Маленькая любовь

Нацу мчался. Нацу спешил. Нацу крушил и сбивал всё и всех на своем пути. Нацу хотел только одного: спасти маленькую Люси от опасности. Саламандр чувствовал, что в его груди сердце задает непривычный для него бит. Каждый стук, каждое трепещущее дрожание отдается странным и неприятным ощущением по всему телу. Уши заложило, и кажется, что парень ничего не слышит, кроме одной мысли: «Спасти, прижать и не отпускать эту малышку». Драгнилу казалось странным то, что он так сильно хочет спасти, хотя даже сам не знает от чего, эту несносную девчонку, из-за которой его утро да и весь день выдались очень утомительными и непередаваемыми. Розоволосый не знал, что с детьми столько мороки, что все силы исчезают с небывалой скоростью, пропадая бесследно и, кажется, навсегда. Слова Лисаны про то, что Люси может похитить волк и сделать с ней все, что только вздумается, очень взбесили и разозлили убийцу драконов. Внутри что-то остро кольнуло, и мозгу был отдан моментальный приказ – уничтожить и порвать подонка. Хоть Нацу очень часто выручал свою напарницу по команде из беды, но сейчас было нечто другое, будто бы Люси для него не просто блондинка, с которой можно сходить на задания и на халяву пожрать, а какое-то нетронутое никем девственное сокровище. И вот она – дверь, за которой происходит, по мнению Драгнила, что-то страшное. И вот двери нет, а вместе с ней и половины стены и Эрзы с Канной, которые моментально впечатались в стену из-за того, что в них врезалась дверь. Стоны, охи, ахи и детский радостный смех пронзили маленькую коморку, где девушки еле-еле успели переодеть в голубой сарафанчик с кружевными рюшечками, которые обрамляли рукава в три четверти. Увидев своего новоиспеченного папочку, малышка с воплями о том, что сильно соскучилась по нему, понеслась к розоволосому. Схватив свою дочурку, парень быстро ретировался, так как оглушенные резким и неожиданным ударом девушки вот-вот должны были прийти в сознание. После того, как драгонслеер похитил свою дочь и скрылся от согильдцев, он решил пойти с девочкой в парк, чтобы немного показать малышке город. Пока Канна и Эрза занимались девочкой, Макаров успел сообщить парню, что Люси случайно попала под заклятие, имя которого - «Доверие». Такое заклинание довольно редко, но зато оно бездомно, то есть, у него нет определенного хозяина. Маги не могут им владеть в полную силу. Те люди, которые сомневаются в чем-то и сильно переживают из-за чего-то, могут попасть под это заклятие, побочные эффекты которого могут быть разными. В данном случае Люси стала маленькой и потеряла свою память. - Папочка… - сидя на плечах у розоволосого, задумчиво проговорила Хартфелия. - Что такое? – обеспокоено спросил Саламандр. Всю дорогу парень думал, как же ему разрушить это заклинание, чтобы Люси вновь стала сама собой, хотя маленькая златовласка ему тоже до безумия понравилась. - А как выглядит мама? – малышку этот вопрос мучил уже на протяжении уже нескольких часов, ведь девочка прекрасно знала, что должны быть мама и папа, а то семьи не получится. Такой вопрос блондинки немного озадачил огненного убийцу драконов. Остановившись, Нацу призадумался, но вскоре на его лице всплыла нежная и теплая улыбка. Он невольно вспомнил ее образ, а сердце застучало втрое раз быстрее обычного. Нацу не настолько глуп, чтобы не знать, ну или хотя бы не догадываться, что это за чувство, которое беспокоит его на протяжении уже нескольких недель. Он влюблен. - Не хватит вечности, чтобы описать ее красоту, - эту фразу Драгнил случайно вычитал из романа Люси, ну и решил применить на практике. – У нее белая кожа, гладкие и шелковистые светлые волосы, теплые карие глаза, в которых всегда видна любовь и забота. Она бывает до чертиков глупа и раздражительна, но это не мешает быть ей прекрасной и безбашенной, как все в нашей гильдии. - Розоволосый прикрыл глаза, вспоминая все очертания на лице и теле заклинательницы духов. – А еще у нее есть холодильник, в котором полно еды, а в комнате удобная и мягкая кровать, на которой удобно спать. - Папа, а ты маму любишь? – чуть наклонившись, спросила златовласка и заглянула в серо-зеленые глаза, в которых были отчетливо видны непонимание, смущение и всё же любовь. - Люблю… - тяжело выдохнув, проговорил Саламандр. Почему-то Нацу сейчас было как-то даже легко