Вместе мы сильнее, чем по одиночке.

В тихий городок Намимори, который будто бы служил магнитом для неприятностей, заявилась большая группа подростков, тут же принявшихся пакостить. Причем пакостить по-крупному. Юные вандалы громили парк с уютными аллеями, грабили прохожих. Но это днем. Только стемнеет, они начинали отлавливать на улице случайных прохожих, чтобы затем всей шумной компанией развлечься, насилуя их. Естественно, грозный ГДК средней школы Намимори не мог оставить в стороне беспредел, царящий в родном городе. Хибари Кея, узнав о текущем местоположении банды, отправился камикаросить нарушителей. Таким образом, он оказался в заброшенном здании, где и обнаружил зарвавшихся травоядных. Сначала все шло как по маслу. Сильнейший хранитель Вонголы с присущей лишь ему легкостью расправился с первыми десятью противниками. Затем он заметил, что количество людей в комнате значительно увеличилось, но это не остановило настырного бойца. В конце концов, из-за слишком большого натиска Хибари допустил оплошность, и одному ублюдку все же удалось пырнуть ножом ослабшего ГДК. Он упал. Злоумышленники собрались в кучу и стали избивать ногами тело раненого парня. Наигравшись, они просто разбрелись, кто куда, оставив Кею истекать кровью. Тсуна возвращался из школы в компании Гокудеры и Ямамото, слушая их дежурные переругивания. Как вдруг его интуиция резко запульсировала, предупреждая о чем-то ужасном. Савада рванул в предпологаемом направлении. И оказался прав. Через четыре минуты он оказался у потрепанного здания, в котором, казалось, никто уже давно не обитал. Парень опрометью бросился внутрь и стал поспешно исследовать помещения. Ничего не понимающие хранители урагана и дождя неслись следом за боссом. В одной из комнат на полу валялся человек. Тсунаеши быстро подскочил к нему и с ужасом узнал в этом изуродованном полутрупе Хибари Кею. Он подавил в себе желание впасть в истереку и неожиданно хриплым , но твердым голосом начал отдавать поручения: - Гокудера-кун, быстро найди Шамала и приведи в больницу, он будет оперировать. Ямамото, сообщи Кусакабе. Я доставлю Хибари-сана в госпиталь. Побледневшие хранители, кивнув скрылись за дверью. Тсуна проглотил пилюли и вошел в гипер-режим. Он осторожно подхватил Кею и полетел с ним в больницу Намимори. Хаято с Шамлом уже ждали босса. Врач согласился лечить парня только при условии, что Хаято устроит ему встречу с Бьянки тет-а-тет, что подрывник и пообещал этому лавеласу. Дечимо положил Хибари на койку в операционной, а затем врачи в халатах просто-напросто вытолкали его оттуда. Парень уселся в коридоре рядом с Гокудерой и стал ждать исхода операции. Вскоре к ним подошли Ямамото с Кусакабе, который беспокоился за своего Ке-сана. У Тсуны прошел порыв храбрости, и он, сползя на пол со стула безвольной лужей, начал давиться тихими рыданиями. - Джудайме! - Тсуна? - Десятый, что с вами?! - Я... Просто... Просто это мог быть любой! Старший брат, Киоко-тян, Хару-тян, Хроме, Ламбо, И-пин. Все они в опасности! И вы, ребята, тоже. Если однажды я опоздаю... - Джудайме!- Хаято растроганно смахнул выступившую слезу. - Тсуна, мы сможем за себя постоять. - Пожалуйста никогда не отправляйтесь сражаться в одиночку! - Конечно! - Обещаю. Они просидели в коридоре около двух часов, когда дверь операционной распахнулась, и из нее выкатили кровать с Хибари-саном. Все облегченно выдохнули. Тсуна уговорил Такеши и Гокудеру разойтись по домам. Кусакабе сказал, что навестит ГДК утром, и тоже удалился. Савада же остался ждать пробуждения хранителя облака. Кея приоткрыл глаза и огляделся. Помещение с белыми стенами. Рядом стоит капельница. Похоже больница. Он попытался вспомнить, как попал сюда. Подумав, он решил, что его тело кто-то нашел и доставил в больницу. Хибари попробовал пошевелиться сквозь сильную боль, но ему что-то помешало. Посмотрев вниз, он увидел руки, обвивающие его. Руки принадлежали мелкому травоядному, Саваде. ГДК с удивлением уставился на Тсуну, пытаясь понять, что тот делает в его палате. - Травоядное. - А-а-а! Хи-Хибари-сан! Вы уже проснулись? А я это... ну... - Что ты здесь делаешь? - Я... Я очень беспокоился за вас, когда нашел без сознания. Хорошо, что вам стало лучше. Ну, я зайду к вам после школы. Выздоравливайте!- крикнул Тсунаеши, уже выбегая из палаты. Хибари посмотрел ему вслед и подумал, что зверек вряд ли выполнит свое обещание. Вряд ли будет тратить свое время на человека, который постоянно его избивает, пусть он хоть трижды хранитель кольца Вонголы. Ожидания ГДК не подтвердились. Ближе к вечеру в дверь робко постучали, и в палату вошел смущенный Тсунаеши со свежими ссадинами на лице. Хибари удивленно посмотрел на него. - Здравствуйте, Хибари-сан, извините, что так долго. Я... упал,- Савада покраснел. - Хм... - Я принес вам бенто, моя мама готовила. ГДК лишь молча смотрел на гостя, который проявлял неожиданную заботу о нем. - Хибари-сан... Мы с хранителями разобрались с теми преступниками. Они больше никогда не потревожат покой в Намимори. - Вы забрали мою добычу, камикарос. - Н-но зато Намимори в безопасности. - Травоядные,- презрительно фыркнул Кея, отворачиваясь. Он был благодарен Саваде, но, естественно не собирался этого показывать. Тсуна каждый день навещал хранителя Облака. Это уже вошло в привычку. Десятый приносил Кее еду, приготовленную знаменитой на весь Альянс своими блюдами Савадой Наной, рассказывал последние события в Намимори. Хибари же обычно молчал, уплетая за оби щеки вкусный бенто и слушая рассказы о любимом городе. Лишь иногда он вставлял свои реплики, в которых, как ни странно не было обыкновенной злости. Лишь спокойствие и удовлетворенность. Хибари смог привыкнуть к обществу Савады, разглядеть в нем не только трусливое травоядное, но и достойного собеседника. Кея и сам перестал замечать, что начал заговаривать с Тсуной, как с равным. Сам Десятый тоже изменил свое отношение к хранителю. Из его глаз исчез панический страх перед ГДК, и дрожь в голосе тоже пропала. За время, что Хибари лежал в больнице, а Тсунаеши навещал его, между ними возникла крепкая связь, основанная на некотором взаимоуважении и, что особенно важно, на доверии. Конечно, надменность Кеи никуда не исчезла, а Тсуна все также шугался его грозных взглядов, но это уже больше походило на дружескую шутку, за которой следовал заливистый смех и прозрачная, мимолетная улыбка. А, когда Хибари выписали, ученики могли лицезреть то, что доселе казалось им абсолютно невероятным. Савада, по обыкновению опаздывая в школу, бодро пробежал мимо ГДК, но тот лишь ухмыльнулся, когда Тсуна махнул рукой.