеть там Кристу, так и вышло. Девушка мирно спала и не собиралась просыпаться. - Не буди ее, - остановил Бориса Эрен. - Она не хочет сбегать...она тут нам ор поднимет, - пояснил Джагер, встретившись с вопросительным взглядом сотрудника полиции. - Ты на чьей стороне? Военпол же ненавидит Легион. Орлов взял Кристу на руки, понимая, что кому-то придется ее нести, а жизнь научила его простой истине: если хочешь что-то сделать хорошо, то сделай это сам. - Не знаю. Командир сказал, что мы должны вас освободить, - подхватывая девушку поудобнее, отозвался Борис. - Найл Док? - Эрену как-то не верилось, что спасение из заточения пришло с такой, весьма неожиданной, стороны - Ага, а еще он сказал, что завтра .. уже сегодня... состоится суд, на котором вы важные свидетели. - Какой суд? - глаза Джагера округлились. - Ядрен батон! Весь легион разведки под следствием. Так что, по ходу, мы на вашей стороне. Вот только засунь свои крылатые амбиции, куда подальше, и слушайся единорогов. - Ага, - кивнул Эрен. - А обязательно было, как путана, краситься? Не смог Джагер не сказать какую-нибудь колкость в ответ на заявление Орлова. - Начальник так решил... и, вообще, давай уже уносить отсюда ноги? Меня самого мой прикид не вдохновляет..хотя платье красивое. Там было окно...вылезем через него, а потом по дереву и за забор. Надеюсь, что Марло и командир ждут нас там...с лошадками.... - С единорогами, - не сдержался Эрен. Заклэй отложил папку, которая за ряд судебных заседаний больше напоминала собрание сочинений какого-нибудь продуктивного автора. - Итак, все Ваши заявления голословны. Суд не может принять их во внимание, - равнодушно сообщил Даллис. - Ваша честь, всему этому найдутся доказательства, но чтобы их добыть, хоть кто-то из Легиона должен иметь возможность быть на свободе и не в розыске, - Смит продолжал настаивать на своем, хотя понимал, что игра проиграна: фактов не было, а на суде присутствовал сам король, который оказался не заинтересован в сохранении организации, впрочем, другого и ожидать не приходилось. Смит не смотрел ни на кого, кроме судьи, ему не хотелось встречаться взглядом с Доком, который наряду с другими конвоирами стоял за его спиной. Ирвин не ненавидел его сейчас, нет, он просто презирал, считая, что тот ни на что не способная очередная пешка короля. - Нет. Освобождения вы не получите, даже временного, даже под залог. Есть какие-либо дополнения? - Даллис оглядел зал. - Если нет, то мы с королем удаляемся для вынесения приговора. - Ирвин, скажи что тебе плохо, попроси перерыв в заседании, - неожиданно услышал Смит шёпот Найла. Легионер сначала не собирался реагировать на подсказку начальника военпола, но отчего-то ему захотелось поверить этому голосу, да и хуже уже быть не может. Так что почему бы не рискнуть? Заклэй нехотя, но отозвался на просьбу Ирвина о перерыве по состоянию здоровья, однако Смит не выглядел больным, скорее удивленным. Силы Гарнизона поперешептывались, мол начальник Легиона актеришка никудышный, мог бы хоть страдания на лице изобразить для приличия. По приказу Даллиса подсудимому принесли стакан воды, раз уж тот не удосужился пояснить, что у него болит и чем ему перерыв поможет. Да Смит и сам этого не знал, поэтому забрав из рук секретаря тару с жидкостью, обернулся, чтобы посмотреть на Найла и получить хоть какое-то объяснение. К удивлению Ирвина, Док стоял бледнее самой белой стены, а синяки под глазами и голубоватый оттенок губ делали его похожим на труп. - Воды? - Смит не нашел ничего лучше, как отдать принесенный ему стакан. “Что это значит, Найл? Ты слишком переживаешь...Зачем ты притащил с собой этих двух рядовых, которые никак, по логике, не могли быть назначены в конвой на такой суд? Они даже стоять правильно не умеют..” Док, не задумываясь об аудитории, взял стакан из рук Ирвина и выпил до дна. - Перерыв окончен! - объявил Даллис, отметив, что паузу просил подсудимый, а нехорошо конвоиру. Но полисмена можно заменить, так что это не повод к прекращению заседания. Под эти слова в зал влетела запыхавшаяся и растрепанная Хитч: - Командир Док! Рядовой Фройденберг просил передать, что все прошло успешно, жертв нет, все подозреваемые задержаны! Они будут с минуты на минуту. Найл закрыл глаза, чтоб не расплакаться, тяжелый груз мгновенно упал с его души. Кто бы знал, как он сейчас рад видеть эту дурочку из военпола. Док резко заключил её в свои объятья. Присутствующие на суде слегка прифигели, но они не знали, что дальше ещё интереснее. Следом за Хитч в зал явились Марло, Борис и другие полицейские Стохесса, которые вели под прицелами своих ружей тех, кого все знали преступниками, а король звал Центрполом. - Эрен Джагер, Хистория Рейсс, вы узнаете кого-то