признаться в том, что он любит эту девушку, которая вечно выпихивает его пинками из кровати. - А ты говорил это ей? – все так же задумчиво говорила девочка. - Нет, - коротко и ясно ответил Драгнил, а внутри что-то сжалось и кольнуло. Больно. До слез больно, что он не может признаться, хотя так наигранно скрывает свои чувства. Настоящий фальшивый актер. - Так пойдем, и ты скажешь ей! – потянув за уши папу, весело проговорила Хартфелия. Нацу резко и неожиданно остановился. Сняв маленькую волшебницу с плеч, он сел на лавочку и посадил девочку в себе на колени. Драконьи глаза пристально смотрели или даже прожигали златовласую малышку, что не очень сильно нравилось ребенку. Было видно, что внутри Драгнила идет тяжелый мыслительный процесс, который не должен никто нарушать, ибо за это улетит с помощью огня в другой конец города. Просидев так еще пару минут и успев даже напугать свою дочурку, Нацу вцепился руками в щечки девочки и, приблизив ее по ближе к своему лицу, начал тихо с непривычной для него хрипотой говорить: - Люси, я… мне нравится в тебе абсолютно все. Ты называешь меня ребенком, хотя сейчас в теле хрупкой пятилетней девочки, что так смело ведет себя. - Для парня было тяжело говорить такие слова, ведь он делал это все намеренно и решительно, зная, что где-то там Люси слышит его. А тем временем взгляд малышки поменялся, да и сама девочка немного покраснела и притихла. - Боже… Честно говоря, мне нравится, как ты злишься на меня, да, именно на меня. Я жуткий собственник. Такая глупенькая и наивная, - усмехнулся, - ребенок. Моя малышка! – он крепко прижал ее к своей разгоряченной груди, где бешено колотилось его сердце. – Стоит мне улыбнуться, и ты простила. Стоит обнять, и ты, скрывая румянец, отталкиваешь меня, а когда плохо, наоборот еще сильнее прижимаешься, будто бы ищешь опору… - кажется, Нацу смог выговорить все, что наболело за столь долгие дни, сейчас нужно переходить к более важным словам. – Я люблю тебя, Лю… Драгнилу не дал заговорить отчаянный женский визг, а свет резко исчез. Сейчас Нацу ощущал тяжесть на своем теле, будто бы вместо малышки на него сел Эльфман или, того хуже, Дрой. Но такие предположения вдруг исчезли, потому что парень лицом чувствовал огромные мягкие и нежные полушария девичьей плоти. Руки специально плавно прошлись по изящному изгибу талии, задерживаясь на упругой попе. Инстинктивно сжав округлости и вдохнув такой родной и приятный запах, Драгнил блаженно проговорил: - Я скучал, Люси… - голос невероятно охрип то ли от нехватки воздуха, то ли от того возбуждения, что внезапно накатило на него. - Драгнил! – заверещала заклинательница духов. – Не лапай меня! Какого черта я тут делаю с тобой абсолютно голая, да еще и в парке?! – да, Хартфелия вернулась, а заклинание спало и вернуло память и внешность хозяину. Саламандр ничего не сказал, лишь увлек ошеломленную и красную златовласку в головокружительный первый страстный поцелуй, от которого становилось жарко обоим. Он любит ее. Она, не думая, отвечает на его чувства, так как тоже до потери пульса любит его. Люси помнила все, что говорил ей розоволосый на протяжении всего утра, дня и вечера. Это все взаимно. Это радует. Вот только Нацу сам не свой. - Нацу… пошли домой, - сказав это, девушка сняла с него жилет и накинула его на себя, чтобы хоть как-то прикрыть свою наготу, благо, что людей почти не было на улице. - Люси, я хочу дочь, - неожиданно проговорил убийца драконов, подхватывая златовласку. – Думаю, у нас получится. Мне Лексус рассказал, как это делается. А тем временем в гильдии Хвост Феи трое людей сидели за столом и попивали кто пиво, а кто сок. На улыбающихся лицах этих троих так и сверкали азарт и чувство победы. План был качественно выполнен и сейчас нужно лишь подождать, когда у Нацу и Люси появятся детки. - Что ж, товарищи, - удовлетворенно проговорила Мира, - вот и оболтусы наши вместе! - Надеюсь, головешка сделает всё так, как я сказал, - усмехнулся Лексус, - главное, чтобы не поджарил болельщицу в порыве страсти. - И все же хорошая копия редкого заклинания нам попалась. Может, остальных так же сведем? – задумчиво проговорила Лисана. – Все же гильдию нужно размножать, а эти, - кивая головой в сторону горько вздыхающих девушек и дерущихся юношей, сказала пепельноволосая, - даже и не знают, как же прекрасно любить.