Маленькая любовь

Когда в Магнолии наступило долгожданное утро, в доме златовласой волшебницы было подозрительно тихо, ведь примерно в десять утра соседи, как обычно, слышали проклятия в адрес Нацу Драгнила. В небольшой квартире заклинательницы духов была умиротворенная тишина, и лишь тиканье настенных часов и мирное сопение огненного мага нарушали эту идиллию. Саламандр как всегда был не только дневным, но и ночным обитателем этой квартиры. Этот парень уже давно присвоил жилье Хартфелии себе, ведь напарники ни в коем случае не должны разлучаться. «Мы ведь команда!» - всегда говорит он, а если они команда, то все должны делать вместе: ходить на задания, заботиться друг о друге, есть, спать… Во всяком случае, так посчитал только Нацу, но заклинательница духов с этим не согласна, по крайней мере, с последним. Это неправильно, когда друзья делают такие вещи, которые позволены только влюбленным парочкам. Нацу было, есть и будет всё равно на то, что Люси вечно орет на него, ведь то, что он присвоил себе – уже его и никого больше, будь то Грей или Эрза. Наверное, единственное, на что Драгнил не посягал, – это была белая пуховая подушка златовласки. Огненный убийца драконов никогда ее не трогал и позволял спать себе на мягком матраце, который также пропитался запахом его напарницы. Но сегодня было особое утро. Когда розоволосый открыл серые глаза, он почувствовал, что его голова лежит на безумно легкой, нежной, словно перышко, подушке. Впервые он оказался на такой – по-детскому – запретной для него территории. Пелена сна еще дурманила разум волшебника, поэтому, поддавшись ласкам запретной вещи, парень удовлетворенно поежился и, заметив, что вся кровать полностью его, раскинул ноги и руки во все стороны, блаженно закрывая глаза обратно. Нацу казалось все это сном, потому что от Люси ни слуха, ни духа, никто не орет на него и не бьет руками и ногами, мешая видеть сладкие сны. Сейчас всё по-другому. Счастье Нацу Драгнила было не таким долгим, как бы он хотел. Когда огненный маг перевернулся на бок, то что-то мягкое уткнулось в его накаченный пресс. Сначала Саламандр подумал, что это Хеппи спит рядом с ним, но потом вспомнил, что иксид остался дома. Недовольно поморщившись оттого, что всё же нужно вставать, розоволосый откинул розовое одеяло и сильно удивился, когда увидел маленькую спящую златовласую девочку лет пяти. Серые глаза парня расширились от удивления, а рот приоткрылся в немом шоке. Драгонслеер даже не знал, что ему сказать и что делать в данной ситуации. Первая мысль, которая посетила парня: где Люси? Его напарницы в доме не наблюдалось, а если бы она проснулась, то от Саламандра здесь бы и мокрого места не осталось. Оглядев малышку, Драгнил все же улыбнулся, ведь девочка была такая красивая и милая, что не улыбнуться – грех. Чихнув, златовласая еще сильнее прижалась к горячему телу волшебника и поерзала ледяным аккуратным носиком. В магнолии была зима – середина декабря. На улице дул холодный ветер, который через слегка приоткрытое окно, открытое еще вечером Драгнилом, пробирался внутрь. Естественно, в комнате заклинательницы духов за ночь стало немного прохладно, и малышка под утро замерзла, а когда Нацу откинул одеяло, то ребенок стал искать что-нибудь теплое. Маленький, миленький ребеночек – это хорошо, но только как он сюда попал и где носит Хартфелию?! Вот что прикажете делать Нацу Драгнилу, который сам по себе еще ребенок – большой пылкий ребенок! Ведь даже его верного друга-кота здесь нет, чтобы поддержать в затруднительной ситуации. Не отводя взгляда от девочки, до парня только сейчас дошло, что та только в одном уж слишком большом для нее нижнем розовом белье. Руки полностью запутались в белом кружевном лифчике, а такого же цвета трусы послужили полным прикрытием для половины детского тельца. Так же от зоркого глаза Саламандра не ускользнул тот факт, что на запястье этой странной малышки находится розовый герб их гильдии. Кажется, огненный убийца драконов его где-то уже видел… - Точно! Такой ведь у Люси! – радостно вскрикнул розоволосый, но потом осекся, что в комнате не один. Глаза малышки в один миг распахнулись, и, резко подскочив, златовласка испуганно уставилась на того, кто прервал ее сон. Оглядев ошеломленного нарушителя с ног до головы, девочка толкнула парня так, что тот, не удержав равновесия, перевернулся на спину. Взобравшись на Саламандра и сев к нему на грудь, расставив ноги по бокам, карие глаза в упор смотрели на чуть приоткрытые губы парня. Нацу молчал, ведь ему было интересно, что же малышка будет делать дальше, а та оказалась очень храброй. Блондинка подползла еще ближе к огненному волшебнику, и ее лицо было в паре сантиметров от лица Драгнила, что немного смутило розоволосового. Широко раскрыв рот, девочка в один миг впилась своими острыми зубками в нос парня, от чего тот закричал, так как хватка была на удивление железной. - Ай-яй-яй! – вскрикнул непобедимый Саламандр и вскочил на ноги. Схватив непослушную девочку, парень попытался отцепить ее от себя, но та даже не хотела отпускать его уже немного опухший нос. – Да отцепись же ты! – рыкнул в бешенстве Драгнил и резко дернул ребенка от себя, усадив на пол. Пока Нацу потирал свой бедный нос и что-то бубнил, маленькая девочка смотрела на парня карими глазами, которые говорили о том, что ребенок скоро заплачет. Миг, и комната наполнилась детским отчаянным плачем. Очнувшись от болевого шока, Драгнил запаниковал, ведь у него никогда не было детей, да и он как-то не задумывался об этом. Парень не знал что делать, поэтому метался по всей квартире в поисках того, что может успокоить ребенка. Ничего на ум не приходило, только одна единственная фраза вспомнилась Саламандру: - Тихо… тихо… моя хорошая. Папа с тобой, - присев возле малышки, заботливо проговорил Драгнил и приветливо улыбнулся, успокаивающе погладив по голове. Эти слова Нацу слышал от Арзака, который всегда успокаивал свою дочку, когда та плакала. - Папа… Мой папа?! – вытерев последние слезинки, хлопая в ладоши проговорила златовласая девочка. – Мой розовый папа! – потрепав розовые волосы, весело проговорила златовласка.