из этих людей? - Найл уже отпустил Хитч и обратился к двум скромным рядовым из конвоя, которых недавно отметил Смит, как молодых и неумелых. - Я могу снять этот парик? - Джагер стянул блондинистую шевелюру и стал более-менее похож на себя. Если б на нем было что-то еще, помимо формы военпола, то он бы и от нее избавился: непривычная эмблема напрягала его. - Этот человек убил мою мать! - сообщила Криста, указав на Кенни. - И это они похитили нас и убили представителей торговой компании, - дополнил Эрен. - А еще все они самые опасные преступники в истории нашего государства. Орлов, - Док обратился к рядовому, который нес в руках стопку бумаг. Борис по приказу командира передал суду досье военпола на каждого, из стоящих нынче под пристальным наблюдением ребят из Стохесса. Найл подошел ближе к столу, за которым сидели Заклэй и король. Он оперся на деревянную поверхность обеими руками и заглянул в глаза главе государства: - А теперь объясните мне: что такие люди делают в Центральной полиции? - По какой причине вы их задержали? - Даллис был на стороне короля. - Ха, - Найл покосился на Заклэя. - Вчера на улицах Митры произошла весьма странная история. Я повстречался с мистером Аккерманом, который не смог равнодушно пройти мимо. В общем ничего примечательного, если не учитывать того, что Кенни творил в прошлом и кем, как выяснилось, он является сейчас. К тому же из слов Аккермана, мне стало ясно, что король не слишком доверяет мне. А поскольку мой пост весьма значим, не сложно понять, что так просто от меня не отвяжутся. Да и военпол не легион: его не засудить и не распустить. Зато у меня есть одно слабое место, которое отсутствует у Смита - это моя семья. Ведь по вашим подсчетам за жизнь жены и детей, я должен был стать шелковым и послушным? Увы, вы прогадали. Вы меня разозлили! Никогда не трогайте того, кто мне дорог! Никто раньше не видел Найла настолько злым, он, конечно, мог повысить голос или что-то в этом роде, но сейчас все стали свидетелями настоящей ярости. Ирвин наблюдал со стороны, открыв рот; ведь он считал Дока безразличным и безучастным, и что те времена, когда их сердца пылали огнем справедливости давно прошли. - Вы знали, что мое присутствие на суде обязательно, а значит меня в это время не будет дома, - столь же агрессивно продолжил Найл. - Но я еще вчера догадался, что вы поступите так. Поэтому, Марло, именно поэтому, я не принял твоего предложения, поскольку тогда бы мы лишили себя шанса поймать их всех. Один труп Аккермана нам бы ничего не дал. Фройденберг понимающе кивнул головой, подумав, что ему рано становиться начальником, ведь он мыслит ситуативно, а надо научиться смотреть в перспективу. - Не ожидали встретить отряд стохесской полиции в моем доме? - Найл усмехнулся. - Итого, вы пришли в мой дом, чтобы совершить преступление, даже если на все остальное наш “честный” суд закроет глаза, то это не оставить без внимания! Марло тем временем понял, что забыл о важной части и положил мешок на пол в центре зала. - Это оружие, что было у них изъято после задержания. Свидетели есть, - отрапортовал Фройденберг. - Ублюдок, - слова короля относились, конечно, к Найлу. - Ты ведь присягу принимал..ты должен служить мне! - Нет, я вам ничего не должен, - начальник военпола приложил кулак к груди. - Я служу не королю, а каждому честному человеку на территории нашего государства не зависимо от его достатка, пола и возраста. Я отдаю свое сердце за справедливость, за то, чтобы внутри этих стен царили мир и спокойствие. “Найл, ты мой герой, - Смит неожиданно для себя пришел к такому умозаключению. - Как я мог думать о тебе иначе? У нас схожие цели, но мы искали счастья разными способами, от этого и непонимание. Прости, что заставил тебя так рисковать ради Легиона... ты поставил на кон самое дорогое. Ты ведь был бледен, поскольку понимал, что в случае провала потеряешь Мари и детей, да? Но ты это сделал для Человечества и во имя Человечества”. - Арестуйте его! - приказал король, используя свое законное право, указав на Дока. Никто из полиции даже не дернулся, они всецело согласились со своим командиром, поэтому ослушались того, кому должны были подчиняться безоговорочно. - Не время для революций и мятежей! Нам надо гигантов победить! - король злился, понимая, что теряет власть. - Вы не имеете права приказывать, поскольку взошли на престол преступным путем. Не удивлюсь, если в этом вам помог Центрпол, - Смит понял, что хватит молчать, время и ему сказать свое слово. - Настоящий королевский род - это род Рейсс. Все значимые люди и начальство присутствовали сегодня здесь, в зале суда, а процесс был слишком громким, чтобы его не обсуждали и чтобы произошедшее осталось в стенах здания.